Обобщение судебной практики Верховного Суда по вопросам квалификации необходимой обороны, оценки доказательств и соблюдения процессуальных требований при рассмотрении уголовных дел о преступлениях против жизни и здоровья

Необоснованное осуждение за убийство супруга без учета необходимой обороны, доказательств насилия и свидетельских показаний

А.С.А. была осуждена за убийство своего супруга А. и причинение ему легкого вреда здоровью. Суд первой инстанции приговорил ее к 8 годам лишения свободы по ч. 1 ст. 105 УК РФ и к 9 месяцам исправительных работ по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. Апелляционная и кассационная инстанции оставили приговор без изменений. А.С.А. утверждала, что действовала в состоянии необходимой обороны, так как супруг угрожал ей убийством и избивал ее. Однако суды не приняли во внимание ее доводы, сославшись на отсутствие доказательств, подтверждающих ее версию событий.

Верховный Суд установил, что суд первой инстанции не выполнил требования статьи 307 УПК РФ, согласно которой описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать подробное описание преступного деяния, включая место, время, способ его совершения, форму вины, мотивы, цели и последствия преступления. В приговоре отсутствовало описание причин конфликта между А.С.А. и ее супругом, а также обстоятельств, при которых она завладела ножом. Это нарушение привело к тому, что суд не дал должной оценки показаниям А.С.А. о том, что она действовала в состоянии необходимой обороны, опасаясь за свою жизнь.

Кроме того, суд первой инстанции не выполнил требования части 1 статьи 88 УПК РФ, согласно которой каждое доказательство должно быть оценено с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела. Суд не учел показания А.С.А. о том, что супруг угрожал ей убийством и избивал ее, а также не дал оценки медицинским заключениям, подтверждающим наличие у нее телесных повреждений. В частности, судебно-медицинские экспертизы установили, что у А.С.А. имелись повреждения, характерные для насильственных действий, включая черепно-мозговую травму, ссадины и кровоподтеки. Эти повреждения могли быть получены в результате действий супруга, что подтверждало версию А.С.А. о нападении с его стороны. Однако суд не дал этим доказательствам надлежащей оценки, что привело к необоснованному выводу о виновности А.С.А. в убийстве.

Суд первой инстанции также не учел показания свидетелей, которые подтверждали, что супруг А.С.А. в состоянии алкогольного опьянения проявлял агрессию и избивал ее. Свидетели указывали на наличие телесных повреждений у А.С.А. и агрессивное поведение ее супруга. Однако суд отверг эти показания, мотивируя это тем, что свидетели не были очевидцами событий, произошедших в ночь убийства. Верховный Суд указал, что такие показания могли иметь значение для оценки обстоятельств дела, включая мотивы и поведение сторон, и их игнорирование является нарушением требований статьи 87 УПК РФ.

Помимо этого, Верховный Суд отметил, что суд первой инстанции не дал оценки сообщению ИЦ ГУ МВД России по субъекту РФ о том, что супруг А.С.А. ранее привлекался к уголовной ответственности за нанесение побоев и угрозу убийством. Эти сведения могли повлиять на выводы суда о характере взаимоотношений между А.С.А. и ее супругом, а также на оценку ее действий как необходимой обороны. Однако суд не исследовал эти обстоятельства, что является нарушением требований статьи 73 УПК РФ, согласно которой суд обязан установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В дополнении к этому, Верховный Суд указал, что суд первой инстанции не раскрыл существо конфликта, произошедшего между А.С.А. и ее супругом, при описании преступного деяния, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 115 УК. Суд не указал мотивы совершения данного преступления, что также является нарушением требований статьи 307 УПК РФ.

На основании изложенных нарушений Верховный Суд отменил апелляционное и кассационное определения и направил дело на новое апелляционное рассмотрение.

Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2024 № 66-УД24-11-К8

История рассмотрения дела:

• Усольский городской суд Иркутской области, дело № 1-5/2023
• Иркутский областной суд, дело № 22-3545/2023
• Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, дело № 7У-445/2024

Действия обороняющегося при защите от удушения и непосредственной угрозы жизни с применением оружия не могут квалифицироваться как превышение пределов необходимой обороны ввиду явной опасности посягательства

С.И.Б. была осуждена по ч. 1 ст. 108 УК РФ за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Согласно приговору Елизовского районного суда Камчатского края от 26.02.2024, 19.11.2022 в г. Елизово между С.И.Б. и потерпевшим С. возник конфликт, в ходе которого С., находясь в состоянии алкогольного опьянения, применил к С.И.Б. физическое насилие, включая удушение и удары. В ответ С.И.Б., защищаясь, нанесла С. несколько ударов ножом, что привело к его смерти.

Апелляционным определением Камчатского краевого суда от 16.04.2024 наказание С.И.Б. было смягчено до 1 года 6 месяцев ограничения свободы. Кассационным определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 17.09.2024 приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.

Верховный Суд установил, что выводы нижестоящих судов о превышении С.И.Б. пределов необходимой обороны не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Суды не учли, что действия потерпевшего С., включая удушение, удары и угрозы убийством, создавали реальную опасность для жизни С.И.Б., что подпадает под признаки посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни, в соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ.

При рассмотрении дела не было принято во внимание, что С.И.Б. действовала в условиях внезапности и не имела возможности объективно оценить степень опасности нападения, что исключает квалификацию ее действий как явного несоответствия защиты характеру посягательства (ч. 2.1 ст. 37 УК РФ). Показания С.И.Б., признанные судами достоверными, однозначно свидетельствовали о реальной угрозе ее жизни в момент нападения.

Суды не привели в приговоре и последующих решениях конкретных обстоятельств, опровергающих состояние необходимой обороны у С.И.Б., что противоречит требованиям ст. 297 УПК РФ о необходимости обоснованности и мотивированности судебных актов. Вопреки п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19, не были учтены такие факторы, как физическое превосходство потерпевшего, его агрессивное поведение и отсутствие у С.И.Б. возможности обратиться за помощью.

Выводы судов о том, что С.И.Б. могла прекратить конфликт иным способом, не подкреплены доказательствами и носят предположительный характер, что недопустимо при вынесении обвинительного приговора (ч. 4 ст. 302 УПК РФ). Доводы защиты о наличии состояния необходимой обороны не получили надлежащей оценки, а сомнения в виновности С.И.Б. не были истолкованы в ее пользу, как того требует принцип презумпции невиновности (ч. 3 ст. 14 УПК РФ).

Несоответствие судебных решений требованиям закона привело к неправильной квалификации действий С.И.Б. и необоснованному привлечению ее к уголовной ответственности.

Приговор Елизовского районного суда Камчатского края от 26.02.2024, апелляционное определение Камчатского краевого суда от 16.04.2024 и кассационное определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 17.09.2024 отменены. Уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления в действиях С.И.Б.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2025 № 60-УД25-3-К9

История рассмотрения дела:

• Елизовский районный суд Камчатского края, дело № 1-7/2024
• Камчатский краевой суд, дело № 22-295/2024
• Девятый кассационный суд общей юрисдикции, дело № 7У-3038/2024

Состояние необходимой обороны сохраняется при защите от нападения в жилище, если посягательство не было очевидно окончено для обороняющегося лица

А.З.Ф. осужден за умышленное причинение смерти П. и покушение на умышленное причинение смерти Г. (ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Г. и П., вооруженные резиновой палкой, ворвались в квартиру осужденного, нанесли ему телесные повреждения и ударили П., вступившегося за А.З.Ф. В ответ осужденный, защищаясь, нанес потерпевшим ножевые ранения, от которых П. скончался, а Г. получил тяжкий вред здоровью. Суд первой инстанции квалифицировал действия А.З.Ф. как превышение пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 114 УК РФ), назначив 2 года 2 месяца ограничения свободы.

Апелляционный суд отменил приговор, переквалифицировав действия осужденного на ч. 1 ст. 105 и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначив 11 лет лишения свободы. Кассационный суд оставил это решение без изменения.

Верховный Суд установил, что апелляционный суд необоснованно исключил состояние необходимой обороны при оценке действий А.З.Ф., не приняв во внимание продолжающуюся угрозу со стороны потерпевших. Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ, право на оборону возникает не только при реальном насилии, опасном для жизни, но и при наличии непосредственной угрозы его применения. Однако суд не дал оценки тому, что потерпевшие, оставаясь в жилище осужденного с резиновой палкой, продолжали демонстрировать агрессивное поведение, что могло восприниматься как угроза дальнейшего нападения.

Выводы апелляционной инстанции противоречат п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2012 № 19, согласно которому угроза применения насилия может выражаться в демонстрации оружия, если обстановка давала основания опасаться его использования. В данном случае потерпевшие уже применили насилие в отношении П., а их последующие действия не свидетельствовали о прекращении посягательства.

Суду следовало проверить, мог ли А.З.Ф. в сложившейся обстановке объективно воспринимать момент окончания нападения. В соответствии с п. 8 указанного Постановления Пленума, состояние необходимой обороны сохраняется, если обороняющийся, исходя из обстоятельств, не осознавал окончания посягательства. Однако апелляционный суд не исследовал этот вопрос, ограничившись формальным выводом об отсутствии активных насильственных действий со стороны потерпевших после удара П.