Обобщение судебной практики Верховного Суда о критериях признания долговых обязательств супругов общими при разделе имущества и распределении долгов в отсутствие доказательств их использования на семейные нужды

Заключение кредитных договоров одним из супругов без подтверждения использования средств на семейные нужды не образует общих долговых обязательств, подлежащих разделу при расторжении брака

К.В.В. обратился в суд с иском к Н. (К.) Е.С. о разделе общих долгов супругов, ссылаясь на то, что в период брака им были заключены два кредитных договора с ЗАО Банк ВТБ 24 на суммы 300 000 руб. и 150 000 руб. Полученные средства, по утверждению истца, были израсходованы на нужды семьи. Истец просил разделить долги поровну, взыскать с ответчика часть выплаченной суммы в размере 37 878 руб. 65 коп. и возложить на стороны равные обязанности по погашению оставшейся задолженности.

Решением Калужского районного суда Калужской области от 17.06.2015 исковые требования удовлетворены частично. Суд признал остаток долга по кредитным договорам общим долгом супругов и определил доли сторон равными. С Н. (К.) Е.С. в пользу К.В.В. взыскана половина суммы долга — 184 168 руб. 27 коп. Апелляционным определением Калужского областного суда от 07.09.2015 решение изменено: сумма взыскания снижена до 37 878 руб. 65 коп., остальная часть решения оставлена без изменений.

Верховный Суд указал, что суды первой и апелляционной инстанций не учли требования п. 2 ст. 45 СК РФ, согласно которым долг одного из супругов может быть признан общим только при доказанности использования полученных средств на нужды семьи. Бремя доказывания данного обстоятельства лежит на супруге, претендующем на раздел долга.

Суды нижестоящих инстанций не исследовали вопрос о том, были ли кредитные средства израсходованы на семейные нужды. Вместо этого они возложили на ответчика обязанность доказывать обратное, что противоречит положениям ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, определяющей распределение бремени доказывания.

Положения ст. 35 СК РФ и ст. 253 ГК РФ о презумпции согласия супруга на распоряжение общим имуществом не распространяются на возникновение долговых обязательств. Согласно п. 3 ст. 308 ГК РФ обязательство не создаёт обязанностей для лиц, не являющихся сторонами договора.

Суды не приняли во внимание, что для применения п. 3 ст. 39 СК РФ о разделе общих долгов необходимо установить, что обязательство возникло по инициативе обоих супругов или что полученные средства были использованы на семейные нужды. Отсутствие таких доказательств исключает возможность признания долга общим.

Юридически значимым обстоятельством являлось подтверждение факта использования кредитных средств на нужды семьи, однако суды оставили этот вопрос без внимания. Это привело к необоснованному возложению на ответчика обязанности по погашению долга.

Верховный Суд отменил решение Калужского районного суда от 17.06.2015 и апелляционное определение Калужского областного суда от 07.09.2015, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 85-КГ16-6

История рассмотрения дела:

• Калужский районный суд Калужской области, дело № 2-6269/2015
• Калужский областной суд, дело № 33-2833/2015
• Калужский областной суд, карточка дела отсутствует на сайте суда

Обязанность доказать использование кредитных средств на семейные нужды при разделе долга лежит на супруге-заемщике, отсутствие подтверждения исключает признание обязательств совместно нажитыми

А.В.В. обратился в суд с иском к А.З.М. о признании долга по кредитным договорам общим обязательством супругов, его распределении и взыскании денежных средств. В обоснование требований истец указал, что в период брака с 22.04.2014 по 06.03.2015 им были заключены кредитные договоры с ОАО «Сбербанк России» и ООО «ХКФ Банк» на общую сумму 112 000 рублей. Остаток долга на момент расторжения брака составил 91 045 рублей 74 копейки. А.В.В. просил признать долг общим обязательством супругов и взыскать с А.З.М. половину суммы.

Решением Приморско-Ахтарского районного суда Краснодарского края от 17.06.2015 в удовлетворении исковых требований отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 22.10.2015 решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены.

Верховный Суд установил, что выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют требованиям действующего законодательства.

Положения пункта 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации определяют, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено только на его имущество. Это означает, что для признания долга общим обязательством супругов необходимо наличие доказательств использования заемных средств на нужды семьи.

Пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплен принцип, согласно которому обязательство не создает обязанностей для лиц, не являющихся сторонами договора. В связи с этим суд апелляционной инстанции необоснованно возложил на А.З.М. обязанность доказывать отсутствие использования кредитных средств на семейные нужды. Такое распределение бремени доказывания противоречит части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой истец обязан подтвердить обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

Применение пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации о распределении общих долгов супругов возможно только при условии, что обязательство возникло в интересах семьи. Суд апелляционной инстанции не проверил, были ли кредитные средства направлены на удовлетворение семейных потребностей. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие совместное принятие решения о получении кредита или его целевом использовании.

Вывод суда апелляционной инстанции о взыскании с А.З.М. половины непогашенной задолженности не учитывает требования пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации. Распределение долгов между супругами допустимо лишь при разделе общего имущества, поскольку компенсация возможна за счет передачи соответствующей доли имущества или возмещения фактически произведенных выплат. Взыскание денежных средств без учета этого принципа нарушает баланс интересов сторон.

Отсутствие правового обоснования для признания долга общим обязательством супругов привело к принятию судом апелляционной инстанции решения, которое не соответствует положениям статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушения повлияли на исход дела, что потребовало отмены апелляционного определения и направления дела на новое рассмотрение.

Верховный Суд отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2016 № 18-КГ16-134

История рассмотрения дела:

• Приморско-Ахтарский районный суд Краснодарского края, дело № 2-508/2015
• Краснодарский краевой суд, дело № 33-25037/2015
• Краснодарский краевой суд, карточка дела отсутствует на сайте суда

Отнесение к общим долгам супругов кредитного обязательства, оформленного одним из них, допустимо исключительно при подтверждении расходования заемных средств на семейные нужды в период брачных отношений

К.Д.И. обратился в суд с иском к К.И.Н. о разделе имущества, приобретенного в период брака, включая квартиру, садовый домик с земельным участком, а также о взыскании с К.И.Н. части задолженности по кредитному договору, заключенному им с ОАО «Сбербанк России» 17.05.2012. К.И.Н. предъявила встречный иск, оспаривая общий характер кредитных обязательств и утверждая, что средства по кредиту не были использованы на семейные нужды.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 07.09.2015 иск К.Д.И. и встречный иск К.И.Н. были удовлетворены частично. Суд признал за К.Д.И. право на 1/4 доли в квартире и 13/256 доли в садовом доме с земельным участком, а также взыскал с К.И.Н. 184 023 руб. 67 коп. в счет погашения кредита и компенсации за проданный автомобиль. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия от 08.12.2015 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении спора о разделе имущества супругов суды не дали надлежащей оценки обстоятельствам, связанным с возникновением и исполнением кредитного обязательства. Согласно пункту 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, взыскание по обязательствам одного из супругов может быть обращено на общее имущество супругов только в случае, если судом установлено, что все полученное по таким обязательствам было использовано на нужды семьи.

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанций не учли требования части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не определив в качестве юридически значимого обстоятельства вопрос о целевом использовании средств, полученных К.Д.И. по кредитному договору от 17.05.2012.

Вопреки положениям пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания факта использования кредитных средств на нужды семьи не было возложено на К.Д.И., что повлекло необоснованное возложение обязанности по погашению части долга на К.И.Н.

Презумпция согласия супруга на распоряжение общим имуществом не распространяется на обязательства по кредитным договорам без доказательств их расходования на нужды семьи

Х.Г.П. обратилась в суд с иском к Х.С.А. о разделе общих долгов супругов. В обоснование требований она указала, что в период брака, с 10.08.1985 по 22.07.2015, ею были заключены кредитные договоры от 20.04.2011 и 28.07.2012 с ОАО «Сбербанк России» и ОАО «Акционерный коммерческий банк «Банк Москвы» на общую сумму 1 000 000 руб. Х.Г.П. утверждала, что долг по кредитам является общим обязательством супругов, и просила распределить его между сторонами в равных долях. Х.С.А. подал встречный иск о разделе совместно нажитого имущества, признании долга по договорам займа общим обязательством супругов и компенсации морального вреда.

Решением Орехово-Зуевского городского суда Московской области от 25.12.2015 с учетом дополнительного решения от 18.01.2016 первоначальные и встречные исковые требования были удовлетворены частично. Суд разделил совместно нажитое имущество, признал долг по кредитным договорам общим обязательством супругов и распределил его между ними в равных долях. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 16.03.2016 решение суда первой инстанции в части взыскания с Х.С.А. неисполненных обязательств перед банками было отменено, в этой части требования Х.Г.П. оставлены без удовлетворения.

Верховный Суд установил, что суды первой и апелляционной инстанций не учли требования норм материального и процессуального права, регулирующих вопросы раздела общих долгов супругов. Согласно пункту 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации, общие долги супругов подлежат распределению между ними пропорционально присужденным долям в совместно нажитом имуществе. Однако для признания долга общим обязательством необходимо установить, что он возник по инициативе обоих супругов либо был направлен на удовлетворение семейных нужд.

Пунктом 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено только на его личное имущество. Исключение составляют случаи, когда полученные средства были использованы на нужды семьи, что должно быть подтверждено доказательствами. В рассматриваемом деле суды не исследовали вопрос о целевом назначении кредитных средств, полученных Х.Г.П., и не потребовали от нее представления соответствующих доказательств.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации и пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляется презумпция согласия супруга при совершении сделок по распоряжению общим имуществом. Данные нормы не могут быть применены к обязательствам, возникающим из кредитных договоров, заключенных одним из супругов. Для возложения обязанностей по таким договорам на другого супруга необходимо либо прямое указание закона, либо доказательства использования заемных средств на общесемейные нужды.

Факт заключения договора займа одним супругом в период брака сам по себе не является достаточным основанием для возложения обязанности по его погашению на второго супруга

Г.И.В. обратилась в Хостинский районный суд г. Сочи с иском к Г.А.Б. о разделе совместно нажитого имущества, признании долговых обязательств общими и распределении долга. В обоснование иска она указала, что в период брака получила от Г.И.А. по расписке денежные средства в размере 1 950 000 руб. под 10% годовых, которые были использованы для приобретения нежилого помещения. Г.А.Б. предъявил встречный иск с аналогичными требованиями, включая признание общими долгов по кредитным договорам и займу, полученному от П.О.Э.

Решением Хостинского районного суда г. Сочи от 25.01.2016 исковые требования частично удовлетворены. Суд признал долги общими и обязал каждого из супругов погасить 1/2 часть задолженности по займу от 25.04.2013. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 26.04.2016 решение суда первой инстанции в части раздела недвижимого имущества отменено, в остальном оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о признании долга по договору займа от 25.04.2013 общим для супругов не соответствуют требованиям законодательства.

Положения пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривают, что обязательство одного из супругов может быть отнесено к общим долгам только при условии, что все полученное по нему использовано на нужды семьи. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие такое использование средств, полученных Г.И.В. от Г.И.А.

Применение судами пункта 1 статьи 39 и пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации без учета специальных норм, регулирующих вопросы долговых обязательств супругов, привело к ошибочным выводам. Согласно пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает обязанностей для лиц, не являющихся сторонами в нем. Следовательно, для возложения на Г.А.Б. обязанности по погашению части долга требовалось установить, что средства были направлены на семейные нужды.

Отсутствие подтверждения направления кредитных средств на нужды семьи исключает возможность отнесения долга по потребительскому займу к общим обязательствам супругов

Д.В.К. обратился в суд с иском к Д.Е.Ю. о признании долга по потребительскому кредиту совместным долгом супругов и взыскании ½ доли в общем долге в размере 310 000 руб. Истец ссылался на то, что кредитные средства, полученные им от ЗАО ВТБ 24 по договору от 09.01.2013, были использованы на приобретение автомобиля, который был признан совместно нажитым имуществом при разделе.

Решением Ступинского городского суда Московской области от 14.07.2016 в удовлетворении иска отказано. Апелляционным определением Московского областного суда от 09.11.2016 решение отменено, требования истца удовлетворены.

Верховный Суд установил, что выводы апелляционной инстанции не соответствуют требованиям законодательства, регулирующего вопросы раздела общих долгов супругов.

Положениями статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации закреплено, что обязательства одного из супругов могут быть признаны общими лишь при условии использования полученных средств на нужды семьи. В рассматриваемом случае материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих направление кредитных средств, полученных Д.В.К. по договору от 09.01.2013, на семейные потребности.

Доводы истца о приобретении автомобиля за счет заемных средств не нашли объективного подтверждения. Решение Ступинского городского суда от 22.09.2014, которым произведен раздел имущества, не содержит указаний на связь между кредитными обязательствами и приобретением спорного автомобиля. Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания долга общим, поскольку представленные доказательства не опровергали личный характер обязательств Д.В.К.

Распространение режима совместной собственности на подаренное в браке недвижимое имущество при разделе с учетом преюдициального значения мирового соглашения и признание долга по договорам займа общим обязательством супругов

А.Н.Л. обратилась в суд с иском к А.З.Р. о разделе совместно нажитого имущества, указав, что в период брака супругами было приобретено движимое и недвижимое имущество, а также получены денежные средства по договорам займа в размере 379 620 000 руб., которые она просила признать общим долгом супругов. А.З.Р. подал встречный иск с аналогичными требованиями, оспаривая правовой режим части имущества и оспаривая общий характер долга.

Решением Пролетарского районного суда г. Ростова-на-Дону от 08.04.2016 исковые требования были частично удовлетворены: суд произвел раздел имущества в равных долях, признал долг общим и взыскал компенсацию в пользу А.Н.Л. Апелляционным определением Ростовского областного суда от 22.08.2016 решение было частично изменено: спорное недвижимое имущество признано личной собственностью А.З.Р., а размер компенсации снижен до 91 990 000 руб.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не было принято во внимание определение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 06.03.2014, утвердившее мировое соглашение между супругами. В соответствии с частью 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, обладают преюдициальным значением. Утвержденное мировое соглашение содержало условие о признании спорного недвижимого имущества общей совместной собственностью супругов, что исключало возможность его последующего исключения из состава имущества, подлежащего разделу.

Правовой режим имущества, определенный мировым соглашением, соответствует положениям пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которому доли супругов при разделе общего имущества признаются равными, если иное не предусмотрено договором между ними. Суд апелляционной инстанции не привел юридически значимых доводов, опровергающих распространение режима общей собственности на спорные объекты недвижимости.

Оценка доказательств, касающихся обстоятельств возникновения долговых обязательств, также проведена с нарушениями. Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 55, 59–61 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признал представленные А.Н.Л. доказательства достаточными для вывода об использовании заемных средств в интересах семьи. Вопреки требованиям части 4 статьи 67 и части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не привел мотивов, по которым отвергнуты показания свидетелей и иные доказательства, исследованные судом первой инстанции.

Фактическое исполнение одним из бывших супругов обязательств по кредитному договору, признанному общим долгом, является основанием для взыскания соответствующей доли компенсации со второго супруга

В.А.А. обратился в суд с иском к В.С.В. о компенсации половины фактически произведенных выплат по кредитному договору. Истец указал, что в период брака, с 05.10.2013 по 25.09.2015, заключил кредитный договор с ПАО «Банк «ВТБ 24» на сумму 1 000 000 руб. в интересах семьи. Решением Адлерского районного суда г. Сочи от 09.03.2016 задолженность по кредитному договору в размере 826 775 руб. 80 коп. признана общим долгом супругов в равных долях. После расторжения брака В.А.А. самостоятельно погасил кредит на сумму 407 546 руб. 44 коп. и потребовал от В.С.В. возмещения половины этой суммы.

Заочным решением Адлерского районного суда г. Сочи от 07.09.2017 исковые требования удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 01.02.2018 решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано. Суд апелляционной инстанции исходил из того, что В.А.А. погашал свою долю общего долга, а требования к В.С.В. связаны с неисполнением ею решения суда, что не соответствует избранному способу защиты права.

Верховный Суд установил, что выводы суда апелляционной инстанции противоречат положениям семейного и гражданского законодательства.

Пункт 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации определяет, что общие долги супругов распределяются пропорционально присужденным долям, но не изменяет обязательств перед кредитором. Решение Адлерского районного суда от 09.03.2016 не заменяло должника в кредитном обязательстве, а лишь закрепляло доли В.А.А. и В.С.В. в общем долге.

Положениями статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изменение условий договора допускается только по соглашению сторон. Распределение долга между супругами не влечет автоматического изменения кредитного договора и не освобождает одного из них от обязанности компенсировать другому часть фактически исполненных обязательств.

Распределение между супругами долговых обязательств по кредитным договорам и договору займа допустимо исключительно при подтверждении расходования полученных средств на общесемейные нужды

Г.Б.В. обратился в Армавирский городской суд Краснодарского края с иском к Г.Н.Л. (А.Н.Л.) о разделе общих долговых обязательств и взыскании денежной суммы. Истец указал, что в период брака, прекращённого 22.03.2013, им были заключены кредитные договоры с ПАО «Сбербанк России» и ОАО «Россельхозбанк», а также договор займа с А.С.П. на общую сумму 51 280 155 руб. По мнению истца, полученные средства были израсходованы на нужды семьи, в связи с чем он потребовал взыскать с ответчика половину суммы долга — 25 640 077 руб. 50 коп.

Решением Армавирского городского суда Краснодарского края от 15.09.2016 иск частично удовлетворён: с Г.Н.Л. взыскано 14 640 077 руб. 50 коп. в счёт погашения долга по кредитным договорам. В удовлетворении требований о взыскании половины долга по договору займа отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 13.12.2016 решение изменено: требования о взыскании 11 000 000 руб. по договору займа удовлетворены.

Верховный Суд установил, что выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют требованиям законодательства. Положения пункта 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривают распределение общих долгов супругов пропорционально их долям в совместном имуществе только при условии, что обязательства возникли в интересах семьи или полученные средства были использованы на семейные нужды. В данном случае суды ограничились формальной констатацией факта возникновения долговых обязательств в период брака, не исследовав их целевую направленность.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих использование заёмных средств на нужды семьи. Пункт 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации и пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляют принцип, согласно которому обязательства одного из супругов не создают обязанностей для другого, если иное не установлено законом или договором. Г.Б.В. не представил документов, свидетельствующих о согласии Г.Н.Л. на заключение договора займа или об осведомлённости ответчика о его условиях.

Процессуальные нормы, закреплённые в части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывают суд определять круг значимых обстоятельств и распределять бремя доказывания. Суды не выполнили эту обязанность, приняв утверждения истца о расходовании средств на семью без критической оценки. Отсутствие анализа банковских выписок, платёжных документов или иных доказательств, подтверждающих целевое использование кредитных и заёмных средств, привело к необоснованному возложению обязанностей на Г.Н.Л.

Признание кредитного обязательства общим долгом супругов без установления целей использования заемных средств на семейные нужды противоречит принципам раздела совместного имущества

К.С.А. обратился в суд с иском к К.Е.М. о разделе совместно нажитого имущества, включая долговые обязательства по кредитному договору от 11.12.2013, заключенному с ПАО АКБ «Связь-Банк», а также денежные средства в размере 1 031 939 руб. 03 коп. и 400 000 руб., находившиеся на банковских счетах ответчика. Истец утверждал, что кредитные обязательства и денежные средства являются общим имуществом супругов, поскольку были приобретены в период брака.

Решением Хостинского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 10.10.2017 исковые требования удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 11.01.2018 решение оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что суд первой инстанции и апелляционная коллегия допустили неправильное толкование и применение норм семейного и гражданского процессуального законодательства при разрешении спора о разделе совместно нажитого имущества. Суды необоснованно признали кредитное обязательство К.С.А. перед ПАО АКБ «Связь-Банк» общим долгом супругов, не установив, отвечает ли оно критериям, предусмотренным п. 2 ст. 45 СК РФ. Вопреки требованиям закона, судебные инстанции ограничились формальной констатацией факта заключения кредитного договора в период брака, не исследовав вопрос о целевом использовании заемных средств на нужды семьи.

Судами проигнорированы положения ст. 39 СК РФ, согласно которым общие долги супругов подлежат распределению пропорционально присужденным долям только при условии их возникновения в интересах семьи. Отсутствие правового анализа данного обстоятельства привело к необоснованному возложению на К.Е.М. обязанности по погашению половины задолженности по кредиту. При этом суд первой инстанции и апелляционная коллегия не учли, что в силу ст. 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не являющихся сторонами договора, если иное не вытекает из закона или существа правоотношений.

При рассмотрении требований о разделе денежных средств, находившихся на счетах К.Е.М., суды не установили момент фактического прекращения брачных отношений между сторонами, хотя данный факт имел существенное значение для определения правового режима спорных активов. В нарушение ст. 56 ГПК РФ судебные инстанции не возложили на стороны обязанность по доказыванию обстоятельств, связанных с прекращением ведения общего хозяйства, и не проверили доводы ответчицы о расходовании средств на семейные нужды.

Формальное указание цели займа в договоре без подтверждения фактического расходования средств на семейные нужды недостаточно для раздела долга между супругами

Е.И.В. обратился в суд с иском к К.С.В. о признании долговых обязательств по договору займа общими обязательствами супругов и их разделе. В обоснование иска указал, что с 15.06.2010 по 17.05.2016 состоял в браке с К.С.В. 14.10.2013 для ремонта и благоустройства принадлежащей ему квартиры, в которой проживали супруги, Е.И.В. заключил с ООО «Ипотечная Компания «СТОЛИЦА»» договор займа в размере 5 900 000 руб. под залог квартиры. Впоследствии взыскание было обращено на заложенное имущество, которое перешло к кредитору. Е.И.В. утверждал, что средства были израсходованы на общесемейные нужды с согласия ответчицы, и просил разделить долг пропорционально.

Решением Бутырского районного суда г. Москвы от 17.06.2020, оставленным без изменения апелляционным определением Московского городского суда от 20.08.2020 и определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 19.01.2021, исковые требования удовлетворены.

Верховный Суд установил, что выводы судов первой, апелляционной и кассационной инстанций не соответствуют требованиям законодательства. Положения пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривают, что обязательства одного из супругов могут быть признаны общими только при условии, что все полученные по ним средства использованы на нужды семьи. В данном случае Е.И.В. не представил доказательств, подтверждающих целевое расходование заемных средств в интересах семьи.

Суды ограничились формальной констатацией цели займа, указанной в договоре, но не исследовали фактическое использование денежных средств. