Назначение прежнего срока лишения свободы после переквалификации по новой редакции уголовного закона допустимо при прежней оценке характера преступлений, данных о личности осужденных и смягчающих обстоятельств

П.О.А. и П.А.Г. были осуждены по делу о нападениях на лиц неславянской национальности и внешности. И.О.А. признан виновным в убийстве двух лиц, совершенном группой лиц по предварительному сговору и по мотивам национальной ненависти и вражды, а также в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью по тем же мотивам. П.А.Г. признан виновным в убийстве группой лиц по предварительному сговору и по мотивам национальной ненависти и вражды, а также в иных насильственных действиях; по обвинению в вовлечении несовершеннолетних в совершение преступлений он был оправдан.

Приговором Самарского областного суда от 01.11.2010 И.О.А. окончательно назначено 20 лет лишения свободы, П.А.Г. — 16 лет лишения свободы. Государственный обвинитель просил отменить приговор, ссылаясь на необоснованное оправдание П.А.Г. по ч. 4 ст. 150 УК РФ и неверную квалификацию действий в отношении потерпевшего Д. Осужденный П.А.Г. и его защитник просили переквалифицировать действия по эпизоду убийства на ч. 2 ст. 116 УК РФ и снизить наказание, защитник И.О.А. просил смягчить назначенный срок.

Выводы Верховного Суда: применение более мягкого уголовного закона

Верховный Суд установил, что оснований для отмены приговора по доводам кассационного представления и кассационных жалоб не имелось. Выводы о виновности И.О.А. и П.А.Г. были основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. Доводы защиты о непричастности П.А.Г. к убийству и отсутствии предварительного сговора не получили подтверждения. Доводы государственного обвинителя о более строгой квалификации действий П.А.Г. также не давали основания для отмены приговора.

По эпизодам убийства и причинения тяжкого вреда здоровью суд первой инстанции исследовал показания осужденных, потерпевших и свидетелей, протоколы осмотра мест происшествия и заключения судебных экспертиз. Из совокупности этих сведений следовало, что нападения были совершены группой лиц по предварительному сговору и по мотивам национальной ненависти и вражды. Сведения о характере ранений, локализации повреждений и причинной связи с наступившими последствиями позволяли квалифицировать действия И.О.А. по п. «е» ч. 2 ст. 111 УК РФ, а действия П.А.Г. по эпизоду убийства — по пп. «ж», «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Отдельная проверка была проведена по эпизоду в отношении Д. и по обвинению П.А.Г. в вовлечении несовершеннолетних в совершение преступлений. Покушение на убийство возможно только при прямом умысле на причинение смерти, однако такой умысел по указанному эпизоду установлен не был. Причиненный потерпевшему вред соответствовал квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 116 УК РФ. По обвинению по ч. 4 ст. 150 УК РФ активные действия по вовлечению несовершеннолетних со стороны П.А.Г. не были установлены, а иной способ вовлечения в обвинении не конкретизировался.

Юридическое значение имело разграничение двух вопросов: законности выводов о виновности и последствий вступления в силу более мягкого уголовного закона. Доказательственная оценка по эпизодам преступлений не давала оснований для иной квалификации по доводам сторон. Вместе с тем новая редакция закона изменила нижние границы наказаний по ч. 2 ст. 111 УК РФ и ч. 2 ст. 116 УК РФ. Поэтому действия И.О.А. и П.А.Г. подлежали квалификации по редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ, а вопрос о размере наказания подлежал разрешению с учетом всех обстоятельств дела.

В силу ст. 10 УК РФ уголовный закон, смягчающий наказание, имеет обратную силу и подлежит применению к лицам, совершившим преступление до его вступления в силу. Федеральным законом от 07.03.2011 № 26-ФЗ по ч. 2 ст. 111 УК РФ и ч. 2 ст. 116 УК РФ были снижены нижние границы санкций. После такого изменения квалификация подлежала приведению в соответствие с новой редакцией закона, но не исключалась необходимость индивидуализировать наказание по характеру и степени общественной опасности преступлений, данным о личности, признанию вины, раскаянию и активному способствованию раскрытию преступлений. При таком соотношении нормы и установленных обстоятельств прежний срок лишения свободы мог быть назначен вновь.

Приговор Самарского областного суда от 01.11.2010 в отношении И.О.А. и П.А.Г. изменен: действия И.О.А. переквалифицированы на п. «е» ч. 2 ст. 111 УК РФ, действия П.А.Г. — на п. «б» ч. 2 ст. 116 УК РФ в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ; прежние окончательные сроки оставлены.

Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.03.2011 № 46-О11-4

История рассмотрения дела: