Обобщение судебной практики Верховного Суда по вопросам назначения наказания по совокупности приговоров за период с 2024 по 2025 год

При назначении наказания по совокупности приговоров суды не учли смягчение уголовного наказания по предыдущему приговору

Ю.Л. был осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к лишению свободы на 2 года. На основании ст. 70 УК РФ суд первой инстанции назначил окончательное наказание в виде 3 лет 7 месяцев лишения свободы путем частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору. Апелляционная инстанция оставила приговор без изменений. Кассационный суд изменил наказание, исключив применение ст. 70 УК РФ и назначив окончательное наказание в виде 3 лет 5 месяцев лишения свободы по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ. Впоследствии неотбытая часть наказания была заменена на принудительные работы.

Верховный Суд установил, что суд первой инстанции при назначении наказания по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ не учел изменения, внесенные апелляционным определением. Указанным определением наказание по предыдущему приговору было смягчено: по ч. 2 ст. 228 УК РФ до 2 лет 9 месяцев лишения свободы, а наказание, назначенное на основании ст. 70 УК РФ, — до 3 лет лишения свободы. Однако суд первой инстанции при вынесении приговора исходил из первоначального размера наказания, равного 3 годам 3 месяцам, что привело к необоснованному увеличению окончательного срока лишения свободы.

Апелляционная инстанция оставила приговор без изменений, также не учитывая смягчение уголовного наказания. В соответствии с ч. 1 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции обязан проверять законность, обоснованность и справедливость приговора, включая правильность назначения наказания.

Кассационный суд, изменив приговор и назначив наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, также допустил ошибку. Суд кассационной инстанции исходил из размера наказания, назначенного по приговору, равного 3 годам 3 месяцам, не приняв во внимание смягчение уголовного наказания. В нарушение ч. 3 и ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд не учел, что наказание по предыдущему приговору было уменьшено до 3 лет лишения свободы.

При замене неотбытой части наказания на более мягкий вид наказания суд не учел, что окончательное наказание было назначено с нарушением норм уголовного закона. Это привело к тому, что размер заменяемого наказания также оказался необоснованно завышенным.

Указанные нарушения повлияли на исход дела, поскольку привели к несправедливому ужесточению наказания. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, такие нарушения являются основанием для отмены или изменения судебных решений. Судебная коллегия пришла к выводу, что приговор и последующие судебные решения подлежат изменению со смягчением назначенного наказания.

Кассационное определение Верховного суда Российской Федерации от 08.08.2024 № 11-УД24-15-К6

История рассмотрения дела:

• Лениногорский городской суд Республики Татарстан, дело № 1-7/2022
• Верховный суд Республики Татарстан, дело № 22-5317/2022
• Шестой кассационный суд общей юрисдикции, дело № 7У-808/2024

Назначение окончательного наказания по совокупности приговоров должно учитывать всю неотбытую часть наказания по предыдущему приговору, и его размер обязан превышать как наказание за новое преступление, так и неотбытое наказание

Ш.А.Н. осужден приговором Почепского районного суда Брянской области от 05.09.2023 по ч. 1 ст. 228 и ч. 1 ст. 232 УК РФ. На основании ч. 2 ст. 69 и ст. 70 УК РФ ему назначено окончательное наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении. Основанием послужило частичное сложение наказаний по совокупности преступлений и приговоров, включая неотбытое наказание по предыдущему приговору от 02.07.2020, которым Ш.А.Н. был осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ условно на 1 год 6 месяцев.

В апелляционном порядке дело не рассматривалось. Первым кассационным судом общей юрисдикции 16.04.2024 изменён вид исправительного учреждения. Постановлением Почепского районного суда от 10.06.2024 Ш.А.Н. определено отбывание наказания в исправительной колонии общего режима с зачётом срока содержания. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации внёс кассационное представление, указав на нарушение требований ст. 70 УК РФ при определении окончательного наказания.

Верховный Суд установил, что приговор от 05.09.2023 вынесен с нарушением требований ст. 70 УК РФ. Суд назначил окончательное наказание в размере 1 года 6 месяцев лишения свободы, то есть равное по сроку неотбытому наказанию по предыдущему приговору от 02.07.2020. Такой вывод противоречит ч. 4 ст. 70 УК РФ, предписывающей, что окончательное наказание должно превышать как наказание за новое преступление, так и неотбытую часть наказания.

