Признание крупного ущерба при нарушении патентных прав требует подтверждения фактическими доказательствами, а не предполагаемыми расчетами

П.Р.Э. был осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 147 УК РФ (нарушение изобретательских и патентных прав, совершенное группой лиц по предварительному сговору с причинением крупного ущерба). Согласно материалам дела, П.Р.Э. совместно с И. незаконно оформили патент на полезную модель «устройство разминирования», созданную сотрудниками АО «КПЗ», без внесения личного творческого вклада. Следствие утверждало, что их действия причинили потерпевшему крупный ущерб в размере не менее 700 000 рублей.

Прикубанский районный суд г. Краснодара 02.03.2021 прекратил уголовное дело в отношении П.Р.Э. с назначением судебного штрафа в 30 000 рублей на основании ст. 25 УПК РФ. Четвертый кассационный суд общей юрисдикции 03.08.2023 оставил это решение без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд пришел к выводу, что суды нижестоящих инстанций допустили существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ такие нарушения являются основанием для отмены судебных решений.

Суд первой инстанции необоснованно прекратил уголовное дело в отношении П.Р.Э., не установив наличия обязательного признака состава преступления – крупного ущерба. Согласно ч. 2 ст. 147 УК РФ, уголовная ответственность за нарушение патентных прав наступает только при условии причинения потерпевшему ущерба в крупном размере. Однако материалы дела не содержат достоверных доказательств, подтверждающих реальный размер ущерба. Показания потерпевших – сотрудников АО «КПЗ» – не содержали конкретных данных о финансовых потерях, а ссылка на возможный штраф по контракту (700 000 рублей) не свидетельствует о его фактическом взыскании. Данный вывод соответствует позиции, изложенной в п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 26.04.2007 № 14, согласно которому признание ущерба крупным требует оценки всех обстоятельств дела.

Протокол судебного заседания не отражает исследования доказательств, на которые ссылался суд первой инстанции в обоснование своего решения. Это противоречит требованиям ст. 259 УПК РФ, обязывающей суд фиксировать ход судебного разбирательства и анализ представленных доказательств.

Кассационный суд не выполнил возложенную на него законом обязанность по проверке законности судебного решения. В нарушение ст. 401.14 УПК РФ суд кассационной инстанции не привел мотивированных возражений на доводы жалобы П.Р.Э., касающиеся прекращения уголовного дела в отношении его соучастника И. по аналогичным обстоятельствам. Постановление следователя от 22.04.2022 прямо указывало на отсутствие состава преступления, поскольку действия обвиняемых не повлекли реального ущерба. Игнорирование этого обстоятельства свидетельствует о поверхностной проверке дела и нарушении принципа равенства перед законом.

Кроме того, кассационный суд необоснованно сослался на возможность пересмотра дела в порядке главы 49 УПК РФ, что не соответствует фактическим обстоятельствам. Основания для возобновления производства по новым или вновь открывшимся обстоятельствам отсутствовали, поскольку все значимые доказательства были известны на момент вынесения первоначального решения.

Таким образом, Верховный Суд признал, что допущенные нарушения носят существенный характер и повлияли на законность судебных актов, что потребовало их отмены и направления дела на новое рассмотрение.

Судебная коллегия отменила кассационное постановление от 03.08.2023 и направила дело на новое рассмотрение.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2024 № 18-УД24-26-К4