Обобщение судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по вопросам применения исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья должников или наследников

Исполнительский иммунитет распространяется на единственное жилое помещение должника и земельный участок в пожизненном наследуемом владении, поэтому обращение взыскания на такое имущество недопустимо без установления наличия у должника иных объектов для проживания

Заявитель Х.И.А. обратилась в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя, выразившиеся в аресте её доли жилого дома и земельного участка. Она указала, что спорная доля является для неё и семьи единственным местом жительства, а земельный участок предоставлен на праве пожизненного наследуемого владения и не может быть объектом взыскания.

Решением Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 26.04.2004 в удовлетворении жалобы отказано. Определением судебной коллегии Краснодарского краевого суда от 12.08.2004 решение отменено и жалоба удовлетворена. Постановлением президиума Краснодарского краевого суда от 25.11.2004 апелляционное определение отменено, решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что выводы судов основаны на неправильном применении норм материального права, регулирующих обращение взыскания на имущество должника.

Суд первой инстанции указал, что спорное жилое помещение используется заявительницей в коммерческих целях и не является единственным жильём. Такой вывод не подтверждён доказательствами и не обоснован ссылками на материалы дела.

Суд кассационной инстанции согласился с правомерностью наложения ареста, однако не проверил обстоятельства, свидетельствующие о том, что спорное помещение являлось единственным пригодным для проживания жильём должника и членов её семьи.

Часть 1 ст. 446 ГПК РФ прямо запрещает обращение взыскания на жилое помещение, если оно является единственным местом жительства семьи и не обременено ипотекой. Документы, представленные в деле, указывали, что иного жилья у должника не имелось.

Дополнительно арест был наложен и на земельный участок, предоставленный в пожизненное наследуемое владение. В силу ч. 2 ст. 21 и ст. 45 Земельного кодекса РФ такое право может прекратиться только при наследовании, а обращение взыскания к числу оснований прекращения не относится. Следовательно, арест земельного участка противоречил закону.

Суды не учли, что арест доли жилого дома и земельного участка нарушал установленный законом имущественный иммунитет должника. При рассмотрении жалобы не были установлены обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения дела.

По этой причине судебные акты всех инстанций подлежали отмене как принятые с существенным нарушением норм материального права. Решение Адлерского районного суда г. Сочи от 26.04.2004, определение судебной коллегии Краснодарского краевого суда от 12.08.2004 и постановление президиума Краснодарского краевого суда от 25.11.2004 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации 08.11.2005 № 18-В05-61

История рассмотрения дела:

• Адлерский районный суд города Сочи Краснодарского края, карточка дела отсутствует на сайте суда
• Краснодарский краевой суд, карточка дела отсутствует на сайте суда
• Краснодарский краевой суд, карточка дела отсутствует на сайте суда

Произвольное определение собранием кредиторов уровня обеспеченности жильем является нарушением прав должника на применение исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья

С. обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительными решений собрания кредиторов, принятых 27.09.2019. Суд первой инстанции удовлетворил заявление, однако апелляционная и кассационная инстанции отменили это решение, отказав в удовлетворении требований должника. В кассационной жалобе, поданной в высшую инстанцию, С. просил отменить судебные акты апелляционной и кассационной инстанций, оставив в силе решение суда первой инстанции.

Высшая инстанция указала, что решения собрания кредиторов о предоставлении должнику иного жилого помещения меньшей площади и стоимости взамен имеющейся у него квартиры были приняты с нарушением законодательства о банкротстве. Согласно пункту 2 статьи 12 и пункту 12 статьи 213.8 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», такие вопросы не входят в исключительную компетенцию собрания кредиторов. Принятые решения противоречили требованиям законодательства и привели к нарушению конституционного права должника на жилище, гарантированного частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации.

Кредиторы произвольно определили разумно достаточный уровень обеспеченности должника жильем, что не соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 14.05.2012 № 11-П. Конституционный Суд подчеркнул, что исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования. В данном случае квартира площадью 40 кв.м. не может быть признана роскошным жильем, превышающим разумную потребность в жилище.

Наличие у должника фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения исполнительского иммунитета к единственному жилью. Поддерживая решение собрания кредиторов, суды апелляционной и кассационной инстанций в нарушение положений статьи 35 Конституции Российской Федерации фактически лишили гражданина частной собственности, на которую не может быть обращено взыскание, против его воли. Одновременно должнику было навязано право собственности на иное имущество, в приобретении которого он заинтересованность не выражал.

История рассмотрения дела:

• Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.11.2019 № А71-16753/2017
• Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 № 17АП-16461/2018
• Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 25.05.2020 № Ф09-1499/2020
• Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004

Применение исполнительского иммунитета при исключении доли в квартире из конкурсной массы при банкротстве наследственной массы

Л. обратилась в арбитражный суд с заявлением об исключении 1/3 доли квартиры из конкурсной массы в рамках дела о банкротстве наследственной массы умершей С. Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении заявления, ссылаясь на отсутствие доказательств того, что спорная доля является единственным пригодным для проживания помещением для наследника и его семьи.

Верховный Суд указал, что суды нижестоящих инстанций не учли положения пункта 7 статьи 223.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно данной норме, жилое помещение (его части) не включается в конкурсную массу, если оно является единственным пригодным для постоянного проживания наследника. В данном случае квартира, принадлежащая наследодателю, фактически использовалась наследником и его ребенком как единственное жилье, что подтверждается материалами дела.

Кроме того, Верховный Суд отметил, что суды ошибочно применили нормы о долевой собственности, не учтя, что квартира не является коммунальной и используется всеми членами семьи как единое целое.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве и статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исполнительский иммунитет распространяется на недвижимое имущество в целом, а не на отдельные доли. Это означает, что исключение доли наследодателя из конкурсной массы не нарушает права наследника на жилье, поскольку наследник и его ребенок продолжают использовать всю квартиру в полном объеме, а не только свои доли. Продажа доли наследодателя не лишает наследника возможности проживать в квартире, так как она остается их единственным жильем.

Отказ в применении исполнительского иммунитета: квартира не использовалась должником для проживания, а ее статус как единственного жилья был создан искусственно

Финансовый управляющий имуществом должника Е.А. обратился в суд с заявлением о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению четырехкомнатной квартиры, оформленной договорами купли-продажи от 04.09.2015 и 15.11.2016. Суд первой инстанции удовлетворил заявление, признав сделки ничтожными и направленными на вывод имущества из конкурсной массы. Суды апелляционной инстанции и округа отменили это решение, сославшись на исполнительский иммунитет квартиры как единственного жилья должника.

При рассмотрении кассационной жалобы установлено, что должник и члены его семьи владели тремя жилыми помещениями, два из которых были проданы в 2015 году без внесения вырученных средств в конкурсную массу. Четырехкомнатная квартира была отчуждена в пользу супруги должника через промежуточного покупателя, что позволило искусственно создать ситуацию, при которой квартира стала формально единственным жильем. Суд первой инстанции правильно квалифицировал действия должника как злоупотребление правом, направленное на причинение вреда кредиторам, в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды апелляционной инстанции и округа ошибочно применили разъяснения пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48, распространив исполнительский иммунитет на четырехкомнатную квартиру. Верховный Суд указал, что данные разъяснения применимы только к ситуациям, когда жилое помещение действительно является единственным пригодным для проживания должника и его семьи. В данном случае квартира не использовалась должником для проживания, а ее статус как единственного жилья был создан искусственно.

Верховный Суд подтвердил, что возврат имущества по недействительной сделке не наделяет его автоматически исполнительским иммунитетом. Вопрос о применении иммунитета должен решаться судом исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом необходимости защиты прав кредиторов и конституционного права на жилище должника и его семьи. Суд первой инстанции верно оценил фактические обстоятельства и отказал в применении исполнительского иммунитета к четырехкомнатной квартире.

