Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 7 сентября 2026 года № 4-КГ26-68-К1 рассмотрела спор о признании брака недействительным, аннулировании актовой записи и исключении супруги из числа наследников первой очереди. После смерти мужчины 14 ноября 2023 года к нотариусу обратились две женщины, каждая из которых заявила о своих правах на наследство как супруга умершего. Ответчица состояла с наследодателем в зарегистрированном браке с 12 декабря 1987 года. Истица утверждала, что заключила брак с тем же мужчиной 30 мая 1975 года на территории Абхазской АССР и к моменту регистрации второго брака первый расторгнут не был. В подтверждение были представлены повторные свидетельства о браке и копии актовых записей. Суд первой инстанции удовлетворил иск, признал брак 1987 года недействительным и исключил Ответчицу из наследников. Апелляция отказала в требованиях, однако кассационный суд общей юрисдикции отменил это решение и направил дело на новое рассмотрение.
При разрешении спора определяющим было наличие достоверных доказательств государственной регистрации предполагаемого первого брака по законодательству, действовавшему в 1975 году. Апелляционный суд установил существенные недостатки представленных документов. В копиях повторного свидетельства имелись расхождения в датах и отдельных сведениях. Представленная копия актовой записи не соответствовала утверждённой в тот период форме: отсутствовали подписи вступавших в брак лиц, сведения об удостоверявших их личность документах и реквизиты выданного свидетельства. Республиканский архив записи актов гражданского состояния Абхазии сообщил об отсутствии соответствующей записи за проверенный период с 1972 по 1978 год. Оригинал свидетельства суду представлен не был, а достоверность копий оспаривалась Ответчицей. Верховный Суд указал, что обязанность доказать существование первого брака и отсутствие его расторжения до 12 декабря 1987 года лежала на Истице. При этом наличие нотариального удостоверения копии и отметок о легализации документа не устраняет необходимости оценивать его содержание, происхождение и соответствие требованиям законодательства, действовавшего во время предполагаемой регистрации.
Верховный Суд также установил самостоятельное процессуальное нарушение: Первый кассационный суд общей юрисдикции фактически заново оценил доказательства и отдал предпочтение документам Истицы, хотя апелляционный суд уже исследовал их достоверность и достаточность. Такие действия противоречат части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, запрещающей кассации устанавливать новые факты и переоценивать доказательства. Кроме того, кассационный суд не применил законодательство, действовавшее в период предполагаемого заключения первого брака, и неправильно оценил значение архивных сведений. Верховный Суд отменил кассационное определение от 14 января 2026 года и принятое после него апелляционное определение от 25 февраля 2026 года, оставив в силе апелляционное определение от 27 августа 2025 года об отказе в иске. Брак Ответчицы не признан недействительным, а требование об исключении её из числа наследников оставлено без удовлетворения. Для аналогичных наследственных споров существенны применение законодательства на дату заключения оспариваемого брака, проверка достоверности исторических актовых записей, распределение бремени доказывания и соблюдение кассационным судом пределов своих полномочий.
Больше о новой правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации и её значении для судебной практики — в аналитическом обзоре в Пандектуме.
Сильная правовая позиция начинается не в суде. Она начинается в момент, когда нужное решение находится за минуты, а не после нескольких часов поиска. В Пандектуме собраны обзоры отдельных судебных актов и тематические обобщения судебной практики. Юрист быстрее переходит от поиска к анализу и точнее выстраивает аргументацию. Оцените работу Пандектума на реальных кейсах.
Правовая основа
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.09.2026 № 4-КГ26-68-К1