При отсутствии родства между законными представителями участников договора и несовершеннолетним другой стороны сделки договор мены между несовершеннолетними братьями не подпадает под запрет на сделки с подопечным

Законные представители двух несовершеннолетних обратились в суд к Учреждению с иском о признании незаконными решений об отказе в выдаче предварительного разрешения на совершение сделки с имуществом несовершеннолетних и об обязании выдать разрешение на заключение договора мены. По условиям предполагаемой сделки каждый несовершеннолетний должен был передать принадлежащую ему долю в одной квартире и получить долю в другой. В обоснование требований указано, что договор позволит улучшить жилищные условия несовершеннолетних, установить определённость их имущественных прав и увеличить размер принадлежащего им имущества. Учреждение мотивировало отказ близким родством несовершеннолетних и тем, что один из отчётов о рыночной стоимости был составлен более чем за шесть месяцев до обращения.

Решением Тверского районного суда г. Москвы от 06.12.2023 в удовлетворении исковых требований отказано. Суд исходил из того, что решения об отказе соответствуют закону, а заключение договора мены между близкими родственниками противоречит установленному запрету. Апелляционным определением Московского городского суда от 16.09.2024 решение оставлено без изменения. Определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 13.02.2025 решение и апелляционное определение оставлены без изменения. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2025 кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Нарушения, установленные Верховным Судом: запрет на сделку применён по факту родства без проверки отношений с законными представителями

Верховный Суд установил, что решения об отказе признаны законными вследствие неправильного толкования запрета на сделки с подопечным. Суды сочли близкое родство несовершеннолетних достаточным для применения этого запрета. Между тем он распространяется на сделки опекуна, попечителя, их супругов и близких родственников с подопечным и на представительство в предусмотренных законом случаях. Закон не запрещает сделку в интересах несовершеннолетнего с иным близким родственником, который не является его законным представителем либо супругом или близким родственником такого представителя.

Предполагаемый договор мены должен был быть заключён между неполнородными братьями, имеющими общего отца. Законными представителями детей выступали их матери, которые в родстве друг с другом не состояли. Один несовершеннолетний не являлся родственником законного представителя другого, а законный представитель первого не состоял в родстве со вторым. При таком составе лиц договор не подпадал под запрет, положенный в основу решений учреждения. Поэтому родство братьев не заменяло проверку того, входят ли участники и их представители в круг лиц, названный в запрете.

Отдельно следовало исследовать, будет ли заключение договора мены отвечать интересам несовершеннолетних. Законные представители ссылались на то, что после сделки один ребёнок станет единоличным собственником квартиры, а другой вместе с матерью будет владеть второй квартирой в равных долях. Они указывали на практически равноценную стоимость обмениваемых долей, улучшение жилищных условий и установление определённости имущественных прав. Кроме того, две семьи длительное время проживали раздельно и не имели интереса в использовании квартиры другой семьи. Эти доводы правовой оценки не получили.

В решениях об отказе имелось и второе основание — указание на то, что отчёт о рыночной стоимости одной из долей составлен более чем за шесть месяцев до обращения за государственной услугой. Отчёт датирован 28.10.2022, а заявления поданы 23.04.2023. Правильность этого основания отдельно не проверялась, хотя от него зависела оценка законности отказа. Для проверки этого основания требовалось сопоставить названные даты. В результате довод о несоответствии срока составления отчёта фактическим датам остался без судебной оценки.

Согласно пункту 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации за малолетних сделки совершают их родители, усыновители или опекуны, а к сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются пункты 2 и 3 статьи 37. Для обмена имущества подопечного требуется предварительное разрешение органа опеки и попечительства. Установленный пунктом 3 статьи 37 запрет распространяется на названный в нём круг лиц. В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Следовательно, подлежали установлению отношения участников с законными представителями и соответствие договора интересам несовершеннолетних.

Решение Тверского районного суда г. Москвы от 06.12.2023, апелляционное определение Московского городского суда от 16.09.2024 и определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 13.02.2025 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2025 № 5-КГ25-108-К2

Правовая позиция для вставки в документ

При разрешении вопроса о законности отказа в выдаче предварительного разрешения на договор мены имущества несовершеннолетних суду надлежит установить, подпадает ли предполагаемая сделка под запрет с учётом родства каждого несовершеннолетнего с законным представителем другой стороны и отношений законных представителей между собой. Близкое родство несовершеннолетних сторон само по себе запрета не образует. Кроме того, подлежит установлению, отвечает ли договор интересам несовершеннолетних с учётом конкретных обстоятельств и доводов о выгоде сделки. Такой правовой подход применён Верховным Судом Российской Федерации в определении от 28.10.2025 № 5-КГ25-108-К2.