История рассмотрения дела:

Исполнительский иммунитет не применяется автоматически при значительном превышении площади жилья над разумными потребностями должника, тем более что спорный объект являлся объектом незавершенного строительства

Б. обратился в суд с иском к С. об обращении взыскания на имущество должника, а именно на незавершенный строительством дом площадью 416,3 кв.м. Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении иска, сославшись на то, что дом является единственным пригодным для проживания жильем должника и обладает исполнительским иммунитетом.

Верховный Суд Российской Федерации отменил судебные постановления, указав на существенные нарушения норм права. Суды не учли, что исполнительский иммунитет в отношении жилого помещения не является безусловным. Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом, а статья 24 ГК РФ устанавливает, что гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание. Перечень такого имущества определен статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Верховный Суд подчеркнул, что исполнительский иммунитет не должен применяться автоматически, если жилое помещение значительно превышает разумные потребности должника и его семьи. Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 14 мая 2012 г. № 11-П и от 26 апреля 2021 г. № 15-П указал, что иммунитет не может использоваться для защиты исключительно имущественных интересов должника в ущерб интересам взыскателя. Необходимо учитывать баланс интересов сторон, а также объективные характеристики жилого помещения, такие как его площадь и пригодность для проживания.

Суды нижестоящих инстанций не дали оценки тому, что дом является объектом незавершенного строительства, его площадь составляет 416,3 кв.м, а должник и его семья зарегистрированы по месту жительства в другом городе. Также не было установлено, пригоден ли данный объект для проживания и проживает ли там должник. Кассационный суд не обратил внимания на эти нарушения. В связи с этим Верховный Суд направил дело на новое рассмотрение для устранения допущенных нарушений.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2022 № 16-КГ22-15-К4

Отсутствие доказательств уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, влечет признание жилого помещения, обладающего исполнительским иммунитетом, подлежащим исключению из конкурсной массы

С. обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об исключении жилого дома и земельного участка из конкурсной массы в рамках дела о ее банкротстве. Суд первой инстанции удовлетворил заявление, признав, что имущество подпадает под исполнительский иммунитет. Однако Девятый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Московского округа отменили это решение, отказав в исключении имущества. С. и К. обжаловали данные постановления в Верховный Суд, ссылаясь на нарушение норм об исполнительском иммунитете.

Верховный Суд установил, что апелляционный и окружной суды неправильно применили нормы права, регулирующие исполнительский иммунитет. Согласно статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение, если оно является единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, совместно проживающих в этом помещении, и не обременено ипотекой. В данном случае жилой дом в деревне был признан единственным пригодным для проживания С. и ее отца К. после утраты прав на заложенную квартиру.

Апелляционный суд отказал в применении исполнительского иммунитета, сославшись на злоупотребление правами при заключении договора дарения дома. Однако Верховный Суд указал, что злоупотребление правами, установленное в рамках признания сделки недействительной, не может служить основанием для отказа в защите исполнительского иммунитета. Критерии для снятия иммунитета, установленные Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 26.04.2021 № 15-П, не были соблюдены. В частности, не было доказано, что приобретение жилого помещения было связано с действиями, направленными на создание условий для злоупотребления правами, например, путем искусственного формирования объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд первой инстанции правомерно исключил имущество из конкурсной массы, защитив жилищные права С. и К. Верховный Суд отменил постановления апелляционного и окружного судов, оставив в силе определение суда первой инстанции, как соответствующее закону и обстоятельствам дела.

История рассмотрения дела:

Денежные средства от продажи единственной квартиры при банкротстве могут быть распределены с учетом исполнительского иммунитета

Финансовый управляющий А. обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о разрешении разногласий с залоговым кредитором А.С. относительно порядка распределения средств, полученных от реализации залогового имущества — единственной квартиры при банкротстве. Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций установили порядок распределения средств, согласно которому требования залогового кредитора по неустойке удовлетворялись после погашения долгов других кредиторов. Залоговый кредитор обжаловал эти решения в Верховный Суд Российской Федерации.

