Размер компенсации морального вреда семье погибшего работника нельзя снижать без оценки степени вины работодателя, тяжести утраты и индивидуальных обстоятельств каждого истца

К.З.Б., действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетних К.Я.И. и К.А.И., а также К.П.И. и Д.Ф.И., обратились в суд к МУП «Водоканал Палласовского района» о взыскании расходов и компенсации морального вреда, причинённого смертью К.И.С. вследствие несчастного случая на производстве. Истцы ссылались на то, что К.И.С. состоял в трудовых отношениях с ответчиком, 21.08.2023 при исполнении трудовых обязанностей получил телесные повреждения и 30.08.2023 скончался, а причиной трагедии стало необеспечение работодателем безопасных условий труда.

Решением Палласовского районного суда Волгоградской области от 29.10.2024 иск удовлетворён частично: взысканы расходы и компенсация морального вреда в размере 200 000 руб. в пользу К.З.Б., К.П.И. и Д.Ф.И. и по 500 000 руб. в пользу несовершеннолетних К.Я.И. и К.А.И. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 12.02.2025 и определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 22.05.2025 с учетом определения от 10.06.2025 эти судебные акты оставлены без изменения. В Верховный Суд Российской Федерации заявители обратились, оспаривая судебные постановления в части размера компенсации морального вреда.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что размер компенсации морального вреда, присужденной членам семьи К.И.С. в связи с его смертью вследствие несчастного случая на производстве, был определён без установления обстоятельств, от которых зависел вывод о справедливой денежной компенсации. Судебные инстанции признали заявленные суммы явно завышенными, однако не раскрыли, почему именно присужденные размеры являются достаточными для каждого из истцов.

Между тем по делу подлежало установить степень вины работодателя, тяжесть нравственных страданий каждого члена семьи и то, как утрата супруга, отца и единственного кормильца изменила их жизнь. Без такой оценки вывод о размере компенсации оказался формальным.

Из материалов дела следовало, что К.И.С. погиб 30.08.2023 после несчастного случая на производстве, произошедшего 21.08.2023 при выполнении аварийно-восстановительных работ, а причиной трагедии признана неудовлетворительная организация выполнения работ и нарушение требований охраны труда.

Истцы указывали на глубокие душевные переживания, необратимый разрыв семейных связей, тяжёлое психологическое состояние и сложное материальное положение семьи после утраты единственного кормильца.

Эти доводы работодателем не были опровергнуты, однако судебные инстанции не исследовали и не учли возраст детей, состояние здоровья членов семьи, наличие либо отсутствие постоянного заработка, а также последствия гибели К.И.С. для повседневной жизни каждого из истцов. В результате определение размера компенсации сведено к общей ссылке на завышенность требований без анализа фактической стороны спора.

Согласно статьям 151 и 1101 ГК РФ, статьям 21, 22, 214 и 237 ТК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пунктах 25, 30, 46 и 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, компенсация морального вреда членам семьи работника, погибшего вследствие несчастного случая на производстве, определяется с учетом степени вины работодателя, характера и тяжести нравственных страданий каждого потерпевшего, их индивидуальных особенностей, фактических обстоятельств дела и требований разумности и справедливости.

Следовательно, суду надлежало мотивированно показать, почему именно присуждённые суммы соразмерны последствиям утраты близкого человека и по каким причинам заявленный размер подлежит уменьшению. Поскольку судебные постановления такого обоснования не содержали, а установленные по делу обстоятельства не были соотнесены с конкретным размером компенсации, требования закона о мотивированности судебного акта выполнены не были.

Решение Палласовского районного суда Волгоградской области от 29.10.2024, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 12.02.2025 и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 22.05.2025 с учетом определения от 10.06.2025 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

Определение Верховного Суда Российской Федерации 02.02.2026 № 16-КГ25-38-К4

История рассмотрения дела:

• Палласовский районный суд Волгоградской области, дело № 2-621/2024
• Волгоградский областной суд, дело № 33-1446/2025
• Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, дело № 8Г-10506/2025