Ограничение периода начисления процентов датой изъятия предмета лизинга без проверки момента фактического возврата финансирования исключает правильное определение сальдо взаимных обязательств влечет необходимость нового рассмотрения с учетом условий соглашения о расторжении договора

Акционерное общество «Сбербанк Лизинг» обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО» о взыскании 1 340 157,57 руб. неосновательного обогащения. Требование основано на положениях договора финансовой аренды (лизинга) от 13.03.2019 № ОВ/Ф-56018-01-01, который был досрочно расторгнут соглашением сторон от 28.10.2019. Истец ссылался на несогласие ответчика с представленным расчетом сальдо взаимных обязательств, согласно которому завершающая обязанность лизингополучателя составила указанную сумму.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 06.06.2023, оставленным без изменения последующими судебными инстанциями, исковые требования удовлетворены частично. С ответчика взыскано 89 915,46 руб. неосновательного обогащения. Суды исходили из того, что период начисления платы за пользование финансированием ограничен сроком фактического использования предмета лизинга ответчиком – с 3 апреля 2019 г. по 28 октября 2019 г. (208 дней), а финансовый результат сделки в пользу лизингодателя составил указанную сумму.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что при разрешении спора судам следовало руководствоваться положениями статей 307, 309, 310, 624, 625, 665 и 666 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)». Эти нормы закрепляют баланс интересов сторон: лизингодатель предоставляет финансирование, а лизингополучатель возвращает его посредством уплаты платежей и процентов.

Суды, ограничив период начисления процентов датой изъятия предмета лизинга, не учли, что возврат финансирования в денежной форме осуществляется только после реализации имущества третьим лицам. Согласно пункту 2 статьи 13 Закона о лизинге и пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, обязанность лизингополучателя прекращается после реализации имущества в разумный срок.

Определяя сальдо обязательств, суды не исследовали довод истца о том, что предмет лизинга был оплачен продавцу до его передачи ответчику, и не оценили обстоятельства, связанные с датой фактического возврата финансирования. При этом они не учли, что стороны в соглашении о расторжении от 28.10.2019 предусмотрели шестимесячный срок реализации имущества, который должен был приниматься во внимание при определении периода начисления процентов.

Принцип добросовестности (статья 10 ГК РФ) возлагает на лизингодателя обязанность действовать разумно при реализации изъятого имущества и не допускать затягивания его продажи. Однако само по себе изъятие имущества не прекращает обязательства по возврату финансирования. В то же время право лизингодателя на начисление процентов не может сохраняться за пределами разумного срока, необходимого для реализации имущества, поскольку это нарушило бы баланс интересов сторон.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2023, постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 и 28.02.2024 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.05.2024 по делу № А40-272052/2022 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

История рассмотрения дела:

• Решение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2023 № А40-272052/2022
• Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 № 09АП-51197/2023
• Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.05.2024 № Ф05-6849/2024
• Определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.12.2024 № 305-ЭС24-15784