ИдеяНезаконное хранение огнестрельного оружия организованной группой подлежит квалификации по редакции закона, действовавшей на момент окончания преступления, так как новая редакция ужесточила наказание
Х.И.Р. осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ за участие в банде и совершаемых ею нападениях, по ч. 4 ст. 222 УК РФ за незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой, а также по п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ за разбой, совершенный с применением оружия организованной группой. Преступления совершены в период 2020–2021 гг. на территории Ставропольского края. По совокупности преступлений ему назначено 14 лет лишения свободы со штрафом и ограничением свободы.
Ставропольский краевой суд признал Х.И.Р. виновным по всем инкриминируемым эпизодам. Апелляционным определением Третьего апелляционного суда общей юрисдикции приговор изменен в части описания преступного деяния, исключив указание на неустановленных лиц, но оставлен в силе по существу.
Верховный Суд установил, что квалификация действий осужденного по ч. 4 ст. 222 УК РФ произведена с нарушением принципа действия уголовного закона во времени, закрепленного в ст. 9 и 10 УК РФ. Суд первой инстанции применил редакцию нормы, введенную Федеральным законом от 01.07.2021 № 281-ФЗ, предусматривающую более строгую санкцию, несмотря на то, что преступление было окончено 03.04.2021, то есть до вступления в силу указанных изменений.
В соответствии с ч. 1 ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время его совершения. Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, усиливающий наказание, обратной силы не имеет. Поскольку на момент окончания преступления ответственность за незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия организованной группой предусматривалась ч. 3 ст. 222 УК РФ в редакции Федерального закона от 24.11.2014 № 370-ФЗ, суду следовало применять именно эту норму.
Выводы нижестоящих судов о доказанности вины осужденного в совершении инкриминируемых деяний соответствуют материалам дела. Однако при квалификации действий Х.И.Р. по ст. 222 УК РФ допущена ошибка в определении подлежащей применению редакции уголовного закона, что повлекло необоснованное ужесточение наказания.
Применение ч. 4 ст. 222 УК РФ влечет нарушение принципа справедливости (ст. 6 УК РФ), поскольку осужденный подвергся более строгому наказанию, чем это предусмотрено законом, действовавшим на момент совершения преступления. Вопреки требованиям ст. 60 УК РФ суд не учел временной фактор при назначении наказания, что привело к его чрезмерной суровости.
Указанные нарушения являются существенными и влияют на исход дела, поскольку приводят к неправильному определению объема уголовной ответственности осужденного. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ такие нарушения являются основанием для изменения судебного решения в кассационном порядке.
Судебная коллегия переквалифицировала действия Х.И.Р. с ч. 4 ст. 222 УК РФ на ч. 3 ст. 222 УК РФ (в ред. ФЗ от 24.11.2014 № 370-ФЗ), снизив наказание до 7 лет лишения свободы со штрафом. По совокупности преступлений окончательно назначено 13 лет лишения свободы.
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2024 № 19-УД24-34-А3
История рассмотрения дела:
- Ставропольский краевой суд, дело № 2-2-18/2023
- Третий апелляционный суд общей юрисдикции, дело № 55-152/2024
Квалификация хранения огнестрельного оружия организованной группой должна осуществляться по норме, действовавшей на момент фактического прекращения преступной деятельности
А.Д.А., Т.З.С.-А. и Т.Б.А. осуждены за участие в устойчивой вооруженной группе (банде) (ч. 2 ст. 209, ч. 1 ст. 209 УК РФ), разбойные нападения (п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ), а также незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов (ч. 4 ст. 222 УК РФ). Преступления совершены в составе организованной группы. Оружие и боеприпасы, находившиеся у банды, изъяты 5 января 2022 года, однако деятельность группы была пресечена 3 апреля 2021 года.
Ставропольский краевой суд приговором от 25 января 2024 года осудил А.Д.А., Т.З.С.-А. и Т.Б.А. по всем вмененным статьям, назначив наказание в виде лишения свободы с частичным сложением сроков. Апелляционным определением Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 21 июня 2024 года приговор оставлен без изменения.
Верховный Суд установил, что суды первой и апелляционной инстанций допустили нарушение принципа обратной силы уголовного закона, предусмотренного статьями 9 и 10 УК РФ, при квалификации действий осужденных по части 4 статьи 222 УК РФ. Поскольку преступная деятельность, связанная с незаконным хранением оружия, была окончена 3 апреля 2021 года, а вменяемая норма в редакции от 1 июля 2021 года, усиливающая наказание, не могла применяться к данным правоотношениям.
Доказательственная база подтверждает, что на момент совершения инкриминируемых действий подлежала применению часть 3 статьи 222 УК РФ в редакции Федерального закона от 24 ноября 2014 года № 370-ФЗ. Несоблюдение данного требования привело к неправильной юридической оценке содеянного и необоснованному ужесточению наказания, что противоречит принципам законности и справедливости уголовного преследования.
При этом Верховный Суд указал на отсутствие оснований для пересмотра выводов относительно виновности осужденных по другим эпизодам обвинения. Доказательства участия в банде и совершении разбойных нападений, исследованные в судебном заседании, признаны допустимыми, достаточными и получили надлежащую оценку в соответствии со статьей 88 УПК РФ.
Судебная коллегия изменила приговор и апелляционное определение: переквалифицировала действия А.Д.А., Т.З.С.-А. и Т.Б.А. с ч. 4 ст. 222 УК РФ на ч. 3 ст. 222 УК РФ, снизив назначенные сроки лишения свободы и размеры штрафов. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.
Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.05.2025 № 19-УД25-10-А3
История рассмотрения дела:
- Ставропольский краевой суд, дело № 2-2-3/2024
- Третий апелляционный суд общей юрисдикции, дело № 55-267/2024