Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исключено из приговора в связи с отсутствием конкретных условий его исполнения

Д.А.Г. и Х.К.А. осуждены за совершение ряда преступлений, в том числе незаконное хранение и ношение оружия (ч. 2 ст. 222 УК РФ); разбойное нападение на Л. с применением предметов, используемых в качестве оружия, причинением тяжкого вреда здоровью и убийством (п. «в» ч. 4 ст. 162, пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ); разбойное нападение на Т. с проникновением в помещение и хищением огнестрельного оружия (ч. 3 ст. 162, п. «б» ч. 4 ст. 226 УК РФ); кражи имущества М., Б. и П. с незаконным проникновением в жилище (п. «а» ч. 3 ст. 158, пп. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ); приготовление к краже (ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ).

Преступления совершены в период с февраля по август 2019 года на территории Краснодарского края.

Краснодарский краевой суд приговорил Д.А.Г. к 16 годам лишения свободы, Х.К.А. – к 15 годам с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев. Апелляционный суд изменил приговор, исключив указание на незаконное приобретение оружия (ч. 2 ст. 222 УК РФ), увеличил сроки по п. «б» ч. 4 ст. 226 УК РФ до 8 лет, отменил дополнительное наказание в виде ограничения свободы по ч. 3 ст. 162 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, но оставил его по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Нарушения, установленные Верховным судом

Верховный Суд установил, что апелляционный суд необоснованно сохранил указание на дополнительное наказание в виде ограничения свободы, не определив его конкретные условия. Положениями ст. 53 УК РФ предусмотрено, что при назначении данного вида наказания суд обязан установить его продолжительность и перечень ограничений. В данном случае апелляционная инстанция, исключив ограничение свободы по ч. 3 ст. 162 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, оставило его лишь по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, но не указало, какие именно обязанности и запреты должен соблюдать осужденный.

Отсутствие четкого определения содержания дополнительного наказания противоречит требованиям ч. 4 ст. 74 УИК РФ, согласно которой судебное решение должно содержать исчерпывающий перечень ограничений. Это лишает наказание конкретности и создает невозможность его реального исполнения, что нарушает принцип определенности уголовно-правовых предписаний, закрепленный в ст. 3 УК РФ.

Применение правил ч. 3 ст. 69 УК РФ о назначении наказания по совокупности преступлений не устраняет необходимость детализации дополнительного наказания. Вопреки требованиям закона, апелляционный суд не указал, какие ограничения сохраняются после исключения наказания по отдельным эпизодам. Это привело к формальному сохранению наказания, которое фактически не может быть исполнено.

Правовая позиция, изложенная в Постановлении Пленума ВС РФ от 22.12.2015 № 58, подчеркивает, что суды обязаны конкретизировать условия отбывания дополнительного наказания. В рассматриваемом случае апелляционное определение не содержит такой конкретизации, что делает его противоречащим как нормам УК РФ, так и разъяснениям высшей судебной инстанции.

Судебная коллегия также отметила, что сохранение в приговоре указания на неопределенное ограничение свободы создает неясность в вопросе исполнения наказания. Это нарушает право осужденного на понимание объема возложенных на него обязанностей, что не соответствует принципам справедливости и законности, закрепленным в ст. 6 и 7 УК РФ.

Верховный Суд изменил судебные акты, исключив указание на назначение Х.К.А. дополнительного наказания в виде ограничения свободы, оставив остальные решения без изменения.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2025 № 18-УД25-14-А3

История рассмотрения дела:

• Краснодарский краевой суд, дело № 2-3/2023
• Третий апелляционный суд общей юрисдикции, дело № 55-2/2024