Идея
Оспариваемые нормы, устанавливающие бессрочный запрет на приобретение оружия для лиц с погашенной судимостью за тяжкие преступления, признаны соответствующими Конституции, поскольку направлены на обеспечение общественной безопасности и носят превентивный характер. Ограничение обосновано необходимостью предотвращения потенциальных угроз, учитывая повышенную общественную опасность данной категории лиц, и не является чрезмерным, так как право на оружие не относится к базовым конституционным правам. Законодатель, вводя запрет, соблюдает баланс интересов, предусматривая переходные положения для лиц, ранее легально владевших оружием, что исключает обратную силу нормы и сохраняет правовую определённость.
Гражданин П.В.Л. обратился в уполномоченный орган за лицензией на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом, однако получил отказ на основании п. 31 ч. 20 ст. 13 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии». Основанием для отказа послужила погашенная судимость за тяжкое преступление. Заявитель обжаловал это решение в суде общей юрисдикции, но его требования были оставлены без удовлетворения.
Правовая позиция заявителя
П.В. Л. оспаривал конституционность п. 31 ч. 20 ст. 13 ФЗ «Об оружии» и ч. 1, 2 ст. 5 ФЗ от 28.06.2021 № 231-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об оружии» и отдельные законодательные акты Российской Федерации», утверждая, что эти нормы нарушают его права, гарантированные ст. 19 (ч. 1) (равенство перед законом) и ст. 55 (ч. 3) Конституции РФ (соразмерность ограничений). По его мнению, бессрочный запрет на приобретение оружия для лиц с погашенной судимостью является чрезмерным и не учитывает исправление гражданина.
Правовые позиции Конституционного Суда
Судимость как правовое основание для ограничений в обороте оружия
Судимость, даже погашенная, сохраняет значение за пределами уголовного права. Законодатель вправе устанавливать дополнительные ограничения для лиц, совершивших тяжкие преступления, поскольку это связано с необходимостью обеспечения общественной безопасности (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Ограничения в обороте оружия не являются продолжением уголовного наказания, а представляют собой самостоятельную меру профилактического характера, направленную на минимизацию рисков противоправного использования оружия.
Подобные ограничения не нарушают принцип равенства (ст. 19 Конституции РФ), поскольку дифференциация правового статуса лиц с судимостью оправдана целями защиты правопорядка. Законодатель, ограничивая доступ к оружию, исходит из презумпции повышенной опасности таких лиц, что подтверждается правоприменительной практикой и статистикой рецидивной преступности.
Соразмерность и обоснованность бессрочного запрета
Бессрочный характер ограничения не делает его автоматически несоразмерным. В данном случае запрет направлен на предупреждение возможных угроз, а не на дополнительное наказание. Поскольку владение оружием не относится к базовым конституционным правам (в отличие, например, от права на труд или жилище), его ограничение не может рассматриваться как чрезмерное.
Более того, Суд обратил внимание на переходные положения закона (ч. 1 и 2 ст. 5 ФЗ № 231), которые смягчают последствия введения запрета для лиц, уже владевших оружием на законных основаниях. Это свидетельствует о балансе интересов между общественной безопасностью и правами отдельных граждан. Таким образом, законодатель учел принцип правовой определенности, не допустив обратной силы запрета в ущерб уже сложившимся правоотношениям.
Отсутствие альтернативных механизмов восстановления права как допустимое ограничение
Отсутствие возможности индивидуальной оценки (например, через судебный порядок восстановления права на оружие) не делает норму неконституционной. Законодатель вправе устанавливать абсолютные запреты в сферах, связанных с повышенными рисками для общества. Введение исключений могло бы подорвать единообразие правоприменения и создать условия для злоупотреблений.
При этом Суд сослался на свою прежнюю практику (Постановление от 29.06.2012 № 16-П), где подтвердил, что административно-предупредительные меры (в отличие от уголовных наказаний) могут носить бессрочный характер, если это обусловлено особой значимостью защищаемых общественных интересов. В данном случае таким интересом является недопущение попадания оружия в руки лиц, ранее демонстрировавших склонность к тяжким преступлениям.
Соответствие оспариваемых норм международно-правовым стандартам
Конституционный Суд также учел, что международное право (включая практику ЕСПЧ) допускает ограничения прав в интересах национальной безопасности и общественного порядка. Европейский суд неоднократно признавал, что государства вправе устанавливать жесткие правила оборота оружия, включая пожизненные запреты для определенных категорий лиц (например, дело Rinzema v. the Netherlands).
Таким образом, оспариваемые нормы не противоречат ни Конституции РФ, ни международным обязательствам России. Они основаны на разумном усмотрении законодателя и направлены на защиту жизни и здоровья граждан, что является приоритетом в соответствии с ст. 2 и 18 Конституции РФ.
Определение Конституционного Суда
- Отказать в принятии жалобы П.В. Л. к рассмотрению, поскольку она не соответствует критериям допустимости.
- Признать, что оспариваемые нормы не противоречат Конституции РФ, так как направлены на защиту общественной безопасности и не нарушают принципы равенства и соразмерности ограничений.
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2025 № 1515-О