Определение КС РФ о проверке конституционности нормы, предусматривающей необходимость завершения обучения для зачета его в выслугу лет для назначения пенсии сотрудникам органов внутренних дел

Гражданин О.М.К. обратился в Конституционный Суд РФ с жалобой на норму, содержащуюся в абзаце пятом пункта 2 Постановления Совета Министров – Правительства РФ от 22.09.1993 № 941. Данная норма регулирует порядок включения времени обучения в высших и средних профессиональных учебных заведениях в выслугу лет для назначения пенсии сотрудникам органов внутренних дел.

Заявитель проходил службу в органах внутренних дел и рассчитывал на включение периода своего обучения в выслугу лет. Однако ему было отказано в связи с отсутствием подтверждения завершения образовательной программы.

Правовая позиция заявителя

О.М.К. утверждал, что оспариваемая норма нарушает его конституционные права, гарантированные ст. 19 (равенство перед законом), ст. 54 (запрет обратной силы закона, ухудшающего положение граждан) и ст. 55 (ограничение прав только федеральным законом) Конституции РФ. По его мнению, условие о необходимости завершения обучения для зачета его в выслугу лет является необоснованным и дискриминационным, поскольку не учитывает фактическое прохождение обучения.

Правовые позиции Конституционного Суда

Соответствие оспариваемой нормы системе пенсионного регулирования

Порядок исчисления выслуги лет для сотрудников правоохранительных органов, включая зачет времени обучения, относится к сфере специального правового регулирования. В соответствии с ч. 3 ст. 18 Закона РФ от 12.02.1993 № 4468-I, Правительство РФ уполномочено определять правила подсчета стажа, что исключает произвольное установление условий. Оспариваемое Постановление № 941, принятое во исполнение этого закона, вводит льготный механизм зачета периодов обучения, но связывает его с завершением образовательной программы. Такой подход не является произвольным, поскольку направлен на подтверждение фактического получения профессиональных знаний, необходимых для службы.

Оспариваемая норма не создает необоснованных преимуществ или ограничений, а лишь конкретизирует условия реализации права на пенсию. Требование о завершении обучения соответствует цели законодателя – обеспечить качественный состав сотрудников за счет учета их профессиональной подготовки. Поскольку норма носит стимулирующий характер и не препятствует реализации пенсионных прав в целом, ее оспаривание как неконституционной необоснованно.

Отсутствие нарушения принципа равенства (ст. 19 Конституции РФ)

Заявитель утверждал, что условие о завершении обучения нарушает принцип равенства, поскольку лишает пенсионных прав тех, кто не получил диплом, но фактически обучался. Однако Конституционный Суд отметил, что дифференциация в пенсионном обеспечении допустима, если она оправдана законными целями. В данном случае законодатель установил разумные критерии для зачета «нестраховых» периодов (обучения) в специальный стаж, что согласуется с п. 2 ст. 19 Конституции РФ, допускающим различия при наличии объективного обоснования.

Кроме того, заявитель фактически требует расширительного толкования льготы, что выходит за рамки конституционного контроля. Норма не запрещает включать обучение в стаж, а лишь устанавливает условия такого включения. Поскольку эти условия применяются единообразно ко всем сотрудникам, поступившим на службу до 2012 года, довод о дискриминации несостоятелен.

Недопустимость пересмотра усмотрения законодателя

Конституционный Суд указал, что его полномочия ограничены проверкой соответствия норм Конституции, но не оценкой их целесообразности (ст. 125 Конституции РФ). Заявитель, по сути, оспаривает не конституционность нормы, а ее содержание, предлагая альтернативный вариант расчета стажа. Однако выбор механизма пенсионного обеспечения относится к дискреции законодателя, если он не противоречит конституционным принципам.

В данном случае оспариваемое правило не является иррациональным или явно несправедливым, поскольку обусловлено необходимостью увязки льготы с реальным получением образования. Требование заявителя фактически означало бы признание права на включение в стаж любых периодов обучения, включая незавершенные, что привело бы к необоснованному расширению круга получателей пенсионных накоплений. Такое решение не входит в компетенцию Суда, так как требует изменения законодательной политики, а не устранения неконституционности.

Отсутствие обратного действия норм, ухудшающих положение граждан (ст. 54 Конституции РФ)

Заявитель ссылался на ст. 54 Конституции РФ, запрещающую придание обратной силы законам, ухудшающим положение граждан. Однако Суд отметил, что оспариваемая норма действует с 1993 года и не изменялась в сторону ужесточения. Условие о завершении обучения изначально являлось частью правового регулирования, поэтому довод о «новом» ограничении необоснован.

Более того, Суд указал, что пенсионные права заявителя формировались уже после вступления нормы в силу, а потому он не мог рассчитывать на более льготный порядок, чем тот, который предусмотрен законодателем. Отсутствие обратной силы подтверждает, что норма не нарушает ч. 1 ст. 54 Конституции РФ, поскольку не вводит новых ограничений для ранее приобретенных прав.

Определение Конституционного Суда

Отказать в принятии жалобы О.М.К. к рассмотрению, поскольку она не соответствует критериям допустимости, установленным ФКЗ «О Конституционном Суде РФ».

Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2024 № 921-О