Обобщение судебной практики Верховного Суда по ст.12.24 КоАП РФ и вопросам квалификации деяний в зависимости от характера вреда здоровью, причинной связи и допустимости доказательств за период с 2011 по 2025 год

Отягчающим обстоятельством в административной ответственности может признаваться только повторное совершение однородного правонарушения в пределах срока давности, поэтому упоминание иных прежних нарушений не допускается при назначении наказания

Б.Р.Г. был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью пассажира. Судья Свердловского районного суда г. Белгорода постановлением от 01.12.2009 назначил наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на 1 год 6 месяцев. В постановлении было указано, что лицо ранее привлекалось к административной ответственности и продолжает совершать противоправные деяния.

Рассмотрение жалобы судьей Белгородского областного суда 15.01.2010 и постановление заместителя председателя Белгородского областного суда от 12.08.2010 оставили решение без изменения. В надзорной жалобе Б.Р.Г. указал, что при назначении наказания суд учел обстоятельство, не предусмотренное законом как отягчающее.

Верховный Суд установил, что отягчающие обстоятельства в административной ответственности определены закрытым перечнем в ст. 4.3 КоАП РФ. В него входит только повторное совершение однородного правонарушения в пределах срока давности, если предыдущее наказание не утратило юридическую силу. Упоминание же любых иных прежних правонарушений не входит в данный перечень и не может учитываться при назначении наказания.

Нижестоящие суды допустили ошибку, сославшись на прошлые нарушения как на обстоятельство, усиливающее ответственность. Такой подход противоречил прямому указанию закона на исчерпывающий характер отягчающих обстоятельств. В результате наказание было назначено с учетом обстоятельств, не предусмотренных законом, что ухудшало положение лица и нарушало принцип законности при применении санкции.

Положения ст. 4.1 КоАП РФ предписывают учитывать характер правонарушения, личность виновного и иные обстоятельства, но именно ст. 4.3 КоАП РФ определяет исчерпывающий список отягчающих. Повторность имеет значение только в пределах срока давности, установленного ст. 4.6 КоАП РФ. В рассматриваемом деле этих условий не было, поэтому учет прежних правонарушений выходил за пределы правовых оснований.

Верховный Суд изменил судебные постановления: из текста исключено указание о прошлых нарушениях как обстоятельстве, влияющем на назначение наказания. Постановление судьи Свердловского районного суда г. Белгорода от 01.12.2009, решение Белгородского областного суда от 15.01.2010 и постановление заместителя председателя Белгородского областного суда от 12.08.2010 изменено, в остальной части оставлено без изменения.

Постановление Верховного Суда Российской Федерации 14.07.2011 № 57-АД11-3

История рассмотрения дела:

• Свердловский районный суд города Белгорода, карточка дела отсутствует на сайте суда
• Белгородский областной суд, дело № 7(1)-2/2010
• Белгородский областной суд, карточка дела отсутствует на сайте суда

Непредоставление бесплатного защитника по административному делу не нарушает права привлекаемого лица, так как законодательство гарантирует возможность самостоятельно пригласить представителя и реализовать процессуальные полномочия

В.И.В. обжаловал постановление Камешковского районного суда Владимирской области, решение Владимирского областного суда и постановление заместителя председателя Владимирского областного суда, которыми он признан виновным в нарушении правил дорожного движения, повлекшем причинение вреда здоровью средней тяжести, и подвергнут административному штрафу в размере 10 000 рублей. В жалобе он ссылался на постановление Европейского суда по правам человека по делу «Вахромеев и Петров против России», где указывалось на нарушение права на защиту и вызов свидетеля.

Суды нижестоящих уровней указали, что обстоятельства происшествия исследованы в полном объёме, вина подтверждена доказательствами, процессуальные гарантии обеспечены. Верховный Суд ранее оставлял постановления без изменения. В последующей жалобе В.И.В. настаивал на пересмотре в связи с постановлением ЕСПЧ, однако оснований для этого установлено не было.

Верховный Суд установил, что рассмотрение дела осуществлялось в соответствии с требованиями КоАП РФ, а процессуальные права лица, привлекаемого к ответственности, реализовывались без ограничений. С момента возбуждения дела В.И.В. был уведомлён о процессуальных возможностях, имел право знакомиться с материалами, представлять доказательства, заявлять ходатайства и пользоваться помощью защитника. Нормы КоАП РФ закрепляют право лица на участие защитника, однако возложение на государство обязанности предоставлять бесплатного адвоката не предусмотрено.

Доводы о пересмотре судебных постановлений в связи с постановлением Европейского суда по правам человека не подтвердили наличие причинно-следственной связи между выявленным нарушением и сохраняющимися неблагоприятными последствиями. Разъяснения, содержащиеся в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 21, предусматривают, что пересмотр возможен лишь при условии, если нарушение Конвенции затрагивает законность судебного акта и продолжает порождать негативные последствия для лица. В рассматриваемом случае таких последствий выявлено не было.

