Обобщение судебной практики Верховного суда Российской Федерации по признанию наследника недостойным, судебному подтверждению противоправных действий, злостному уклонению от содержания и пределам отстранения от наследования за 2011–2026 годы

Отстранение наследника за злостное уклонение от содержания наследодателя допускается при подтверждённой нуждаемости наследодателя и доказанном неисполнении установленной законом обязанности по содержанию

При требовании об отстранении наследника за злостное уклонение от содержания наследодателя суд устанавливает нуждаемость наследодателя, наличие у наследника обязанности по содержанию и доказательства её злостного неисполнения. Отсутствие ухода и материальной помощи само по себе не лишает наследника права наследования, если заболевание, нуждаемость и уклонение не подтверждены приговором, решением о взыскании алиментов или иными допустимыми доказательствами.

К.Г.Т. обратился к С.А.К. с иском о признании её недостойным наследником К., умершего 01.01.2005, и отстранении от наследования. Требования были мотивированы тем, что ответчица после смерти наследодателя заявила о наследственных правах, однако при его жизни, по мнению истца, не исполняла обязанность по содержанию нетрудоспособного отца.

Решением Советского районного суда г. Махачкалы от 19.05.2009 иск был удовлетворён. Определением Верховного суда Республики Дагестан от 24.07.2009 решение было отменено, по делу принято новое решение об отказе в иске. Постановлением президиума Верховного суда Республики Дагестан от 27.05.2010 это определение было отменено, решение районного суда было оставлено без изменения. В надзорной жалобе С.А.К. поставила вопрос об отмене решения районного суда и постановления президиума.

Верховный Суд установил, что признание наследника недостойным было основано на непроверенной связке между отсутствием помощи наследодателю и злостным уклонением от обязанности по содержанию. Суд первой инстанции признал достаточными доводы о длительном состоянии здоровья наследодателя, его нуждаемости в уходе и материальной помощи, а президиум суда республики восстановил этот вывод после отмены кассационного определения. При этом не были подтверждены заболевание наследодателя, его нуждаемость, объем обязанности дочери по содержанию и признаки злостного уклонения от такой обязанности.

По делу было установлено, что истец обратился с требованием о признании ответчицы недостойным наследником после смерти её отца. Основанием иска названы заявления о том, что дочь после обращения к нотариусу заявила о наследственных правах, хотя при жизни отца не исполняла обязанность по его содержанию. Районный суд удовлетворил иск, исходя из нуждаемости наследодателя в материальной помощи и уходе, которые, по позиции суда, оказывались истцом и его семьёй. Такая оценка не была соотнесена с доказательствами, подтверждающими именно нетрудоспособность, нуждаемость и злостное уклонение наследника.

Судебная коллегия суда республики отменила решение районного суда и отказала в иске, указав на отсутствие надлежащего подтверждения обстоятельств, необходимых для применения статьи 1117 ГК РФ. В медицинских документах отсутствовали сведения о заболевании наследодателя и его нуждаемости в постоянном уходе. Из справок о вызовах скорой помощи следовало, что наследодатель амбулаторно и стационарно не лечился, на диспансерном учете не состоял. Также было учтено, что он не был лежачим больным, занимался частным извозом, сдавал дом в аренду, а по месту жительства имелся магазин, сдаваемый в аренду.

Юридическое значение этих обстоятельств состояло в разграничении фактического отсутствия ухода и наследственной недостойности по специальному основанию. Для отстранения от наследования недостаточно установить, что наследник не помогал наследодателю или редко участвовал в его жизни. Нужно установить обязанность по содержанию, нуждаемость наследодателя в такой помощи и злостный характер уклонения. Несогласие президиума с оценкой доказательств, данной судебной коллегией суда республики, не могло служить самостоятельным основанием для отмены вступившего в законную силу кассационного определения.

Согласно части 2 статьи 1117 ГК РФ заинтересованное лицо вправе ставить вопрос об отстранении гражданина от наследования по закону при злостном уклонении от лежавших на нём обязанностей по содержанию наследодателя. В связи с частью 1 и частью 2 статьи 87 СК РФ трудоспособные совершеннолетние дети обязаны содержать нетрудоспособных нуждающихся родителей, а при отсутствии соглашения алименты взыскиваются в судебном порядке. Поэтому суду надлежало проверить не только отсутствие помощи, но и доказанность обязанности, нуждаемости и злостного уклонения; районный суд и президиум такого установления не произвели.

