Возложение на коммерческую организацию обязанности обеспечить охрану объекта без определения нарушенных прав неопределённого круга лиц противоречит принципам гражданского судопроизводства

Заместитель Новороссийского транспортного прокурора обратился в суд с иском в интересах неопределённого круга лиц к ООО «Порт Мечел-Темрюк» о возложении обязанности устранить нарушения транспортной безопасности. В обоснование требований прокурор указал, что ответчик, являясь объектом транспортной инфраструктуры III категории, не разработал и не утвердил план обеспечения транспортной безопасности, а также не обеспечил охрану объекта сотрудниками ФГУП «УВО Минтранса России», несмотря на включение в соответствующий перечень.

Темрюкский районный суд Краснодарского края удовлетворил исковые требования, обязав ООО «Порт Мечел-Темрюк» устранить нарушения. Апелляционный и кассационный суды оставили решение без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что суды нижестоящих инстанций не учли требования процессуального законодательства, регулирующие участие прокурора в гражданском судопроизводстве. В соответствии с частью 2 статьи 38 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, в интересах которого подано заявление, должно быть извещено о процессе и участвовать в нём в качестве истца. Однако суд не определил конкретного субъекта, чьи права и законные интересы предположительно нарушены, оставив без внимания вопрос о надлежащем процессуальном статусе заявителя.

Прокурор, обращаясь в суд в защиту неопределённого круга лиц, не указал, какие именно права и охраняемые законом интересы подлежат защите, а также не привёл нормы, предусматривающие конкретный способ их восстановления. Это противоречит требованиям части 3 статьи 131 ГПК РФ, согласно которой в исковом заявлении должно быть конкретизировано, в чём заключаются защищаемые интересы и какое право нарушено. Суды не устранили данный недостаток, что привело к рассмотрению дела в отсутствие чётко определённого предмета защиты.

Судебная коллегия отметила, что возложение на ООО «Порт Мечел-Темрюк» обязанности обеспечить охрану объекта ведомственной охраной фактически означает понуждение к заключению гражданско-правового договора. При этом суды не сослались на норму закона, обязывающую ответчика вступить в договорные отношения с ФГУП «УВО Минтранса России». Свобода договора, закреплённая в статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть ограничена только федеральным законом или добровольно принятым обязательством. В данном случае такие основания отсутствовали, что свидетельствует о необоснованном вмешательстве в гражданский оборот.

Резолютивная часть решения не соответствует критериям исполнимости, поскольку не содержит конкретных условий, на которых должен быть заключён договор. В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49, суд при понуждении к заключению договора обязан определить его существенные условия. Отсутствие таких условий делает судебный акт неисполнимым, что противоречит принципу правовой определённости.

Кроме того, суды не установили, каким образом возложение на ответчика обязанности по обеспечению охраны объекта восстановит предполагаемые нарушения прав неопределённого круга лиц. В отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями ООО «Порт Мечел-Темрюк» и возможным нарушением публичных интересов выводы судов носят предположительный характер и не основаны на законе.