Обязанность учредителей ликвидированного должника по возмещению расходов на процедуру банкротства не ограничивается лимитом, установленным для кредитора-заявителя

Бывший конкурсный управляющий должника – ООО «Хилл Интернэшнл» Ш.В.Ю. обратился в суд с требованием о взыскании с участников должника – К.Н.П. и С.М.А., а также правопреемника К.Н.П. – индивидуального предпринимателя С.С.А. непогашенного фиксированного вознаграждения и судебных расходов в размере 556 234 рублей 81 копейки. Основанием для требований послужили положения статей 20.3 и 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.04.2024 производство по требованиям к С.М.А. прекращено, а требования к К.Н.П. и С.С.А. оставлены без удовлетворения. Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2024 и Арбитражного суда Московского округа от 16.08.2024 оставили решение суда первой инстанции без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что нижестоящие инстанции не провели должного разграничения между правовым статусом кредитора-заявителя по делу о банкротстве и участников должника при рассмотрении требований о возмещении расходов арбитражного управляющего. Суды ограничились установлением факта исполнения кредитором-заявителем обязанностей по финансированию процедуры банкротства в пределах установленного лимита, не исследовав при этом самостоятельное основание для взыскания соответствующих расходов с учредителей ликвидированного юридического лица.

При прекращении производства по требованиям к С.М.А. не учтены требования части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не проверено наличие у представителя истца надлежащих полномочий на отказ от исковых требований. Из материалов дела видно, что доверенность представителя Ш.В.Ю. не содержала соответствующих полномочий, что исключало возможность принятия судом отказа от части заявленных требований.

Не принято во внимание правовая природа обязанности участников должника по возмещению расходов на процедуру банкротства, которая, в отличие от обязательств кредитора-заявителя, носит безусловный характер и не ограничивается какими-либо лимитами. Данный вывод следует из системного толкования пункта 2 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 9 Обзора судебной практики по делам о несостоятельности (банкротстве) за 2024, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025.

Разрешая спор, суды не выполнили требования части 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости мотивированного изложения выводов по всем существенным обстоятельствам дела. В судебных актах отсутствует анализ правовых оснований для отказа в удовлетворении требований к К.Н.П. как к участнику должника, а также не приведены доводы, подтверждающие правомерность прекращения производства по требованиям к С.М.А.

Судебная коллегия отметила, что подход нижестоящих судов привел к необоснованному ограничению права арбитражного управляющего на возмещение понесенных расходов за счет лиц, которые в соответствии с законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам ликвидированного должника. При этом суды не учли, что обязанность участников юридического лица по финансированию процедуры банкротства сохраняется независимо от исполнения аналогичных обязательств кредитором-заявителем.