Решение Советского районного суда г. Махачкалы от 19.05.2009 и постановление президиума Верховного суда Республики Дагестан от 27.05.2010 отменены; определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан от 24.07.2009 оставлено в силе.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 20-В10-9

История рассмотрения дела:

• Советский районный суд города Махачкалы Республики Дагестан, карточка дела отсутствует на сайте суда
• Верховный Суд Республики Дагестан, карточка дела отсутствует на сайте суда
• Верховный Суд Республики Дагестан, карточка дела отсутствует на сайте суда

Обращение наследника в суд за установлением родства с сыном наследодателя не даёт основания для признания недостойным наследником без судебно установленных противоправных действий против наследодателя или наследников

При рассмотрении иска о признании наследника недостойным суд проверяет судебно подтверждённые умышленные противоправные действия против наследодателя, других наследников или последней воли наследодателя. Обращение наследника в суд с заявлением об установлении родства относится к реализации права на судебную защиту и само по себе не образует противоправность. Без приговора или решения суда о таких действиях отстранение от наследования не допускается.

Ж.Т.Л., П.М.И., Б.В.И. и П.Л.Г. обратились к Юрченко-Гах А.Ю. и Гах Е.Ю. с иском о признании недостойными наследниками и отстранении от наследования. Требования были мотивированы тем, что ответчики, не состоявшие в родстве с наследодателем, получили часть имущества по завещанию, а затем обратились в суд за установлением родства с сыном наследодателя для оформления прав на незавещанную часть имущества.

Решением Туапсинского городского суда Краснодарского края от 29.11.2011 иск был удовлетворён, Юрченко-Гах А.Ю. и Гах Е.Ю. признаны недостойными наследниками. Определением Краснодарского краевого суда от 22.12.2011 решение было оставлено без изменения. В дальнейшем Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации обратился с ходатайством о пересмотре состоявшихся судебных постановлений.

Верховный Суд установил, что нижестоящие суды признали наследников недостойными без установления действий, которые пункт 1 статьи 1117 ГК РФ связывает с утратой права наследования. В качестве противоправного поведения были указаны обращение в суд за установлением родства с сыном наследодателя и неуказание иных наследников. Эти обстоятельства не были сопоставлены с требованием о судебном подтверждении умышленных противоправных действий против наследодателя, других наследников или последней воли наследодателя.

По делу было установлено, что наследодатель завещала Юрченко-Гах А.Ю. и Гах Е.Ю. квартиру в равных долях. После её смерти они приняли наследство по завещанию, а затем обратились в суд с заявлением об установлении факта родственных отношений с умершим сыном наследодателя. Это заявление было удовлетворено, после чего нотариус учёл их как наследников по закону на незавещанное имущество. В дальнейшем судебный акт об установлении родства был отменён, а заявление оставлено без рассмотрения с разъяснением права разрешить вопрос в исковом порядке.

Отчуждение наследником имущества, принадлежавшего ему по договору дарения и не входившего в наследственную массу на дату смерти наследодателя, не является основанием для признания недостойным наследником при действующем завещании

Признание наследника недостойным возможно только при судебно подтверждённых умышленных противоправных действиях, направленных на наследственный результат. Отчуждение имущества, которое на день смерти наследодателя не входило в наследственную массу и принадлежало наследнику по договору дарения, не подтверждает увеличение наследственной доли. При действующем завещании в пользу наследника требуется установить действие против наследодателя, наследников или последней воли.

П.Т.Ф. обратилась к Ш.Л.Ф. с иском о признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования по завещанию. Требования были мотивированы тем, что после смерти Ш.Р.И. открылось наследство, при жизни наследодатель составила завещание в пользу П.Т.Ф., а ранее подарила ей указанное имущество; после признания договора дарения и последующих сделок недействительными имущество было возвращено в наследственную массу.

Ш.Л.Ф. предъявила встречный иск о признании П.Т.Ф. недостойным наследником и признании права собственности на имущество в порядке наследования по закону. Решением Лазаревского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 05.09.2016 в иске П.Т.Ф. было отказано, встречный иск был удовлетворён. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 15.12.2016 решение было оставлено без изменения. В кассационной жалобе представитель П.Т.Ф. поставил вопрос об отмене судебных постановлений.

Верховный Суд установил, что нижестоящие суды признали наследника недостойным без связи между отчуждением имущества и специальными условиями утраты наследственных прав. Суды сослались на недействительность последующих сделок купли-продажи и недобросовестность при их совершении, но не проверили, входило ли имущество в наследственную массу на день смерти наследодателя. Не было установлено и то, что сделка была направлена против наследодателя, другого наследника или последней воли, выраженной в завещании. При таком подходе вывод о недостойности был сделан через последствия гражданско-правовых сделок, а не через признаки, прямо названные в наследственном законе.

По делу было установлено, что наследодатель при жизни составила завещание в пользу П.Т.Ф., а затем по договору дарения передала ей жилой дом и земельный участок. После смерти наследодателя Ш.Л.Ф. обратилась к нотариусу и оспорила договор дарения, однако первое заявление было оставлено без рассмотрения, обеспечительные меры были отменены. На момент последующей продажи имущества П.Т.Ф. числилась его собственником, а наследственный спор между наследниками относительно этого имущества ещё не был разрешён. Эти обстоятельства имели значение для определения того, действовала ли П.Т.Ф. как наследник либо как собственник имущества, приобретённого по сделке при жизни наследодателя.

Ходатайство супруги об отложении развода, отсутствие ухода за наследодателем и долг по займу не образуют основания для утраты права наследования без решения о взыскании алиментов или судебно подтверждённых противоправных действий

Признание супруга недостойным наследником допускается только при судебно подтверждённых умышленных противоправных действиях против наследодателя, наследников или последней воли наследодателя либо при злостном уклонении от установленной решением суда алиментной обязанности. Ходатайство об отложении развода, отсутствие ухода, обращения в полицию и долг по займу не заменяют эти условия и не меняют объём наследства, если право требования долга переходит к наследникам.

А.Д.В. обратилась к А.В.Н. с иском о признании недостойным наследником и исключении из числа наследников. Требования были мотивированы тем, что после смерти А.В.А. наследование осуществлялось по закону, ответчик являлась супругой наследодателя, не участвовала в уходе за ним, не проживала совместно, не вела общее хозяйство, не оказывала материальной помощи, не участвовала в расходах на погребение, а также имела долг перед наследодателем по договору займа.

Решением Прикубанского районного суда г. Краснодара от 20.12.2016 в иске было отказано. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 25.05.2017 решение было отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении иска: А.В.Н. признана недостойным наследником и исключена из числа наследников по закону. В кассационной жалобе А.В.Н. и её представитель поставили вопрос об отмене апелляционного определения.

Верховный Суд установил, что апелляционный суд применил правила о недостойном наследнике к обстоятельствам, которые не образуют оснований для утраты права наследования. Ходатайство супруги о предоставлении срока для примирения, отсутствие ухода за наследодателем, долг по договору займа и обращения наследодателя в правоохранительные органы были оценены как поведение, направленное на призвание к наследованию. Однако не были установлены судебно подтверждённые умышленные противоправные действия против наследодателя, других наследников или последней воли наследодателя, а также решение о взыскании алиментов.

По делу было установлено, что после смерти А.В.А. наследниками по закону являлись его супруга А.В.Н. и дети, которые своевременно обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства. При жизни наследодатель предъявлял иск о расторжении брака, а ответчица просила предоставить срок для примирения. Позднее апелляционный суд связал это процессуальное ходатайство с намерением формально сохранить брак для последующего наследования, хотя само обращение с таким ходатайством относилось к реализации процессуальных прав в бракоразводном деле. Из этого процессуального действия не следовало выводить умышленное противоправное воздействие на наследодателя или наследников.

Прежний имущественный спор наследника с отцом и обращение в суд за защитой права не дают основания для признания наследника недостойным без судебно установленных противоправных действий против наследодателя или наследников

Признание наследника недостойным возможно только при судебно подтверждённых умышленных противоправных действиях против наследодателя, других наследников или последней воли наследодателя. Прежний имущественный спор с иным лицом, конфликтные семейные отношения, отсутствие на похоронах и само обращение в суд за защитой права не заменяют эти условия. Бремя доказывания лежит на лице, требующем отстранения от наследования.