При назначении наказания не было выяснено, какая часть наказания по приговору 02.07.2020 осталась неотбытой. В силу п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 условное наказание при совокупности приговоров считается неотбытым полностью. В рассматриваемом деле условное осуждение Ш.А.Н. не было отбыто, следовательно, при определении окончательного наказания необходимо было учитывать весь срок.

Суд ограничился формальным указанием на частичное присоединение наказания, но не проверил фактический объём неотбытого срока. Такой подход исказил смысл ст. 70 УК РФ, направленной на усиление ответственности за новое преступление с обязательным учётом предыдущего приговора. В результате окончательное наказание оказалось равным неотбытому сроку, что недопустимо.

Нарушение повлияло на исход дела, поскольку окончательное наказание должно было быть более строгим. Суды первой и кассационной инстанций, рассматривавшие вопросы о виде исправительного учреждения и зачёте времени содержания, не устранили нарушение, оставив без внимания ключевое обстоятельство — реальный объём неотбытого срока по приговору 02.07.2020.

Приговор Почепского районного суда Брянской области от 05.09.2023, постановление Первого кассационного суда общей юрисдикции от 16.04.2024 и постановление Почепского районного суда Брянской области от 10.06.2024 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации 18.09.2024 № 83-УДП24-5-К1

История рассмотрения дела:

• Почепский районный суд Брянской области, дело № 1-58/2023
• В апелляционной инстанции уголовное дело не рассматривалось
• Первый кассационный суд общей юрисдикции, дело № 7У-388/2024

Последующее смягчение квалификации преступления апелляционным судом влечет обязанность пересмотра окончательного наказания, назначенного по совокупности преступлений и приговоров

К.О.А. осужден за совершение пяти мелких хищений чужого имущества (ст. 158.1 УК РФ) в период с 01.01.2021 по 21.03.2021. Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре Салаватского городского суда Республики Башкортостан от 06.08.2021. По каждому эпизоду назначены наказания в виде лишения свободы сроком от 3 до 7 месяцев. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание по совокупности преступлений определено в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. С учетом положений ч. 5 ст. 69 УК РФ и ст. 70 УК РФ к этому наказанию частично присоединено неотбытое наказание по предыдущим приговорам, в результате чего окончательно назначено 2 года 10 месяцев лишения свободы.

Салаватский городской суд Республики Башкортостан приговором от 06.08.2021 осудил К.О.А. по ст. 158.1 УК РФ, апелляционное постановление Верховного Суда Республики Башкортостан от 14.10.2021 и постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 16.03.2022 оставили приговор без изменений.

Верховный Суд установил, что при пересмотре приговора в отношении К.О.А. не были учтены существенные изменения в квалификации его деяний, внесенные апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Башкортостан от 18.08.2021. Указанным судебным актом действия осужденного по приговору от 15.06.2021 переквалифицированы с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ, а назначенное наказание снижено с 1 года 8 месяцев до 1 года лишения свободы.

Применение положений ч. 5 ст. 69 УК РФ о назначении наказания по совокупности преступлений осуществлено без учета изменений, внесенных в приговор от 15.06.2021. Это привело к необоснованному завышению срока лишения свободы, поскольку суд первой инстанции исходил из первоначальной, более строгой квалификации деяний.

Несоблюдение требований ч. 2 ст. 69 УК РФ выразилось в превышении пределов назначения наказания по совокупности преступлений небольшой тяжести. Окончательный срок лишения свободы оказался больше допустимого законом предела, который не должен превышать более чем наполовину максимальное наказание за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.

При замене лишения свободы ограничением свободы неотбытый срок подлежит учету при назначении наказания по совокупности приговоров, даже если осужденный не встал на учет в уголовно-исполнительной инспекции

О.И.А. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 30 мая 2023 года. Ранее О.И.А. был осужден 17 марта 2010 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ и п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, а 12 апреля 2023 года — по ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Орджоникидзевский районный суд г. Перми назначил О.И.А. наказание по совокупности преступлений и приговоров, присоединив неотбытую часть наказания по приговору от 17 марта 2010 года. Апелляционным определением Пермского краевого суда от 4 августа 2023 года приговор изменен, исключено указание на вид исправительного учреждения. Кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 23 мая 2024 года исключено назначение наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

Нарушения, установленные Верховным судом

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции необоснованно исключил назначение наказания по совокупности приговоров, сославшись на отсутствие формальных признаков злостного уклонения О.И.А. от отбывания наказания, что противоречит требованиям ст. 70 УК РФ. Суд кассационной инстанции не принял во внимание положения ч. 3 ст. 47¹ УИК РФ, обязывающие осужденного самостоятельно прибыть в уголовно-исполнительную инспекцию после освобождения из исправительного учреждения.

Материалы дела подтверждают, что О.И.А. не исполнил предписание о явке в ФКУ УИИ по Мотовилихинскому району г. Перми, выданное 31 января 2017 года, что свидетельствует о фактическом неисполнении обязанностей, связанных с отбыванием наказания в виде ограничения свободы. Суд кассационной инстанции ошибочно применил ст. 49 УИК РФ, регулирующую исчисление срока ограничения свободы, без учета того, что данный порядок действует только при условии соблюдения осужденным требований предписания.

Отсутствие в материалах дела сведений о постановке О.И.А. на учет в уголовно-исполнительной инспекции подтверждает, что он не приступил к отбыванию наказания, что исключает применение правил исчисления срока, предусмотренных ст. 49 УИК РФ. Суд кассационной инстанции необоснованно проигнорировал этот факт, что привело к неправильному толкованию норм уголовного и уголовно-исполнительного права.

Верховный Суд указал, что отсутствие формальных признаков злостного уклонения не освобождает от обязанности учета неотбытой части наказания при назначении наказания по совокупности приговоров, если осужденный не выполнил установленные законом требования. Решение суда кассационной инстанции противоречит п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58, предписывающего учитывать реально не отбытую часть наказания при применении ст. 70 УК РФ.

Седьмой кассационный суд вышел за пределы своих полномочий, изменив приговор в части, не связанной с доводами кассационного представления, что нарушает принципы законности и обоснованности судебных решений, закрепленные в ст. 401¹³ УПК РФ.

Зачёт содержания под стражей обязателен при определении окончательного наказания по совокупности приговоров, и его игнорирование приравнивается к повторному учёту отбытого наказания

С.Г.В. признан виновным в совершении краж, грабежа и разбоя по пп. «а, б» ч. 2 ст. 158, пп. «а, в, г» ч. 2 ст. 161 и ч. 3 ст. 162 УК РФ. Ельнинский районный суд Смоленской области 26.06.2019 назначил ему наказание в виде 8 лет лишения свободы, штрафа 100 000 руб. и ограничения свободы на 5 месяцев. На основании ст. 70 УК РФ суд полностью присоединил наказание по приговору от 19.09.2017, определив окончательный срок 8 лет 1 месяц 13 дней лишения свободы.

Апелляционный суд 27.11.2019 согласился с приговором. Второй кассационный суд общей юрисдикции 06.10.2020 также поддержал выводы. В жалобе защитник указывал, что суд присоединил к новому сроку 344 часа обязательных работ, хотя часть их была зачтена временем содержания под стражей по предыдущему приговору, что привело к увеличению окончательного срока.

Верховный Суд установил, что при определении окончательного наказания суд первой инстанции не учёл зачёт времени содержания под стражей, произведённый приговором мирового судьи от 19.09.2017. Указанный период составлял 21 день, который в силу ст. 71 УК РФ соответствует 168 часам обязательных работ. Это означало, что фактически неотбытая часть обязательных работ составляла 176 часов, а не 344, как указал суд.

В силу ст. 70 УК РФ окончательное наказание по совокупности приговоров складывается из реально неотбытой части наказания. Неприменение зачёта содержания под стражей исказило расчёт и привело к повторному учёту отбытого наказания. Это изменило пределы наказания и увеличило срок лишения свободы сверх установленного законом.

Апелляционный суд, оставив приговор без изменения, не проверил правильность применения ст. 70 и 71 УК РФ, несмотря на доводы защиты. Кассационный суд общей юрисдикции также не устранил нарушения. Тем самым были нарушены принципы законности и справедливости наказания, закреплённые в ст. 6 и 60 УК РФ.

