Главное
Соглашения о новации облигационных обязательств ранее были признаны ничтожными. При новом рассмотрении апелляционный суд распорядился восстановить списанные облигации и связанные с ними права, а суд округа распространил восстановление на всех владельцев независимо от получения выплат по соглашениям. Верховный Суд признал восстановление прав и депозитарного учёта допустимым, но указал на неполноту применённых последствий недействительности: вместе с восстановлением облигаций необходимо возвратить эмитенту 1 412 323 904,55 руб., выплаченных по ничтожным соглашениям. Постановление суда округа изменено в этой части и оставлено без изменения в остальном.
Спор и решения нижестоящих судов
Эмитент двух выпусков облигаций в 2019 году заключил с представителем владельцев соглашения о новации. Первоначальные обязательства по облигациям прекращались и заменялись денежными обязательствами с существенно увеличенными сроками выплат. В 2020 году облигации были погашены и списаны со счетов депо, а в 2021–2022 годах эмитент перечислил владельцам предусмотренные соглашениями промежуточные выплаты на общую сумму 1 412 323 904,55 руб.
В другом деле вступившим в силу судебным актом были признаны недействительными решения общего собрания владельцев облигаций, на которых основывалась реструктуризация. В настоящем деле соглашения о новации также были признаны недействительными как совершённые со злоупотреблением правом. Этот вывод после первоначального кассационного пересмотра приобрёл окончательный характер; спор продолжился относительно последствий недействительности.
При новом рассмотрении суд первой инстанции отказался восстанавливать списанные облигации, поскольку законодательство не предусматривает специальной процедуры восстановления погашенных ценных бумаг и депозитарий не обладает прямо предусмотренной внутренними документами операцией для такого случая. Апелляционный суд решение отменил и обязал восстановить облигации и весь комплекс прав по ним, первоначально ограничив последствия владельцами, не получившими выплаты по соглашениям о новации.
Суд округа согласился с возможностью восстановления облигаций, но распространил эти последствия на всех их владельцев. Получение отдельными облигационерами выплат по ничтожным соглашениям он не признал препятствием для восстановления ценных бумаг, указав, что вопрос взаиморасчётов может быть разрешён во внесудебном порядке или в отдельном деле. Именно разъединение восстановления облигационных прав и судьбы уже выплаченных денежных средств Верховный Суд признал неправильным.
Восстановление облигационных прав требует двусторонней реституции
Если ничтожные соглашения о новации повлекли прекращение первоначальных облигационных обязательств и денежные выплаты владельцам облигаций, возвращение к первоначальному состоянию требует разрешить обе стороны исполненного предоставления. Восстановление облигаций и прежних обязательств эмитента без одновременного решения вопроса о выплаченных по ничтожным соглашениям денежных средствах означает применение последствий недействительности только в одну сторону.
При недействительности сделки каждая сторона обязана возвратить другой всё полученное. Для сделки, исполненной обеими сторонами, вопрос о встречном предоставлении должен разрешаться одновременно с требованием о возврате полученного другой стороной, если законом не установлены иные последствия. Поэтому уже произведённые эмитентом выплаты нельзя было вывести за пределы настоящего спора и оставить для последующих внесудебных расчётов или самостоятельного дела.
Новация была направлена на прекращение первоначальных обязательств по облигациям и замену их новым денежным обязательством. После признания соглашений недействительными первоначальное обязательство не прекратилось, новое не возникло, а восстановление облигаций вернуло владельцам прежние права требования к эмитенту. Встречным последствием становится возврат денежных средств, полученных во исполнение тех же соглашений.
Верховный Суд отверг предложение эмитента определять подлежащую возврату сумму исходя из рыночной стоимости облигаций на дату заключения соглашений. Рыночная цена характеризует обращение ценной бумаги на рынке и не заменяет фактически полученное исполнение при реституции. В результате Судебная коллегия применила реституцию в отношении 1 412 323 904,55 руб., фактически выплаченных владельцам облигаций по ничтожным соглашениям.
При дальнейшем исполнении восстановленных облигационных обязательств ранее состоявшиеся платежи должны учитываться во взаимных расчётах. Требования к эмитенту подлежат проверке с учётом конкретных обстоятельств, относящихся к каждому владельцу облигаций и произведённым ему выплатам.
Предел позиции. Вывод не означает, что при любой недействительной сделке денежное предоставление возвращается без учёта её содержания и специальных последствий. В рассмотренном деле соглашения о новации были исполнены посредством прекращения облигационных прав и денежных выплат, а восстановление первоначального положения требовало устранения обоих последствий. Рыночная стоимость облигаций не была признана заменой фактически полученным по ничтожным соглашениям денежным средствам.
