При возложении субсидиарной ответственности на руководителя организации-должника кредитор не должен доказывать вину ответчика

Работник состоял в трудовых отношениях с организацией. Решением суда удовлетворены его исковые требования о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат в размере, компенсации морального вреда и судебных расходов. Но исполнительный документ был возвращен взыскателю в связи с невозможностью исполнения.

Тогда работник обратился в суд с иском к руководителю организации о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств.

Суд первой инстанции в удовлетворении иска отказал. Он сослался на то, что сам по себе факт исключения организации из ЕГРЮЛ при наличии признаков недействующего юридического лица (п. 2 ст. 211 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), не влечет безусловное возложение субсидиарной ответственности на учредителей и руководителей юридического лица.

По мнению суда, доказательств совершения руководителем организации умышленных действий, направленных на уклонение от исполнения обязательств организации по выплате заработной платы, истцом не представлено. И не указано, в чем выражается недобросовестность или неразумность его действий.

С выводами суда первой инстанции согласились суд апелляционной инстанции и кассационный суд.

При возложении субсидиарной ответственности не кредитор должен доказывать недобросовестность действий руководителя организации-должника, а руководитель должен доказать обратное

Верховный суд решения судов отменил и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, неосуществление контролирующими лицами ликвидации ООО при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать:

• о намеренном пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями;
• попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества.

Это приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором недобросовестности и неразумности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества. А также не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика. Так как от истца требуется представление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Однако суды первой и апелляционной инстанции возложили на истца обязанность доказать вину ответчика, являвшегося руководителем юридического лица — работодателя, и освободили ответчика от обязанности доказать отсутствие своей вины. Такое нарушение является существенным, поскольку незаконное возложение на работника обязанности доказать вину руководителя юридического лица с очевидностью повлияло на результат разрешения спора.

Определение Верховного суда Российской Федерации от 27.09.2022 г. № 5-КГ22-63-К2