Изъятие наркотических средств из организованного тайника не образует состава хищения при отсутствии установленного собственника

Т.В.С. осужден приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 22.02.2023 по п. «д» ч. 2 ст. 229 УК РФ (хищение наркотических средств в значительном размере) и ч. 1 ст. 228 УК РФ (незаконное хранение наркотических средств без цели сбыта в значительном размере). Преступление совершено 31.05.2022, когда Т.В.С., действуя умышленно, из корыстных побуждений, получил от неустановленного лица указание забрать наркотическое средство (производное N-метилэфедрона массой не менее 0,3296 г.) из тайника для последующего сбыта, однако оставил его себе для личного употребления.

Апелляционным определением Тюменского областного суда от 08.06.2023 приговор изменен: из осуждения по ч. 1 ст. 228 УК РФ исключен квалифицирующий признак «незаконное приобретение», наказание снижено до 1 года 1 месяца лишения свободы, а окончательное наказание по совокупности преступлений составило 6 лет 11 месяцев лишения свободы. Кассационное определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 16.04.2024 оставило судебные акты без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд пришел к выводу, что судебные решения в отношении Т.В.С. подлежат изменению ввиду неправильной квалификации его действий по п. «д» ч. 2 ст. 229 УК РФ. Квалифицируя изъятие наркотического средства как хищение, суды не учли, что состав преступления, предусмотренный ст. 229 УК РФ, требует установления факта противоправного изъятия наркотических средств у конкретного собственника или владельца, независимо от законности их владения. Данное толкование соответствует позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 23 Постановления от 15.06.2006 № 14.

Материалами дела не подтверждено, что Т.В.С. изъял наркотическое средство у какого-либо лица, обладающего им на законных или незаконных основаниях. Наркотик был получен из тайника, организованного неустановленным распространителем, что само по себе не свидетельствует о противозаконном изъятии против воли собственника. Поскольку лицо, передавшее наркотическое средство, действовало вне правового поля, его «воля» не может рассматриваться как охраняемый законом интерес, нарушение которого образует состав хищения.

Суды необоснованно проигнорировали принцип презумпции невиновности (ч. 3 ст. 14 УПК РФ), допустив осуждение на основании предположений, а не достоверных доказательств. Отсутствие в деле сведений о потерпевшем и принадлежности наркотика конкретному лицу исключает возможность квалификации действий Т.В.С. по ст. 229 УК РФ.

Действия осужденного полностью охватываются составом ч. 1 ст. 228 УК РФ (незаконное хранение наркотических средств), в связи с чем дополнительная квалификация по ст. 229 УК РФ является избыточной. Исключение осуждения по п. «д» ч. 2 ст. 229 УК РФ влечет изменение вида рецидива с особо опасного на рецидив преступлений, что требует корректировки режима отбывания наказания.

Верховный суд исключил осуждение Т.В.С. по п. «д» ч. 2 ст. 229 УК РФ, назначил наказание по ч. 1 ст. 228 УК РФ в виде 1 года 1 месяца лишения свободы, с частичным присоединением неотбытого срока по предыдущему приговору — окончательно 1 год 7 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима. Поэтому Судебная коллегия освободила Т.В.С. в связи с отбытием наказания.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2024 № 89-УД24-10-К7

История рассмотрения дела

• Центральный районный суд города Тюмени, дело № 1-81/2023
• Тюменский областной суд, дело № 22-1390/2023
• Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, дело № 7У-1890/2024