Отсутствие специальной депозитарной операции не исключает восстановления облигаций
Если списание и погашение облигаций произведены во исполнение сделки, правовое основание которой впоследствии признано недействительным, отсутствие в законодательстве или внутренних документах депозитария специальной технической операции восстановления не делает судебную защиту юридически невозможной. Учётное состояние должно соответствовать установленному судом материально-правовому положению владельцев ценных бумаг.
Верховный Суд согласился с выводами апелляционного суда и суда округа в этой части. Депозитарная запись не имеет самостоятельного значения в отрыве от удостоверяемого ею имущественного права: инфраструктура учёта предназначена для отражения и удостоверения соответствующих прав, а не для сохранения состояния, возникшего вследствие действий без действительного гражданско-правового основания. Поэтому отсутствие специально предусмотренной операции не равнозначно законодательному запрету на восстановление нарушенного права.
К моменту рассмотрения кассационных жалоб депозитарий уже восстановил облигации, а Банк России внёс соответствующие сведения в реестр эмиссионных ценных бумаг. Верховный Суд учёл это обстоятельство как подтверждение исполнимости избранного способа защиты. Речь шла не о создании нового порядка профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг, а о приведении учётного состояния в соответствие с имущественными правами, восстановленными вследствие недействительности соглашений о новации.
Предел позиции. Верховный Суд не установил универсальную процедуру восстановления любых погашенных ценных бумаг и не наделил депозитарий новыми полномочиями. Позиция относится к устранению последствий действий, совершённых без действительного гражданско-правового основания, когда восстановление учётного состояния приводит записи в соответствие с установленным судом материальным правом.
Процессуальный итог
Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.03.2026 изменено. Верховный Суд дополнил его резолютивную часть указанием о применении последствий недействительности соглашений о новации в виде реституции денежных средств, выплаченных эмитентом владельцам облигаций, в размере 1 412 323 904,55 руб. В остальной части постановление суда округа оставлено без изменения. Доводы о невозможности восстановления облигаций и об исключении из группы.
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2026 № 305-ЭС25-552
Практическое применение
Стороне, требующей применения последствий недействительности исполненной сделки, необходимо раскрывать оба направления реституции. Если судебная защита восстанавливает первоначальное имущественное право одной стороны, одновременно разрешается судьба встречного предоставления, полученного ею по недействительной сделке. Предложение вынести такие расчёты в отдельный спор необходимо сопоставлять с обязанностью возвратить стороны в первоначальное положение в рамках уже рассматриваемого требования.
При споре о восстановлении прав на ценные бумаги отсутствие в правилах депозитария специально названной технической операции само по себе не доказывает невозможности избранного способа защиты. Существенны материально-правовое основание учётной записи, возможность привести депозитарный учёт в соответствие с установленным правом и исполнимость возлагаемой судом обязанности.
Эмитенту и владельцам облигаций после восстановления первоначальных обязательств необходимо учитывать уже состоявшиеся выплаты. Их получение не устраняет восстановленные права по облигациям, но исключает последующие расчёты без учёта фактически исполненного по недействительным соглашениям.
Применённые нормы
Пункты 1 и 2 статьи 167 ГК РФ и пункт 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 — двусторонний характер реституции и необходимость разрешить судьбу встречного предоставления одновременно с возвратом полученного другой стороной.
Статья 6 и статья 149.3 ГК РФ; статья 28 и статья 29 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» — правовая основа восстановления нарушенных прав и приведения депозитарного учёта в соответствие с установленным материально-правовым положением.
Для процессуального документа
По применению двусторонней реституции при восстановлении прав владельцев облигаций. Если недействительное соглашение о новации исполнено посредством погашения облигаций и денежных выплат их владельцам, восстановление первоначальных прав по облигациям требует одновременно разрешить судьбу полученных по соглашению денежных средств. Оставление выплат у владельцев при восстановлении прежнего обязательства означает применение последствий недействительности только в одну сторону и не возвращает участников в первоначальное положение. Возврат определяется фактически выплаченными суммами, а состоявшиеся платежи учитываются при последующем исполнении восстановленных обязательств. Такой подход применён Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 08.10.2026 № 305-ЭС25-552.
По восстановлению учётного состояния облигаций. Отсутствие в законодательстве или внутренних документах депозитария специально предусмотренной операции не означает юридической невозможности восстановить права по ценным бумагам, если их погашение и списание были основаны на сделке, впоследствии признанной недействительной. Суд вправе определить способ защиты, приводящий депозитарный учёт в соответствие с установленным материально-правовым положением, без создания новых имущественных прав или общего порядка профессиональной деятельности депозитария. Такой подход подтверждён Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 08.10.2026 № 305-ЭС25-552.
Все единичные обзоры доступны бесплатно. В платных обобщениях судебные акты систематизированы по конкретным правовым вопросам.
Доступ открывается сразу после оплаты. Доступ не является подпиской и не продлевается автоматически.