Неправильное определение неотбытой части наказания по предыдущему приговору при применении ст. 70 УК РФ приводит к назначению излишне сурового наказания, поскольку присоединению подлежит лишь срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения

Свердловский районный суд г. Костромы 26.10.2021 признал Г.Д.А. виновным по ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначил наказание 7 лет 6 месяцев лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ к этому сроку частично присоединили неотбытое наказание по приговору от 17.04.2020 и полностью — дополнительное наказание в виде ограничения свободы по приговору от 08.10.2015. Окончательно определено 7 лет 8 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 6 месяцев.

Костромской областной суд 17.01.2022 согласился с выводами первой инстанции. Второй кассационный суд общей юрисдикции 08.11.2022 также поддержал назначенное наказание. Осуждённый обратился в Верховный Суд Российской Федерации, заявив о неправильном исчислении неотбытой части наказания по приговору от 17.04.2020 и просил смягчить окончательный срок.

Верховный Суд установил, что приговор суда первой инстанции содержал ошибку в определении неотбытого срока наказания по приговору от 17.04.2020. В нём было указано, что осуждённым не отбыто 5 месяцев 21 день, тогда как фактически к моменту избрания меры пресечения 26.10.2021 Г.Д.А. отбывал наказание с 17.06.2020 с зачётом содержания под стражей с 11.12.2019 по 16.06.2020. К указанной дате им было отбыло 1 год 10 месяцев 15 дней, и неотбытой оставалась лишь 1 месяц 15 дней.

По смыслу ст. 70 УК РФ при совершении нового преступления лицом, отбывающим наказание, присоединению подлежит только срок, который реально оставался неотбытым на момент заключения под стражу по новому делу. Неверное определение неотбытого срока повлекло присоединение завышенного периода в размере 2 месяцев, что ухудшило положение осуждённого и противоречило принципу справедливости наказания.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Ошибка в расчёте неотбытого срока означала неправильное применение ст. 70 УК РФ. Допущенное нарушение носило существенный характер, поскольку непосредственно повлияло на итоговое определение наказания.

Судимость, подпадающая под амнистию, не может учитываться при назначении наказания по совокупности приговоров

Т.А.В. был осуждён за участие в преступном сообществе и ряд эпизодов вымогательства, совершённых организованной группой. По совокупности преступлений и с учётом прежних приговоров ему окончательно назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Суды апелляционной и кассационной инстанций изменили приговор частично: исключили некоторые обстоятельства, смягчили наказание, но сохранили учёт судимости по приговору 2010 года, хотя она подпадала под действие амнистии 2015 года.

Верховный Суд установил, что при определении окончательного наказания судами была допущена ошибка, связанная с применением ст. 70 УК РФ. В основу расчета наказания был положен приговор 2010 года, по которому Т.А.В. осуждался условно, однако его правовые последствия были устранены актом об амнистии 2015 года. В силу ч. 6 ст. 86 УК РФ снятие или погашение судимости полностью аннулирует последствия, связанные с её наличием. Следовательно, судимость, подпадающая под амнистию, не могла учитываться при назначении наказания по совокупности приговоров.

Суд первой инстанции, определяя срок лишения свободы, применил правила ст. 70 УК РФ и частично присоединил наказание по приговору 2010 года. Такой подход противоречил положениям амнистии, закреплённым Постановлением Государственной Думы от 24.04.2015 № 6576-6 ГД. В соответствии с пунктом 4 и подпунктом 6 пункта 13 этого акта условно осужденные подлежали освобождению от наказания при отсутствии злостных нарушений порядка отбывания наказания. Из материалов дела следовало, что на дату вступления амнистии в силу в отношении Т.А.В. не существовало судебного решения, подтверждающего совершение нового преступления в испытательный срок, а значит, препятствий для её применения не имелось.

Ошибкой апелляционной и кассационной инстанций стало то, что они не устранили данный просчёт. При этом доводы стороны защиты о применимости акта об амнистии и о недопустимости учёта судимости 2010 года были оставлены без анализа. Суд ограничился формальным согласием с выводами первой инстанции, что противоречит ст. 401.15 УПК РФ. Эта норма прямо указывает, что существенные нарушения уголовного закона, повлиявшие на исход дела, являются основанием для изменения приговора. Игнорирование доводов о неправомерности применения ст. 70 УК РФ свидетельствует о том, что принцип полноты и объективности рассмотрения дела нарушен.