Правовая позиция согласуется с подходом Конституционного Суда Российской Федерации. В Постановлении от 16.06.2009 № 9-П указано, что производство по делам об административных правонарушениях носит упрощённый характер и отличается от уголовного процесса по степени вмешательства в права. В Определениях от 28.01.1997 № 2-П, от 19.11.2002 № 302-О, от 20.10.2005 № 393-О, от 20.11.2008 № 858-О-О, от 25.01.2012 № 25-О-О, от 05.02.2015 № 236-О, от 02.07.2015 № 1536-О и от 19.07.2016 № 1473-О разъяснено, что отсутствие обязанности государства предоставлять бесплатного защитника по административным делам не нарушает конституционные гарантии, поскольку лицо вправе самостоятельно привлекать защитника, а расходы на юридическую помощь подлежат возмещению при незаконном привлечении к ответственности.

Установленные обстоятельства подтвердили законность вынесенных решений и отсутствие оснований для их пересмотра. Постановление Камешковского районного суда от 11.09.2015, решение Владимирского областного суда от 11.11.2015 и постановление заместителя председателя Владимирского областного суда от 01.03.2016 оставлены без изменения, жалоба В.И.В. без удовлетворения.

Постановление Верховного Суда Российской Федерации 04.06.2021 № 86-АД21-4

История рассмотрения дела:

• Камешковский районный суд Владимирской области, дело № 5-23/2015
• Владимирский областной суд, дело № 7-183/2015
• Владимирский областной суд, дело № 4А-42/2016

Назначение наказания в виде лишения права управления транспортными средствами за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью пешехода, признано законным и не может быть заменено на штраф после начала его исполнения

Ф.В.В. обжаловал постановление Старооскольского городского суда Белгородской области, которым он признан виновным по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью пешехода, и подвергнут наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев. В жалобе он и его защитник С.Н.С. настаивали на изменении наказания на административный штраф.

Решением Белгородского областного суда и постановлением заместителя председателя Первого кассационного суда общей юрисдикции постановление оставлено без изменения. Суды указали, что наказание назначено в пределах санкции закона, с учётом характера вреда и мнения потерпевшей, основания для его изменения отсутствуют.

Верховный Суд установил, что назначение наказания произведено в полном соответствии с требованиями закона. Квалификация действий Ф.В.В. и выводы о его виновности основаны на доказательствах, исследованных в порядке, предусмотренном КоАП РФ.

Суды правильно определили вид и размер административного наказания, назначив его в пределах санкции ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ. При этом были учтены характер и степень причинённого вреда, обстоятельства совершения правонарушения, положения ст. 4.2 и 4.3 КоАП РФ, а также мнение потерпевшей.

Юридически значимым являлось то, что на момент рассмотрения жалобы наказание уже исполнялось, поскольку водительское удостоверение было сдано. В силу ч. 5 ст. 4.1 КоАП РФ замена лишения права управления транспортными средствами на штраф в этой ситуации невозможна, так как это ухудшило бы положение лица и фактически означало бы повторное привлечение к ответственности.

Характер причиненного вреда здоровью имеет решающее значение для квалификации деяния при дорожно-транспортных происшествиях, и отклонение от установленного критерия влечет признание примененной квалификации неправомерной и не соответствующей закону

Б.В.Ф. был признан виновным в совершении административного правонарушения по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшей. Постановлением районного суда ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на один год. Суд второй инстанции оставил постановление без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, Б.В.Ф. обратился с жалобой, в которой указал на чрезмерную строгость наказания и допущенные ошибки при квалификации деяния. Потерпевшая Д. направила письменные возражения, настаивая на законности судебных решений и просила оставить их без изменения.

Верховный Суд установил, что кассационный суд общей юрисдикции допустил существенные нарушения при проверке законности судебных актов по делу Б.В.Ф. В постановлении был сделан вывод о привлечении его к ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, хотя районный суд и суд второй инстанции квалифицировали действия по ч. 1 данной статьи. Несоответствие выводов кассационного суда материалам дела исказило предмет проверки и исключило возможность объективного контроля законности постановления и решения.

При рассмотрении обстоятельств дорожно-транспортного происшествия кассационный суд общей юрисдикции указал, что водитель при повороте налево не уступил дорогу транспортному средству, двигавшемуся навстречу. Однако не отражено, что автомобиль потерпевшей двигался прямо по равнозначной дороге, что имеет принципиальное значение для определения состава правонарушения. Отсутствие оценки этого обстоятельства повлекло вывод о применении ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, предусматривающей ответственность за причинение вреда средней тяжести, тогда как фактически был установлен легкий вред здоровью, подпадающий под ч. 1 статьи.

Нарушение выразилось и в том, что кассационный суд общей юрисдикции проигнорировал возражения потерпевшей Д., прямо указывавшей на привлечение Б.В.Ф. по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. Эти доводы не были проверены и учтены, что нарушило принцип состязательности и равноправия сторон, закрепленный в ст. 24.1 КоАП РФ. В результате кассационный суд изменил пределы пересмотра дела, что законом не допускается.

Привлечение к ответственности за причинение вреда здоровью при дорожно-транспортном происшествии возможно лишь при условии отмены ранее вынесенного постановления за то же нарушение правил движения, поскольку сохранение обоих актов нарушает принцип недопустимости двойного наказания

Водитель С.А.Э. был привлечен инспектором ДПС к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ за непредоставление преимущества на перекрестке, что повлекло столкновение автомобилей и причинение вреда здоровью пассажиров. Впоследствии районный суд признал его виновным по ч. 1 и 2 ст. 12.24 КоАП РФ за то же событие и назначил наказание в виде лишения права управления транспортными средствами.

Суд субъекта Российской Федерации исключил выводы о нарушениях Правил дорожного движения со стороны потерпевших, оставив квалификацию и наказание без изменения. Кассационный суд поддержал данные выводы. В жалобе в Верховный Суд С.А.Э. ссылался на постановление Конституционного Суда РФ № 24-П от 17.05.2023, указав на недопустимость двойного наказания за одно и то же деяние.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела судами не было учтено наличие вступившего в законную силу постановления инспектора ДПС, которым водитель был ранее привлечен к административной ответственности за нарушение требований Правил дорожного движения при выезде со второстепенной дороги. Данное постановление касалось того же события, что и последующее привлечение к ответственности за причинение вреда здоровью потерпевших при дорожно-транспортном происшествии. Таким образом, лицо оказалось привлечено к ответственности дважды за одно деяние, что противоречит принципу недопустимости повторного привлечения.

Районный суд и суд субъекта, подтверждая наличие в действиях водителя нарушения Правил дорожного движения и причинно-следственной связи между этим нарушением и наступившими последствиями, ограничились оценкой доказательств, исключили упоминание о возможных нарушениях со стороны потерпевших, однако не установили юридически значимый факт наличия ранее вынесенного постановления инспектора ДПС. Кассационная инстанция, проверяя законность вынесенных актов, также не устранила допущенное нарушение. В результате сложилась ситуация параллельного существования двух постановлений о привлечении к ответственности за одно и то же событие, что является недопустимым.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.05.2023 № 24-П закреплен правовой подход, согласно которому привлечение лица к ответственности за причинение вреда при дорожно-транспортном происшествии допустимо лишь при условии отмены ранее вынесенного постановления о наказании за то же нарушение Правил дорожного движения. В постановлении указано, что сохранение в силе обоих актов нарушает конституционные принципы равенства, справедливости и запрета двойного наказания, а также не обеспечивает баланса между интересами потерпевших и правами лица, привлеченного к ответственности.

Причинение вреда здоровью при ДТП не влечет ответственности, когда водитель физически не мог занять крайнее положение для поворота, а потерпевший двигался по запрещенной для него полосе маршрутного транспорта

Управляя автомобилем Г.В.В., при повороте направо не занял крайнее правое положение на проезжей части, что привело к столкновению с электросамокатом под управлением У., двигавшимся по полосе для маршрутных транспортных средств. В результате дорожно-транспортного происшествия У. был причинен вред здоровью средней тяжести. Данные обстоятельства послужили основанием для привлечения Г.В.В. к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Мировой судья признал Г.В.В. виновным в совершении административного правонарушения и назначил наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев. Решением судьи Зюзинского районного суда г. Москвы от 27.10.2022 постановление мирового судьи было изменено: из описательной части исключено указание на нарушение пп. 1.3, 1.5 и 8.1 ПДД, оставлено только нарушение п. 8.5 ПДД. Второй кассационный суд общей юрисдикции постановлением от 16.05.2024 оставил судебные акты без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела не была подтверждена причинно-следственная связь между действиями Г.В.В. и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью средней тяжести. Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 17.05.2023 № 24-П, для квалификации деяния по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ необходимо установить, что нарушение ПДД непосредственно повлекло вред здоровью. Однако материалы дела не содержат бесспорных доказательств такой связи.

Доводы Г.В.В. о невозможности занять крайнее правое положение в силу перекрытия средней полосы из-за ранее произошедшего ДТП не получили надлежащей оценки. Пункт 8.5 ПДД обязывает водителя занять крайнее положение только при наличии объективной возможности, что в данной ситуации отсутствовало. Игнорирование этих обстоятельств привело к необоснованному выводу о нарушении указанного пункта Правил.

Не исследовались обстоятельства движения У. по полосе, предназначенной для маршрутных транспортных средств, хотя это прямо запрещено п. 18.2 ПДД. Имеющийся в материалах дела тротуар шириной 5 метров позволял движение пешеходов и лиц, приравненных к ним, включая пользователей электросамокатов. Отсутствие анализа данного аспекта повлияло на правильность квалификации действий Г.В.В.

Установление связи между нарушением ПДД и вредом здоровью при ДТП требует оценки всех доказательств, включая видеозаписи и показания участников

24 июля 2023 года в 17:00 в г. Йошкар-Ола (Республика Марий Эл) Т.И.М., управляя автомобилем, при выезде со второстепенной дороги нарушил п. 1.5 Правил дорожного движения, создав помеху автомобилю «LADA Granta» под управлением Г., двигавшемуся по главной дороге. Водитель «LADA Granta», пытаясь избежать столкновения, совершил наезд на припаркованный автомобиль «ВАЗ 2115» и пешехода Ч., причинив последнему вред здоровью средней тяжести. На основании ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ Т.И.М. был привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 10 000 рублей.

Постановлением судьи Йошкар-Олинского городского суда от 22 июля 2024 года Т.И.М. был признан виновным. Однако решением судьи Верховного Суда Республики Марий Эл от 02 октября 2024 года, оставленным без изменения кассационным судом 25 ноября 2024 года, постановление было отменено, а производство по делу прекращено в связи с недоказанностью причинно-следственной связи между действиями Т.И.М. и наступившими последствиями (п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ).

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела не была в полной мере исследована причинно-следственная связь между действиями Т.И.М. и наступившими последствиями в виде причинения вреда здоровью средней тяжести. Материалы дела содержали видеозапись дорожно-транспортного происшествия, из которой следует, что выезд автомобиля под управлением Т.И.М. со второстепенной дороги создал помеху для движения транспортного средства, двигавшегося по главной дороге. В результате водитель «LADA Granta» Г. был вынужден резко изменить траекторию движения, что привело к столкновению с припаркованным автомобилем и последующему наезду на пешехода Ч.

Оценка доказательств судом апелляционной инстанции проведена без учета требований ст. 26.1 и 26.2 КоАП РФ, обязывающих устанавливать все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. В частности, не учтено, что нарушение п. 1.5 Правил дорожного движения, выразившееся в создании помехи для движения, само по себе образует объективную сторону правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Прекращение производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на которые ссылался суд первой инстанции, осуществлено без всестороннего анализа имеющихся доказательств. В нарушение ст. 24.1 КоАП РФ суд апелляционной инстанции не принял мер к устранению сомнений в наличии причинно-следственной связи, хотя имел возможность назначить дополнительную экспертизу или истребовать дополнительные материалы.

Ненадлежащее извещение и неразъяснение процессуальных прав при составлении протокола об административном правонарушении исключает его как допустимое доказательство

С.А.А. был привлечён к ответственности по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ за нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение лёгкого вреда здоровью потерпевшего. Суд первой инстанции назначил наказание в виде лишения права управления транспортными средствами, апелляционный и кассационный суды оставили постановление без изменения.

В жалобе С.А.А. указывал на процессуальные нарушения: отсутствие извещения о составлении протокола, неразъяснение положений ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации, сомнения в его присутствии при оформлении протокола.

Верховный Суд установил, что протокол об административном правонарушении составлен с нарушением установленного порядка. Материалы дела не содержат подтверждения извещения лица о месте и времени составления документа, отсутствуют доказательства его присутствия при оформлении. Подпись о разъяснении прав в протоколе отсутствует, что свидетельствует о несоблюдении обязательных требований, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Нижестоящие суды проигнорировали обстоятельства, имеющие решающее значение для правильного разрешения дела. Не проверено, были ли обеспечены условия для участия лица в составлении протокола, предоставлена ли возможность представить объяснения и замечания. Протокол, составленный без участия лица и без доказательств его извещения, не может считаться допустимым доказательством. Между тем именно этот документ лёг в основу выводов о виновности, что нарушает требования ст. 24.1 и 26.1 КоАП РФ о полном и объективном выяснении обстоятельств дела.

В силу ч. 4 ст. 28.2 КоАП РФ лицо имеет право присутствовать при составлении протокола, давать пояснения и делать замечания. Частью 4.1 этой статьи допускается составление протокола в отсутствие лица только при наличии подтверждения его извещения. Отсутствие таких данных означает лишение лица возможности воспользоваться правами, гарантированными законом. Это влечёт нарушение права на защиту и противоречит ст. 1.6 КоАП РФ, закрепляющей принцип законности в административном производстве.