З.Л.В. обратилась к М.А.В. с иском о признании недостойным наследником и отстранении от наследования. Требования были мотивированы тем, что после смерти их матери М.Н.П. открылось наследство в виде доли земельного участка и жилого дома, а ответчик, по позиции истца, ещё при жизни родителей пытался незаконно завладеть этим имуществом.

Решением Ленинского районного суда г. Краснодара от 01.10.2017 в иске было отказано. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 11.01.2018 решение было отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении иска. В кассационной жалобе М.А.В. просил отменить апелляционное определение и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Верховный Суд установил, что апелляционный суд признал наследника недостойным без установления обстоятельств, прямо названных законом основанием для отстранения от наследования. В основу вывода были положены прежний имущественный спор М.А.В. с отцом, конфликтные отношения в семье и отсутствие ответчика на похоронах матери. Эти обстоятельства не подтверждали умышленные противоправные действия против наследодателя, другого наследника или последней воли наследодателя.

По делу было установлено, что после смерти М.Н.П. наследниками первой очереди по закону являлись её дети — З.Л.В. и М.А.В. Ранее, после смерти отца сторон, возник спор о разделе домовладения, в котором М.А.В. ссылался на договор дарения доли имущества. По этому делу были разрешены требования, связанные с отцом сторон и пользованием домовладением, однако М.Н.П. не участвовала в том процессе, а обстоятельства взаимоотношений между ней и сыном не устанавливались.

Признание наследника недостойным зависит от доказанных умышленных противоправных действий либо злостного уклонения от установленной алиментной обязанности, а не от отсутствия материальной и моральной поддержки наследодателя

Признание наследника недостойным возможно при установлении одного из специальных оснований: умышленных противоправных действий, направленных против наследодателя, наследников или последней воли наследодателя, либо злостного уклонения от обязанности по содержанию, установленной решением о взыскании алиментов. Отсутствие общения, ухода, материальной или моральной помощи само по себе не заменяет эти условия и не позволяет отстранить наследника от наследования.

Б.А.Н. обратилась к Б.К.Г. с иском о признании недостойным наследником и признании права собственности в порядке наследования. Требования были мотивированы тем, что после смерти М.Е.М. открылось наследство в виде квартиры, истец фактически приняла наследство, а ответчик при обращении к нотариусу скрыла наличие других наследников, не оказывала наследодателю материальной помощи и моральной поддержки в период болезни.

Решением Советского районного суда г. Краснодара Краснодарского края от 09.10.2018 иск был удовлетворён: Б.К.Г. признана недостойным наследником и отстранена от наследования по закону, за Б.А.Н. признано право собственности на квартиру в порядке наследования. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 13.12.2018 решение было оставлено без изменения. В кассационной жалобе Б.К.Г. поставила вопрос об отмене судебных постановлений.

Верховный Суд установил, что признание наследника недостойным было основано на обстоятельствах, которые сами по себе не образуют специальные основания для отстранения от наследования. Нижестоящие суды связали утрату права наследования с отсутствием участия ответчика в жизни наследодателя, материальной помощи и моральной поддержки. При этом не были установлены ни умышленные противоправные действия, направленные на получение наследства или увеличение доли, ни злостное уклонение от установленной законом обязанности по содержанию наследодателя.

По делу было установлено, что после смерти М.Е.М. наследниками первой очереди по закону являлись её мать Б.А.Н. и дочь Б.К.Г. Ответчик в установленный срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Истец ссылалась на фактическое принятие наследственного имущества, оплату коммунальных платежей, сокрытие ответчиком других наследников при обращении к нотариусу, а также на отсутствие помощи наследодателю в период болезни. Эти обстоятельства требовали правовой оценки через закрытый перечень оснований, предусмотренных для признания наследника недостойным.

Признание наследника недостойным при отчуждении имущества из наследственной массы зависит от установления направленности действий на призвание к наследованию или увеличение доли, а не только от уменьшения состава наследства

Применение статьи 1117 ГК РФ к наследнику, распорядившемуся имуществом из наследственной массы, зависит от направленности действий на изменение порядка призвания к наследованию или увеличение доли наследства. Само уменьшение состава наследства и признание сделки мнимой не заменяют установление этого условия. Нарушенные имущественные права иных наследников защищаются требованиями о недействительности сделки, возврате имущества или компенсации стоимости.

