Для признания отсутствующим права собственности на объект недвижимости (объект гражданской обороны) суды обязаны исследовать в числе прочего потребность в объекте для защиты населения и его техническое состояние

Прокурор обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю, требуя признание отсутствующим права собственности на объект недвижимости — на защитное сооружение гражданской обороны (укрытие) и признании данного объекта федеральной собственностью. Суд первой инстанции удовлетворил требования прокурора, указав, что объект с момента создания являлся федеральной собственностью и не мог быть приватизирован без решения Правительства РФ. Апелляционная и кассационная инстанции поддержали это решение. Предприниматель обжаловал судебные акты в Верховный Суд РФ.

Установленные нарушения и выводы Верховного Суда

Суды нижестоящих инстанций не исследовали фактическое состояние объекта. Ответчиком было представлено техническое заключение, в котором состояние строительных конструкций укрытия оценено как предельное (аварийное). Заключение указывало на невозможность восстановления объекта до работоспособного состояния. Однако суды не дали оценки этому доказательству, что является нарушением ч. 4 ст. 67 ГПК РФ.

Также судами не было выяснено, существует ли действительная потребность в спорном объекте для защиты населения, как это предусмотрено п. 3 Порядка создания убежищ и иных объектов гражданской обороны, утвержденного постановлением Правительства РФ от 29 ноября 1999 г. № 1309. И не были исследованы вопросы, связанные с возможностью передачи объекта в оперативное управление или хозяйственное ведение.

Более того, суды не установили, использовался ли объект как убежище или в иных целях, а также не выяснили, кто нес бремя его содержания в течение длительного периода (с 2003 по 2022 год).

Верховный Суд РФ указал, что признание отсутствующим права собственности на объект недвижимости является исключительным способом защиты, который применяется только в случаях, когда нарушенное право не может быть защищено иными способами (п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 г.). В данном случае прокурор не доказал, что право Российской Федерации на объект было нарушено, а также не представил доказательств несения бремени содержания объекта.

Суды не учли, что с 2003 года объект находился в частной собственности, и право собственности на него неоднократно переходило по возмездным сделкам, что подтверждалось записями в ЕГРН. При этом Российская Федерация и ее органы не проявляли интереса к объекту и не несли бремя его содержания. Эти обстоятельства не были оценены судами, что привело к неправильному применению норм материального права.

Кроме того, суды нижестоящих инстанций отказали в применении исковой давности, сославшись на то, что на требование о признании отсутствующим права собственности исковая давность не распространяется. Однако Верховный Суд РФ указал, что такое решение было принято без учета фактических обстоятельств дела. В частности, суды не исследовали вопрос о том, когда Российской Федерации стало известно о нарушении ее прав, и не дали оценки длительному периоду бездействия со стороны публичных органов (с 2003 по 2022 год).

При рассмотрении дела судам не были учтены положения ст. 8 Конституции РФ и ст. 212 ГК РФ, согласно которым частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности признаются и защищаются равным образом. В данном случае суды фактически проигнорировали права частного собственника, не исследовав обстоятельства приобретения им объекта и не оценив его добросовестность. Также не был учтен принцип единства судьбы земельного участка и расположенного на нем объекта недвижимости, что является нарушением норм Земельного кодекса РФ и ГК РФ.

Судебная коллегия указала на то, что суды не дали правовой оценки действиям государственных органов, которые в 2003 году допустили отчуждение объекта в частную собственность в рамках процедуры банкротства ФГУП. При этом переход права собственности на объект неоднократно регистрировался в ЕГРН, что свидетельствовало о признании государством факта нахождения объекта в частной собственности. Эти обстоятельства не были учтены, что привело к неправильной квалификации правоотношений сторон.

В связи с чем, Верховный Суд отменил решение суда первой инстанции, апелляционное определение и определение кассационного суда, направив дело на новое рассмотрение.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 67-КГ24-14-К8