Верховный Суд установил, что суды нижестоящих инстанций не учли правовую природу залога единственного жилья при банкротстве. Согласно пункту 3 статьи 213.25 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, исключается из конкурсной массы. Абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что единственное жилье должника не подлежит взысканию, за исключением случаев, когда оно является предметом ипотеки. Таким образом, должник, передавая единственное жилье в залог, отказывается от исполнительского иммунитета только в пользу залогового кредитора, но не других кредиторов.

Кроме того, после реализации единственного жилья и погашения основного долга залогового кредитора оставшиеся средства подлежат распределению с учетом исполнительского иммунитета. Это означает, что данные средства могут быть направлены только на удовлетворение требований залогового кредитора, включая неустойку, в порядке, установленном пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве. Суды нижестоящих инстанций ошибочно допустили удовлетворение требований других кредиторов до полного погашения обязательств перед залоговым кредитором.

На основании изложенного Верховный Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и постановил, что 90% средств от реализации единственного жилья подлежат перечислению залоговому кредитору, а оставшиеся 10% направляются на покрытие судебных расходов и расходов, связанных с реализацией имущества.

История рассмотрения дела:

Единственное жилье при банкротстве может быть включено в конкурсную массу при обеспечении должнику альтернативного жилья с сохранением социальных норм

ЗАО «Русский Монолит» и финансовый управляющий Хомяков М.С. обжаловали судебные акты, принятые по делу № А40-109376/2021. Арбитражный суд г. Москвы, Девятый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Московского округа удовлетворили заявление должника Гончаровой И.И. об исключении ее единственного жилья из конкурсной массы, признав недействительным решение собрания кредиторов о включении квартиры в конкурсную массу.

Верховный Суд установил, что суды не учли правовые позиции, изложенные в постановлении Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 № 15-П. Согласно данному постановлению, ограничение исполнительского иммунитета единственного жилья допустимо, если должнику и его семье предоставляется замещающее жилье, отвечающее разумным потребностям. В данном случае суды не исследовали вопрос о наличии решения кредиторов о предоставлении замещающего жилья, что является существенным нарушением. Кредиторы на собрании 31.05.2022 приняли Положение о порядке реализации имущества, которое предусматривало предоставление замещающего жилья, однако суды не оценили это обстоятельство при рассмотрении требования должника об исключении квартиры из конкурсной массы.

Кроме того, Верховный Суд отметил, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно проигнорировали процессуальные действия финансового управляющего. Управляющий подал заявление об утверждении Положения и ходатайство об объединении споров, однако суды отказали в удовлетворении этих требований, не дав им должной оценки. Это привело к тому, что вопрос о предоставлении замещающего жилья не был рассмотрен в рамках данного спора, что нарушило баланс интересов должника и кредиторов. Суды также не учли, что требование должника об исключении квартиры из конкурсной массы противоречило содержанию Положения, которое должно было рассматриваться как возражение против этого требования.

На основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные акты были отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы для установления существенных обстоятельств, включая оценку условий предоставления замещающего жилья и соблюдения баланса интересов должника и кредиторов.

История рассмотрения дела:

При рассмотрении вопроса о наличии исполнительского иммунитета суд обязан проверить действительную стоимость имущества, а также пригодность объекта незавершенного строительства к постоянному проживанию

Б. обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома, заключенного в рамках процедуры банкротства. Арбитражный суд Самарской области, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Поволжского округа отказали в удовлетворении заявления. Б. обжаловал эти решения в Верховный Суд Российской Федерации, ссылаясь на неприменение исполнительского иммунитета в отношении проданного имущества.

Верховный Суд указал, что суды нижестоящих инстанций не учли, что проданный объект — земельный участок с незавершенным строительством жилого дома — мог подпадать под действие исполнительского иммунитета, предусмотренного статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Суды не исследовали вопрос о том, является ли данный объект единственным жилым помещением для должника и членов его семьи, что является существенным обстоятельством для применения исполнительского иммунитета.

Кроме того, Верховный Суд отметил, что финансовый управляющий не провел надлежащую оценку имущества должника, в частности, не учел, что на момент продажи дом мог иметь иной статус, чем указано в документах. Суды не проверили законность продажи незарегистрированного жилого дома, что противоречит требованиям статьи 213.9 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Это привело к необоснованному выводу о невозможности отнесения дома к жилому помещению.

Верховный Суд также указал, что суды не исследовали вопрос о предоставлении замещающего жилья, что является важным аспектом при ограничении исполнительского иммунитета в делах о банкротстве. В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации № 15-П от 26.04.2021, вопрос о предоставлении замещающего жилья должен быть рассмотрен до принятия решения о продаже имущества должника.

На основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Верховный Суд отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области для устранения выявленных нарушений.

Ходатайство об исключении дома в Мордовии из конкурсной массы не свидетельствует о волеизъявлении должника на оставление за собой этого имущества, фактически проживающего в Москве

В рамках дела о банкротстве должника Б. финансовый управляющий обратился в суд с заявлением об определении жилого помещения, которое обладает исполнительским иммунитетом и не может быть включено в конкурсную массу для удовлетворения требований кредиторов. Одновременно должник Б. подал ходатайство об исключении из конкурсной массы определенного имущества, ссылаясь на необходимость сохранения жилищных прав для себя и членов своей семьи. Арбитражный суд г. Москвы, Девятый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Московского округа исключили из конкурсной массы жилой дом и земельный участок, расположенные в Республике Мордовия, но отказали в исключении комнаты в Москве, где должник фактически проживает с супругой.

Верховный Суд указал, что суды нижестоящих инстанций не учли требования постановления Пленума Верховного Суда № 48 от 25.12.2018 и статьи 446 Гражданского процессуального кодекса РФ. Согласно этим нормам, при определении жилого помещения, подлежащего исключению из конкурсной массы, необходимо учитывать баланс интересов кредиторов и конституционного права должника на жилище. Особое внимание должно уделяться обеспечению нормальных условий существования для должника и членов его семьи. Суды не установили, что исключение комнаты из конкурсной массы нарушит жилищные права должника, который длительное время зарегистрирован и проживает в ней, что подтверждается статьей 20 Гражданского кодекса РФ.

Верховный Суд отметил, что суды не приняли во внимание факт постоянного проживания должника в комнате в Москве, где он трудоустроен и обеспечивает себя и свою семью. Должник указал, что его супруга не имеет в собственности другого жилого помещения, что не было опровергнуто в ходе судебного разбирательства. Кроме того, суды не учли, что ходатайство должника об исключении жилого дома в Мордовии не могло рассматриваться как его волеизъявление на оставление за собой этого имущества, поскольку он фактически проживает в Москве и не планирует возвращаться в Мордовию.

На основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса РФ Верховный Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и исключил из конкурсной массы комнату в Москве, признав ее обладающей исполнительским иммунитетом. Решение основано на необходимости соблюдения жилищных прав должника и недопустимости вынуждения его к изменению места жительства, что соответствует позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении № 15-П от 26.04.2021.

История рассмотрения дела:

Регистрация наследников в квартире, принадлежащей матери, не наделяет их вещными правами на это имущество, а соответственно спорный жилой дом является их единственным жильем

П.К.Р. и П.Н.В., действующая в интересах несовершеннолетней П.А.Р., обратились в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой на судебные акты Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры, Восьмого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, отказавшие в исключении земельного участка и жилого дома из конкурсной массы умершего должника П.Р.В.

Верховный Суд указал, что суды нижестоящих инстанций не учли положения части 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации, статьи 3 Конвенции ООН «О правах ребенка» и пункта 7 статьи 223.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Согласно этим нормам, имущество, являющееся единственным пригодным для проживания наследников, не может быть включено в конкурсную массу. Суды не приняли во внимание, что спорный жилой дом и земельный участок являются единственным жильем для несовершеннолетней П.А.Р. и совершеннолетнего П.К.Р., что подтверждается их ходатайством об исключении имущества из конкурсной массы.

Верховный Суд подчеркнул, что регистрация наследников в квартире, принадлежащей их матери, не наделяет их вещными правами на это имущество. Согласно пункту 4 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации, ребенок не имеет права собственности на имущество родителей. Права детей на проживание в жилом помещении производны от прав собственника и прекращаются с утратой последним права собственности. Кроме того, квартира матери обременена ипотекой, что делает право собственности на нее экономически неустойчивым.