А.А.В., как правопреемник А.Л.П., обратился с иском к К.В.П. и О.А.В. о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, применении последствий недействительности сделки, взыскании компенсации, признании К.В.П. недостойным наследником и взыскании судебных расходов. Требования были мотивированы тем, что автомобиль был приобретён в браке с наследодателем К.М.В., после её смерти подлежал учёту при определении наследственной массы, а договор купли-продажи с О.А.В. был оформлен после открытия наследства для сокрытия имущества.

Решением Анапского городского суда Краснодарского края от 28.11.2023 первоначальные и встречные требования были удовлетворены. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 05.06.2024 решение отменено, по делу принято новое решение: договор купли-продажи автомобиля признан мнимой сделкой, автомобиль признан общей совместной собственностью супругов, 1/2 доли включена в наследственную массу, К.В.П. признан недостойным наследником и отстранён от наследования. Определением Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 03.09.2024 апелляционное определение оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что апелляционный суд признал К.В.П. недостойным наследником вследствие неправильного толкования оснований, предусмотренных статьёй 1117 ГК РФ. Отчуждение автомобиля, входившего в наследственную массу в соответствующей доле, было признано достаточным для отстранения от наследования без установления направленности действий на призвание к наследованию либо увеличение доли наследства. Между тем само уменьшение состава наследственного имущества не равнозначно изменению круга наследников или размера наследственных долей.

По делу было установлено, что автомобиль приобретён К.В.П. в период брака с К.М.В. и зарегистрирован на его имя. После смерти К.М.В. наследство приняли А.Л.П. и К.В.П., а позднее правопреемником А.Л.П. стал А.А.В. В ходе разбирательства была представлена копия договора купли-продажи автомобиля, датированная 18.03.2020, однако по заключению судебной экспертизы подписи К.В.П. и О.А.В. в договоре выполнены не ранее 2022 года. Регистрация автомобиля за О.А.В. также была произведена после открытия наследства.

Признание родителя недостойным наследником после смерти ребенка зависит от того, исполнялась ли обязанность родителя по содержанию до совершеннолетия с учетом размера оказанной помощи, длительности неуплаты и сведений о доходе

Отстранение родителя от наследования после смерти ребенка возможно, когда доказано уклонение от обязанности по содержанию наследодателя до его совершеннолетия. Для такого вывода подлежат оценке не только расчет задолженности и документы исполнительного производства, но и длительность неуплаты, размер фактически переданных средств, сведения о доходах, свидетельские показания и иные доказательства. Формальное наличие отдельных платежей не исключает признание наследника недостойным.

Ц.М.Н. обратилась в суд к Ц.О.В. о лишении права на выплаты в связи с гибелью военнослужащего Ц.О.О. и о признании ответчика недостойным наследником. Требования мотивировались тем, что после прекращения семейных отношений отец не участвовал в воспитании и содержании сына, не поддерживал с ним родственные связи, имел задолженность по алиментам, а после гибели сына при выполнении задач специальной военной операции получил часть выплаты и заявил о принятии наследства.

Решением Пограничного районного суда Приморского края от 27.12.2024 иск был удовлетворен: Ц.О.В. лишен права на выплаты и признан недостойным наследником. Апелляционным определением Приморского краевого суда от 22.04.2025 решение было отменено в наследственной части, по этому требованию в иске отказано. Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 04.09.2025 решение в неотмененной части и апелляционное определение были оставлены без изменений.

Верховный Суд установил, что отказ в признании отца недостойным наследником был основан на неправильном применении правил об отстранении от наследования. Суд апелляционной инстанции ограничил проверку наследственного требования расчетом задолженности, сведениями о привлечении к ответственности и актами судебного пристава. В результате без оценки остались обстоятельства, от которых зависело отстранение от наследования: исполнял ли родитель обязанность по содержанию наследодателя до его совершеннолетия.

В материалах дела имелись сведения о судебном приказе о взыскании алиментов, периодах работы и доходах Ц.О.В., чеки о перечислении 10 000 руб. за 2006–2009 годы и показания свидетелей о неучастии отца в воспитании и содержании сына. Эти данные подлежали сопоставлению с объяснениями о трудностях трудоустройства, сохранением только отдельных квитанций и содержанием новой семьи. Без такого сопоставления нельзя было определить, являлись ли перечисления реальным исполнением обязанности либо минимальной помощью при наличии возможности содержать ребенка в большем размере.