ИдеяПереквалификация разбоя на грабеж в связи с самостоятельными действиями соисполнителя, выходящими за пределы умысла подсудимого, и неустановленностью признаков организованной группы
Л.А.Е. осужден за разбойное нападение при следующих обстоятельствах. 25.11.1998 Л.А.Е., К.С.В. и Д.Н.А. договорились о завладении имуществом потерпевшего Л. Л.А.Е. обеспечил проникновение группы в жилище, а К.С.В. и Д.Н.А., применив насилие, связали потерпевшего. К.С.В., действуя вне рамок договоренности, причинил Л. телесные повреждения, опасные для жизни, что привело к его смерти. Действия Л.А.Е. квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ как разбой, совершенный организованной группой с применением насилия, опасного для жизни.
Приговором Читинского областного суда от 10.04.2000 Л.А.Е. осужден по п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Постановлением Ингодинского районного суда г. Читы от 12.03.2004 квалификация изменена на п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ, наказание снижено до 11 лет. Постановлением президиума Читинского областного суда от 24.02.2005 квалификация вновь изменена на п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ.
Верховный Суд установил, что квалификация действий Л.А.Е. по п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Материалы уголовного дела не содержат доказательств, подтверждающих умысел Л.А.Е. на применение насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего. Согласно ст. 36 УК РФ, действия К.С.В., причинившего смерть потерпевшего, являются эксцессом исполнителя, поскольку выходили за пределы согласованного плана и не охватывались умыслом Л.А.Е.
Исследованные доказательства не подтверждают вывод о совершении преступления организованной группой. Устойчивость и сплоченность группы, необходимые для квалификации по ст. 35 УК РФ, судом не установлены. Совместное совершение преступления в прошлом не свидетельствует о наличии признаков организованной группы, а временный характер объединения Л.А.Е., К.С.В. и Д.Н.А. исключает применение п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ.
Приговор не содержит мотивированного обоснования вывода о том, что Л.А.Е. знал о наличии у К.С.В. оружия или предвидел возможность причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью. Отсутствие таких данных в материалах дела противоречит требованиям ст. 307 УПК РФ, согласно которым суд обязан аргументировать свои выводы.
Назначение Л.А.Е. наказания, предусмотренного за разбой, необоснованно, поскольку его действия подпадают под признаки грабежа, совершенного группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в жилище. Санкция ст. 161 УК РФ не предусматривает конфискацию имущества, что также не учтено при вынесении приговора.
Верховный Суд отметил, что судебные решения в отношении Л.А.Е. не соответствуют принципу индивидуализации наказания, закрепленному в ст. 6 УК РФ. Характер и степень общественной опасности действий Л.А.Е., а также его роль в совершении преступления не дают оснований для применения ст. 162 УК РФ в редакции, действовавшей на момент рассмотрения дела.
Действия Л.А.Е. переквалифицированы со ст. 162 ч. 3 п. «а» УК РФ на ст. 161 ч. 2 п. «а», «в», «г» УК РФ.
Определение суда Верховного суда Российской Федерации от 06.06.2006 № 72-Д05-3
История рассмотрения дела:
- Читинский областной суд (Забайкальский краевой суд), карточка дела отсутствует на сайте суда
- Читинский областной суд (Забайкальский краевой суд), карточка дела отсутствует на сайте суда
- В кассационной инстанции уголовное дело не рассматривалось
Переквалификация разбоя на грабеж при отсутствии доказательств договоренности о применении опасного насилия или использования предметов в качестве оружия в ходе группового хищения с проникновением в жилище
И.Р.Р. осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ (разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище), пп. «а», «в», «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ (грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, в крупном размере) и ч. 1 ст. 314.1 УК РФ (самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства). Преступления совершены при следующих обстоятельствах: 11.12.2015 и 18.12.2015 И.Р.Р. совместно с П. и С. совершили хищение имущества у потерпевших Б. и Д., применив к ним насилие и угрозы.
Алуштинский городской суд Республики Крым 16.03.2018 признал И.Р.Р. виновным и назначил ему наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы. Президиум Верховного Суда Республики Крым 24.04.2019 исключил из приговора указание на судимости И.Р.Р. и смягчил наказание до 7 лет 5 месяцев лишения свободы.
Верховный Суд установил, что квалификация действий И.Р.Р. по ч. 3 ст. 162 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Согласно требованиям ст. 307 УПК РФ, приговор должен содержать мотивированные выводы о наличии умысла на применение насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы его применения. В данном случае такие доказательства отсутствовали.
Исследованные в судебном заседании показания потерпевших, свидетелей и соучастников подтвердили лишь факт применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, что исключает признаки разбоя. Суд первой инстанции не учел, что для квалификации по ч. 3 ст. 162 УК РФ необходимо установить договоренность между соучастниками о применении именно опасного насилия или использовании предметов в качестве оружия.
Приведенные в приговоре доказательства, включая показания П. и С., не содержали сведений о наличии такой договоренности. Ссылка на то, что потерпевшая Б. воспринимала угрозы как реальную опасность, не заменяет доказательств умысла И.Р.Р. на совершение разбоя. Это противоречит позиции, изложенной в Постановлении Пленума ВС РФ от 27.12.2002 № 29, согласно которой квалифицирующие признаки должны быть подтверждены объективными данными.
Описательно-мотивировочная часть приговора не содержит анализа обстоятельств, свидетельствующих о применении предметов в качестве оружия. Показания потерпевшей о наличии ножа у одного из нападавших не были подкреплены вещественными доказательствами или заключениями экспертиз, что не позволяет однозначно квалифицировать действия как разбой.
Выводы о виновности И.Р.Р. в грабеже (пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ) остаются обоснованными, поскольку соответствуют установленным фактам: хищение совершено группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище и применением насилия, не опасного для жизни и здоровья. Переквалификация исключает несоответствие между фактическими обстоятельствами и юридической оценкой содеянного.
Верховный Суд переквалифицировал действия И.Р.Р. с ч. 3 ст. 162 УК РФ на пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначил ему 6 лет лишения свободы по данному эпизоду. Окончательное наказание по совокупности преступлений составило 7 лет лишения свободы.
Кассационное определение Верховного суда Российской Федерации от 26.12.2019 № 127-УД19-26
История рассмотрения дела:
- Алуштинский городской суд Республики Крым, дело № 1-5/2018
- В апелляционной инстанции уголовное дело не рассматривалось
- Верховный Суд Республики Крым, дело № 4У-86/2019