Получение вознаграждения арбитражным управляющим и исполнителем по договору оказания юридических услуг не образует неосновательного обогащения

Общество с ограниченной ответственностью «Ультрапласт» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ЮиП» о признании недействительным договора от 24.08.2021 на оказание юридических услуг, взыскании 560 000 руб. задолженности и 66 897 руб. 48 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. Истец ссылался на статьи 10, 168, 395, 1102, 1107 ГК РФ, утверждая, что договор был заключен под влиянием обмана, поскольку учредитель ответчика, Ш.В.Ю., впоследствии был утвержден арбитражным управляющим в деле о банкротстве общества «Пэтбир МСК», что, по мнению истца, свидетельствовало о недобросовестности ответчика.

Арбитражный суд города Москвы решением от 02.04.2024 удовлетворил иск, признав договор недействительным и взыскав с ответчика 560 000 руб. задолженности и 48 671 руб. 32 коп. процентов. Данное решение было оставлено без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2024 и Арбитражного суда Московского округа от 23.08.2024. Суды исходили из того, что Ш.В.Ю. действовал недобросовестно, умолчав о возможности своего назначения арбитражным управляющим, что повлияло на решение истца заключить договор.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что выводы судебных инстанций о недействительности договора оказания юридических услуг от 24.08.2021 не соответствуют требованиям законодательства. Положения статьи 179 ГК РФ о признании сделки недействительной вследствие обмана применялись без учета необходимых условий. Для применения данной нормы требуется установление умысла контрагента на введение в заблуждение и причинной связи между обманом и решением потерпевшего заключить сделку, чего в материалах дела не обнаружено.

При рассмотрении спора не получило надлежащей оценки отсутствие доказательств того, что общество «ЮиП» при заключении договора имело намерение ввести контрагента в заблуждение относительно личности Ш.В.Ю. как потенциального арбитражного управляющего. Сведения о профессиональной деятельности Ш.В.Ю. как члена саморегулируемой организации арбитражных управляющих находились в открытом доступе и могли быть проверены обществом «Ультрапласт» при проявлении обычной осмотрительности.

Не нашел подтверждения в материалах дела довод о существенности умолчания для принятия решения о заключении договора. На момент подписания соглашения назначение Ш.В.Ю. управляющим в конкретном деле о банкротстве не планировалось и не могло быть предсказуемо, что исключает квалификацию такого умолчания как обмана. Доводы истца о получении ответчиком «двойной выгоды» не учитывают самостоятельный характер обязательств по договору оказания услуг и вознаграждения арбитражного управляющего.

Судами не была дана надлежащая оценка доводу ответчика о пропуске срока исковой давности. Положения пункта 2 статьи 181 ГК РФ устанавливают годичный срок для оспаривания сделки по основанию обмана, который исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о соответствующих обстоятельствах. В данном случае обращение в суд последовало через два года после заключения договора, при этом истец не представил убедительных доказательств более позднего обнаружения обстоятельств, якобы свидетельствующих об обмане.

При рассмотрении спора не была проведена надлежащая правовая квалификация договора в соответствии со статьей 429.4 ГК РФ. Из анализа условий соглашения, включая установленную периодичность платежей и оказания услуг, следует, что он относится к категории абонентских договоров. Данное обстоятельство имеет существенное значение для оценки характера исполнения обязательств сторонами. Отсутствие претензий со стороны истца к качеству оказываемых услуг на протяжении всего срока действия договора и их своевременная оплата свидетельствуют о надлежащем исполнении обязательств ответчиком.