Войти
Поддержка Получить доступ
Поддержка Получить доступ
Главная » Обобщение судебной практики Верховного Суда о крайней необходимости при ДТП и исключении административной ответственности
16

Обобщение судебной практики Верховного Суда о крайней необходимости при ДТП и исключении административной ответственности

Крайняя необходимость при ДТП исключает административную ответственность, если водитель совершил манёвр для предотвращения более тяжких последствий. Решающее значение имеют внезапность опасности, отсутствие иных способов её устранения и подтверждение этих обстоятельств объективными доказательствами. Манёвр, направленный на снижение вреда, не образует состава правонарушения и влечёт прекращение производства по делу по п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Публикация:
13.04.2024
Обновление:
08.05.2026
Обзоров:
1
Судопроизводство:
Административные правонарушения
Категория:
Глава 12 КоАП РФ
Вы просматриваете ознакомительную версию Пандектума. Один обзор судебного акта открыт полностью, чтобы показать формат разбора. Для получения доступа ко всем обзорам этого обобщения, войдите в аккаунт с подпиской или оформите разовый доступ.

Совершение водителем перестроения для предотвращения лобового столкновения при внезапном выезде автомобиля на встречную полосу образует состояние крайней необходимости, что исключает административную ответственность за нарушение правил перестроения

Т.А.А. был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Инспектор ДПС посчитал, что он, перестраиваясь, не уступил дорогу автомобилю, двигавшемуся попутно, что повлекло столкновение. По результатам рассмотрения постановлением был назначен штраф. С момента возбуждения дела Т.А.А. настаивал, что перестроение вправо было вынужденным: он уходил от лобового столкновения с автомобилем, выехавшим на встречную полосу. Эти доводы подтверждались видеозаписью и показаниями свидетелей.

Районный суд согласился с решением инспектора и пришёл к выводу, что оснований для исключения ответственности нет. Заместитель председателя областного суда поддержал выводы районного суда, указав, что водитель должен был руководствоваться п. 10.1 Правил дорожного движения и снизить скорость вплоть до остановки. После этого Т.А.А. обжаловал решения в Верховный Суд Российской Федерации.

Верховный Суд установил, что рассмотрение дела не соответствовало требованиям ст. 24.1 и ст. 26.1 КоАП РФ. Эти нормы предусматривают обязанность полного и объективного исследования обстоятельств, включая виновность лица и обстоятельства, исключающие производство по делу. Однако судами не были оценены доводы о крайней необходимости, хотя они подтверждались объективными доказательствами.

Видеозапись фиксировала момент выезда автомобиля под управлением М.А.О. на встречную полосу. Этот маневр создал угрозу лобового столкновения. Т.А.А. перестроился вправо, чтобы избежать удара. Его объяснения совпадали с показаниями М.А.О. и Ж.А.Н., которые указывали на внезапность ситуации и отсутствие иных способов устранения угрозы. Эти доказательства подтверждали состояние крайней необходимости. Суды не дали им надлежащей оценки и ограничились ссылкой на несоразмерность вреда.

Вывод районного суда и заместителя председателя областного суда о том, что водитель должен был снизить скорость вплоть до остановки, не соответствовал фактической обстановке. Опасность возникла внезапно, и снижение скорости не предотвращало столкновения. Это подтверждалось фактом аварии с автомобилем Ж.А.Н., который не менял направления движения, но также попал в ДТП. Игнорирование этого обстоятельства свидетельствовало о неполноте исследования доказательств.

В силу ст. 2.7 КоАП РФ причинение вреда в состоянии крайней необходимости не образует состав правонарушения. По п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ такие обстоятельства исключают производство по делу. Суды обязаны были проверить эти обстоятельства, оценить доказательства и сопоставить их с доводами защиты. Отказ от анализа объективных данных привёл к неправильному выводу о виновности и нарушил принцип презумпции невиновности, закреплённый в ст. 1.5 КоАП РФ.

Нижестоящие суды не исполнили требование ст. 26.1 КоАП РФ о выяснении причин и условий правонарушения. Объяснения Т.А.А. о вынужденности маневра были подтверждены видеозаписью и свидетельскими показаниями, но были проигнорированы. В результате выводы о его виновности основывались на неполном исследовании доказательств и без учёта обстоятельств, исключающих ответственность. Это привело к неправильной правовой оценке ситуации.

Таким образом, перестроение Т.А.А. вправо являлось вынужденным маневром, направленным на предотвращение большего вреда. Его действия соответствовали состоянию крайней необходимости и исключали административную ответственность. Производство по делу подлежало прекращению по п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Постановление Верховного Суда Российской Федерации 15.04.2016 № 32-АД16-3

История рассмотрения дела:

Совершение водителем выезда на встречную полосу в целях предотвращения столкновения с попутным автомобилем при его неожиданном развороте образует состояние крайней необходимости, что исключает административную ответственность за нарушение правил дорожного движения

К.И.Б. была привлечена к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ за выезд на полосу встречного движения. По версии инспектора и суда первой инстанции, она нарушила требования дорожной разметки и допустила столкновение с автомобилем Л.Д.В. Водитель поясняла, что вынуждена была уйти влево, так как впереди двигавшийся автомобиль неожиданно начал разворот, и столкновения справа избежать было невозможно.

Мировой судья признал К.И.Б. виновной, районный суд согласился с его выводами, а кассационный суд поддержал позицию о том, что оснований для применения состояния крайней необходимости не имелось. После этого К.И.Б. подала жалобу в Верховный Суд Российской Федерации.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела не были полно и объективно исследованы обстоятельства, подлежащие выяснению по ст. 26.1 КоАП РФ. Водитель с самого начала ссылалась на вынужденный характер маневра, указывая, что выезд на встречную полосу был вызван действиями другого участника дорожного движения, совершившего разворот в нарушение п. 8.8 Правил дорожного движения. Эти доводы подтверждались материалами дела, однако судами проигнорированы.

Видеозапись происшествия и схема ДТП зафиксировали, что маневр К.И.Б. был связан с попыткой избежать столкновения. Автомобиль Л.Д.В. сместился вправо, начал разворот с включением поворотного сигнала в последний момент, создав внезапную опасность. В этой ситуации К.И.Б. выбрала вариант выезда влево, полагая, что уход вправо повлечет более тяжкие последствия. Эти обстоятельства указывали на наличие угрозы, которую нельзя было устранить иными средствами.

Суды сделали вывод, что действия водителя не соответствовали условиям крайней необходимости, предусмотренной ст. 2.7 КоАП РФ. Однако фактическая обстановка говорила об обратном. Опасность возникла внезапно, времени на выбор иного варианта у водителя не было. Кроме того, последствия маневра оказались менее значительными по сравнению с вредом, который мог быть причинен при столкновении с правой стороны. Оценка этих обстоятельств судами проведена формально и без учета содержания представленных доказательств.

В силу ст. 2.7 КоАП РФ причинение вреда в состоянии крайней необходимости не образует административного правонарушения. По п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ наличие таких обстоятельств исключает производство по делу. Суды обязаны были оценить все представленные доказательства, однако не сделали этого. Неполное исследование материалов дела привело к неверной правовой квалификации действий водителя.

Таким образом, выезд К.И.Б. на встречную полосу был вынужденным и направленным на предотвращение большего вреда. Эти действия образовывали состояние крайней необходимости и исключали административную ответственность.

Постановление Верховного Суда Российской Федерации 10.08.2021 № 36-АД21-2-К2

История рассмотрения дела: