Обобщение судебной практики Верховного Суда Российской Федерации о сохранении прожиточного минимума должнику и его семье при удержаниях из пенсии и заработной платы в исполнительном производстве за 2022–2026 годы

Отказ в снижении размера удержаний с пенсии инвалида II группы при отсутствии иных доходов ниже прожиточного минимума нарушает принцип неприкосновенности имущественного минимума

Ш.А.М. обратилась в Нукутский районный суд Иркутской области с заявлением об изменении способа исполнения решений суда от 14.05.2020, 02.06.2020 и 23.06.2020, которыми с нее взыскана задолженность по кредитным договорам в пользу АО «Россельхозбанк» и ПАО «Совкомбанк». В обоснование требований заявитель указала, что является инвалидом II группы, нуждается в постоянном уходе, а ее страховая пенсия по старости (12 561,63 руб.) и компенсационная выплата сыну (1 440 руб.), осуществляющему уход, являются единственным источником дохода для семьи. После удержания 50% пенсии в рамках исполнительного производства оставшаяся сумма (6 280,82 руб.) ниже величины прожиточного минимума пенсионера в регионе (10 540 руб.), что нарушает ее право на социальное обеспечение.

Нукутский районный суд Иркутской области определением от 13.10.2021 отказал в удовлетворении заявления, сославшись на отсутствие исключительных обстоятельств. Апелляционным определением Иркутского областного суда от 12.01.2022 и определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 17.05.2022 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении заявления Ш.А.М. об изменении способа исполнения судебных решений суды не учли конституционные принципы социальной защиты и баланса интересов сторон. Правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в постановлении от 12.07.2007 № 10-П и определениях от 13.10.2009 № 1325-О-О и от 15.07.2010 № 1064-О-О, обязывает сохранять должнику-гражданину минимальный уровень дохода, необходимый для существования. В данном случае пенсия Ш.А.М. является единственным источником средств к существованию, а ее размер после удержаний (6 280,82 руб.) оказался ниже прожиточного минимума (10 540 руб.), что противоречит принципу неприкосновенности имущественного минимума (п. 4 ст. 4 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ).

Применение статьи 99 Федерального закона № 229-ФЗ без учета исключительных обстоятельств жизни должника привело к нарушению ее прав. Ш.А.М. представила доказательства инвалидности II группы, необходимости постоянного ухода и отсутствия иных доходов, однако суды не дали этим доводам надлежащей оценки, как того требует статья 67 ГПК РФ. Игнорирование данных обстоятельств лишило заявительницу возможности реализовать гарантированное статьей 39 Конституции РФ право на социальное обеспечение.

Отказ в удовлетворении заявления основан на ошибочном выводе об отсутствии исключительности ситуации. Суды не приняли во внимание, что тяжелое материальное положение Ш.А.М. и ее иждивенца, подтвержденное документами, создает непреодолимые препятствия для исполнения решений в установленном порядке. Подобный подход противоречит пункту 57 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2021), требующего учитывать размер пенсии как единственного источника дохода при определении объема взыскания.

Несоблюдение требований статьи 203 ГПК РФ и статьи 37 Федерального закона № 229-ФЗ об изменении способа исполнения при наличии уважительных причин также является нарушением. Судам следовало рассмотреть возможность снижения размера удержаний или предоставления рассрочки, чтобы обеспечить соблюдение принципа соразмерности, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции РФ. Вместо этого судебные акты формально сослались на отсутствие оснований, не исследовав фактическое положение должника.

Кассационная инстанция не устранила допущенные нарушения, не выполнив обязанность по проверке правильности применения норм материального права (ст. 379.6, 379.7 ГПК РФ). В результате не была обеспечена защита прав Ш.А.М. как социально уязвимой категории граждан, что повлекло необходимость отмены оспариваемых судебных актов.

Верховный Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил материал на новое рассмотрение в Нукутский районный суд Иркутской области.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2022 № 66-КГ22-12-К8

История рассмотрения дела:

• Нукутский районный суд Иркутской области, дело № 13-35/2021
• Иркутский областной суд, дело № 33-344/2022
• Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, дело № 8Г-5742/2022

Обращение взыскания на заработную плату в размере 50% при наличии у должника двух несовершеннолетних иждивенцев требует сохранения дохода не ниже суммы прожиточных минимумов

Д.О.А. обратилась в Кировский районный суд г. Иркутска с заявлением о сохранении заработной платы и иных доходов ежемесячно в размере, превышающем прожиточный минимум трудоспособного населения в Иркутской области. В обоснование требований она указала, что на основании решения суда от 07.10.2021 по иску ПАО «Банк ВТБ» к ней о взыскании задолженности по кредитному договору возбуждено исполнительное производство. Судебным приставом-исполнителем обращено взыскание на 50% ее заработной платы, что оставляет ей 13 233,07 руб. при прожиточном минимуме для трудоспособного населения в размере 14 620 руб. и для детей – 13 269 руб. Д.О.А. имеет двух несовершеннолетних детей, алименты не получает, и удержания ставят семью в тяжелое материальное положение.

Кировский районный суд г. Иркутска определением от 24.03.2022 отказал в удовлетворении заявления, сославшись на соответствие размера удержаний закону. Апелляционным определением Иркутского областного суда от 01.06.2022 решение оставлено без изменения. Судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции определением от 30.09.2022 также не нашел оснований для отмены.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении заявления Д.О.А. о сохранении заработной платы в размере, превышающем прожиточный минимум, судебные инстанции не учли требования части 5.2 статьи 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Данная норма предоставляет должнику-гражданину право обратиться в суд с требованием о сохранении дохода, необходимого для обеспечения минимального уровня жизни его семьи, если на его иждивении находятся несовершеннолетние дети или иные лица.

Правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в постановлениях от 14.04.2022 № 15-П и от 12.07.2007 № 10-П, не была применена. Согласно ей, взыскание по исполнительным документам не должно лишать должника и его семью средств к существованию, что соответствует принципам социального государства, закрепленным в статье 7 Конституции РФ.

Материалы дела свидетельствуют о том, что Д.О.А. имеет двух несовершеннолетних детей, а ее заработная плата является единственным источником дохода семьи. После удержания 50% от заработка оставшаяся сумма (13 233,07 руб.) оказалась ниже прожиточного минимума для трудоспособного населения (14 620 руб.) и детей (13 269 руб.) в Иркутской области. Однако суды не дали оценки этому обстоятельству, хотя оно имеет ключевое значение для применения статьи 446 ГПК РФ, запрещающей обращение взыскания на доходы ниже установленного минимума.

При рассмотрении вопроса о сохранении дохода должника свыше прожиточного минимума суд обязан учитывать наличие иждивенцев и обеспечивать неприкосновенность средств, необходимых для существования семьи, что вытекает из принципов исполнительного производства

Б.Л.Н. обратилась в Находкинский городской суд Приморского края с иском к АО «Азиатско-Тихоокеанский Банк», ПАО Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» и судебному приставу-исполнителю Отдела судебных приставов по Находкинскому городскому округу УФССП по Приморскому краю. Требования истца были направлены на сохранение пенсии ежемесячно в размере, превышающем прожиточный минимум для пенсионеров в Приморском крае, в связи с наличием на её иждивении несовершеннолетнего ребёнка. Основанием для иска послужили исполнительные производства, возбуждённые на основании исполнительной надписи нотариуса от 19.01.2022 и судебного приказа мирового судьи от 14.04.2022, в рамках которых из пенсии Б.Л.Н. удерживалось 50% доходов.

Находкинский городской суд Приморского края решением от 16.09.2022 отказал в удовлетворении исковых требований. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 18.01.2023 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.04.2023 решение и апелляционное определение также оставлены без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела суды не учли конституционные принципы социальной защиты, закреплённые в статьях 7, 38 и 39 Конституции Российской Федерации, гарантирующие достойный уровень жизни и особую охрану материнства и детства. Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 12.07.2007 № 10-П, обязывает обеспечивать баланс интересов кредитора и должника с учётом необходимости сохранения минимального уровня существования для гражданина и его семьи.

Применение части 5.2 статьи 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» не было осуществлено, хотя данная норма предоставляет должнику-гражданину право обратиться в суд с требованием о сохранении дохода в размере, превышающем прожиточный минимум, при наличии иждивенцев. Суды не исследовали вопрос о том, является ли пенсия Б.Л.Н. единственным источником средств к существованию для неё и несовершеннолетнего ребёнка, что противоречит требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценка материального положения истца проведена поверхностно, без анализа достаточности оставшихся после удержаний средств для обеспечения базовых потребностей. Судебные инстанции не проверили, соответствует ли остаток пенсии после взыскания 50% величине прожиточного минимума для пенсионеров и детей в Приморском крае, установленной Постановлением Правительства региона от 31.08.2021 № 578-пп.

Сохранение заработной платы должника-гражданина в размере, превышающем прожиточный минимум, при наличии лиц, находящихся на иждивении, является обязательным для обеспечения минимального уровня материальной обеспеченности семьи

Д.О.А. обратилась в Куйбышевский районный суд г. Иркутска с заявлением о сохранении ей заработной платы и иных доходов ежемесячно в размере, превышающем прожиточный минимум трудоспособного населения в Иркутской области, в связи с нахождением на её иждивении двоих несовершеннолетних детей. В обоснование заявления она указала, что после удержания 50% заработной платы в рамках исполнительного производства по взысканию задолженности по кредитному договору в пользу Банка ВТБ, оставшаяся сумма (13 233,07 руб.) ниже прожиточного минимума для неё и детей.

Куйбышевский районный суд г. Иркутска определением от 18.05.2022 оставил заявление без удовлетворения, сославшись на отсутствие доказательств исключительности обстоятельств. Апелляционным определением Иркутского областного суда от 15.08.2022 и определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13.01.2023 решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении заявления Д.О.А. не были учтены ключевые положения части 5.2 статьи 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», гарантирующей должнику-гражданину с иждивенцами право на сохранение части доходов для обеспечения минимального уровня жизни.

Применение норм статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оказалось формальным, поскольку суды не исследовали, соответствует ли оставшаяся после удержаний сумма заработной платы реальным потребностям должника и её детей. Конституционный принцип защиты семьи и детства, закреплённый в статье 38 Конституции Российской Федерации, не получил должного отражения в судебных решениях.

Материалы дела не содержат оценки доводов заявительницы о том, что её заработная плата в 26 466,15 руб. является единственным источником существования для неё и двоих несовершеннолетних детей. Удержание 50% этой суммы привело к тому, что на каждого члена семьи оставалось менее прожиточного минимума, что создаёт угрозу их нормальному жизнеобеспечению.

При удержании до 50 процентов из страховой пенсии за гражданином сохраняется сумма не ниже прожиточного минимума, если выплата является единственным источником средств существования, а удержание производит пенсионный орган

При удержании из страховой пенсии по исполнительному документу пенсионный орган не вправе ограничиваться предельным размером взыскания. Если пенсия является единственным источником средств существования, подлежат оценке остаток выплаты после удержаний, его соотношение с прожиточным минимумом и обязанность уведомить службу судебных приставов и пенсионера о невозможности исполнения документа в заявленном размере.

Пенсионер обратилась к Пенсионному органу с требованиями признать незаконными действия по удержанию денежных средств из страховой пенсии по исполнительным документам и взыскать убытки. Требования мотивированы тем, что Пенсионер получала страховую пенсию по старости и ежемесячную денежную выплату как инвалид III группы, иного дохода не имела, а после удержаний в пользу двух банков оставшаяся сумма пенсии стала ниже прожиточного минимума пенсионера.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска было отказано. Апелляционным определением решение оставлено без изменения, кассационный суд общей юрисдикции согласился с этими выводами. Нижестоящие суды исходили из того, что Пенсионный орган исполнял поступившие исполнительные документы в пределах 50 процентов пенсии, а вопрос о сохранении прожиточного минимума относился к компетенции судебного пристава-исполнителя либо мог быть разрешён через рассрочку исполнения судебных приказов.

Верховный Суд установил, что нижестоящие суды неправильно свели проверку действий Пенсионного органа к соблюдению предельного размера удержаний из страховой пенсии. Сам по себе предел в 50 процентов не решал вопрос о законности взыскания, если после удержаний пенсионеру оставалась сумма ниже прожиточного минимума. При заявленных доводах значение имели источник средств существования, остаток выплаты после взыскания и действия органа, исполнявшего исполнительные документы. Без проверки этих условий вывод о правомерности удержаний был сделан преждевременно.

Пенсионер ссылалась на то, что страховая пенсия по старости и ежемесячная денежная выплата инвалиду III группы были её единственными выплатами, иных доходов она не имела. После удержаний в пользу двух взыскателей оставшаяся сумма была ниже прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации. Эти обстоятельства относились к предмету иска о незаконности удержаний и взыскании убытков, поэтому они должны были проверяться в связи с последствиями обращения взыскания на страховую пенсию, а не только с размером удержания в процентах.

Отказ в сохранении должнику-гражданину с иждивенцем заработной платы в размере суммы прожиточных минимумов противоречит принципам исполнительного производства и конституционным гарантиям защиты семьи

З.Т.В. обратилась в суд с заявлением о сохранении заработной платы и иных доходов ежемесячно в размере, превышающем прожиточный минимум для трудоспособного населения, в связи с нахождением на её иждивении несовершеннолетней дочери. В обоснование требований она ссылалась на положения части 5² статьи 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», а также на то, что после удержаний из её заработной платы остаётся сумма, недостаточная для содержания себя и ребёнка.

Определением Павловского городского суда Нижегородской области от 05.12.2023 в удовлетворении заявления З.Т.В. отказано. Апелляционным определением Нижегородского областного суда от 13.02.2024 и определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 28.06.2024 судебные постановления оставлены без изменения.

Верховный Суд установил, что суды первой, апелляционной и кассационной инстанций не дали должной оценки доводам З.Т.В. о необходимости сохранения заработной платы в размере, превышающем прожиточный минимум, с учётом нахождения на её иждивении несовершеннолетнего ребёнка.

При рассмотрении заявления не были исследованы ключевые обстоятельства, включая размер доходов З.Т.В., состав её семьи, наличие иных источников средств к существованию, а также уровень материальной обеспеченности после удержаний по исполнительным документам.

Неприменение части 5² статьи 69 Федерального закона «Об исполнительном производстве» привело к игнорированию особого правового статуса должника-гражданина, имеющего иждивенцев.

Удержания из страховой пенсии по исполнительным листам не допускаются без сохранения прожиточного минимума, когда пенсия является единственным доходом, а орган пенсионного и социального страхования сам исполняет документы и оценивает размер удержаний

При исполнении исполнительных документов за счёт страховой пенсии территориальный орган фонда обязан учитывать исполнительский иммунитет и сохранять пенсионеру прожиточный минимум, если пенсия является единственным доходом. Отсутствие заявления пенсионера не исключает обязанность проверить допустимый размер удержаний.

С.М.И. обратилась в суд к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Рязанской области о признании незаконными удержаний из страховой пенсии по старости, возврате удержанных денежных средств и компенсации морального вреда. Требования были мотивированы тем, что с июля по декабрь 2023 г. по трём исполнительным листам из её пенсии удерживались денежные средства, после чего оставшаяся сумма была ниже прожиточного минимума пенсионера в Рязанской области. Иного дохода истец не имела.

Решением суда первой инстанции требования были удовлетворены частично: действия органа пенсионного и социального страхования признаны незаконными в части удержаний сверх прожиточного минимума, в пользу С.М.И. взыскано 28 125,91 руб. Апелляционный суд отменил решение в удовлетворённой части и отказал в иске, указав на отсутствие заявления о сохранении прожиточного минимума и допустимый размер удержаний. Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что отказ в возврате удержанных из пенсии денежных средств был основан на неправильном применении правил исполнительного производства и пенсионного законодательства. Апелляционный суд связал сохранение прожиточного минимума с письменным заявлением пенсионера и сослался на редакцию статьи 29 Федерального закона «О страховых пенсиях», действующую с 01.01.2024. При этом оставлены без применения положения о неприкосновенности минимума имущества должника-гражданина, действовавшие в спорный период при обращении взыскания на периодические выплаты.

Размер страховой пенсии С.М.И. с июля по декабрь 2023 г. составлял 13 292,81 руб., иных доходов она не имела. Орган пенсионного и социального страхования исполнял три исполнительных листа и удерживал по каждому из них 20 процентов пенсии. После удержаний у пенсионера оставались суммы ниже прожиточного минимума для пенсионеров в Рязанской области, установленного на 2023 год в размере 11 015 руб.; в октябре 2023 г. остаток составил 3 402,76 руб. Для разрешения спора следовало сопоставить размер пенсии, отсутствие иных доходов и фактический остаток после каждого удержания.

Отдельной оценки требовали действия органа пенсионного и социального страхования после поступления исполнительных документов. Территориальный орган фонда располагал сведениями о размере назначенной страховой пенсии и сам производил удержания из этой выплаты. С.М.И. ссылалась также на телефонное обращение с просьбой сохранить прожиточный минимум и отказ со ссылкой на компетенцию судебных приставов. Эти данные имели значение для проверки того, оценивалась ли возможность исполнения исполнительных листов без снижения остатка пенсии ниже защищённого минимума.

Апелляционный суд заменил проверку сохранения прожиточного минимума ссылкой на общий предел удержаний не более 50 процентов дохода. Для пенсионера, не имевшего иных средств существования, такой предел не мог применяться изолированно от исполнительского иммунитета. Отсутствие письменного заявления не снимало с органа, исполнявшего исполнительные документы, обязанность оценить удержания с учётом конституционных гарантий. Поэтому следовало проверить не только процент удержаний, но и сумму, оставшуюся для существования пенсионера после удержаний.

В силу пункта 4 статьи 4, статей 7, 9, 68 и части 2 статьи 99 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», абзаца восьмого части 1 статьи 446 ГПК РФ и статьи 29 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» обращение взыскания на пенсию допускается при сохранении должнику-гражданину суммы, необходимой для существования. С учётом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 12.07.2007 № 10-П и Постановлении от 14.04.2022 № 15-П, суду апелляционной инстанции надлежало проверить, обеспечил ли орган пенсионного и социального страхования сохранение прожиточного минимума. Без такой проверки вывод о законности удержаний не имел правового основания.