Верховный Суд пришел к выводу, что спорное имущество подлежит исключению из конкурсной массы на основании исполнительского иммунитета, предусмотренного пунктом 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Кредиторы не должны извлекать выгоду из факта смерти должника, а интересы несовершеннолетних наследников должны быть защищены в соответствии с конституционными нормами и международными обязательствами Российской Федерации.

История рассмотрения дела:

Отсутствие доказательств избыточности единственного жилого помещения исключает его реализацию в рамках конкурсной массы при банкротстве гражданина

Финансовый управляющий должника Г.Г.С. обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением об утверждении Положения о реализации имущества должника, включающего жилой дом и право аренды земельного участка. Г.Г.С. подал встречное заявление об исключении данного имущества из конкурсной массы, ссылаясь на то, что дом является единственным пригодным для проживания помещением для него и его дочери, не имеющим признаков избыточности. Требования основаны на положениях статей 213.25, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд Московской области удовлетворил заявление должника, исключив имущество из конкурсной массы. Десятый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Московского округа отменили это решение, отказав в удовлетворении требований как финансового управляющего, так и должника, сославшись на преждевременность выводов о статусе жилого помещения.

Верховный Суд установил, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что жилое помещение должника и его дочери зарегистрировано как единственное пригодное для постоянного проживания, что подтверждено решением Коломенского городского суда от 17.09.2021. Кредиторы и финансовый управляющий не представили достаточных доказательств, опровергающих данный факт или подтверждающих избыточность жилья, что является обязательным условием для ограничения исполнительского иммунитета согласно пункту 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

При рассмотрении дела не было учтено разъяснение Конституционного Суда РФ, содержащееся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 № 15-П, согласно которому ограничение исполнительского иммунитета возможно только при соблюдении ряда условий, включая предоставление замещающего жилья, сохранение минимальных норм жилой площади и экономическую целесообразность такой процедуры. Ни одно из этих условий не было выполнено или даже предметно исследовано судом апелляционной инстанции.

Суд округа не устранил нарушение принципа правовой определенности, допущенное апелляционным судом, который, отказывая в удовлетворении требований должника, фактически оставил вопрос о статусе жилого помещения открытым, создав возможность для неоднократного пересмотра одного и того же вопроса. Это противоречит положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ, закрепляющей принцип окончательности судебных актов.

Нарушение порядка распределения конкурсной массы при банкротстве и применение исполнительского иммунитета к денежным средствам от продажи единственного жилья

Т. обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой на определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2024 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.08.2024 по делу о банкротстве. Суды оставили без изменения решение о прекращении производства по делу и утвердили вознаграждение финансового управляющего.

Верховный Суд указал, что суды нижестоящих инстанций не учли, что квартира должника являлась единственным жильем, что подтверждается отзывом должника и отчетом финансового управляющего. Согласно п. 3 ст. 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и ч. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имущество, обладающее исполнительским иммунитетом, не подлежит включению в конкурсную массу. Это включает денежные средства, вырученные от продажи единственного жилья, за вычетом сумм, направленных на погашение требований залогового кредитора и иных расходов, предусмотренных законом.

Верховный Суд отметил, что финансовый управляющий необоснованно направил оставшиеся после расчетов с залоговым кредитором средства на погашение требований незалоговых кредиторов, что нарушило жилищные права должника. Суд подчеркнул, что неподача должником заявления об исключении средств из конкурсной массы до завершения расчетов не может быть расценена как отказ от исполнительского иммунитета. Управляющий обязан был выяснить волю должника и разъяснить ему право на подачу соответствующего заявления.

Верховный Суд отменил судебные акты, указав на нарушение норм права, регулирующих исполнительский иммунитет, и несоблюдение баланса интересов кредиторов и должника. Дело направлено на новое рассмотрение, в ходе которого суду предстоит проверить законность распределения конкурсной массы и оценить возражения должника относительно вознаграждения управляющего.

История рассмотрения дела: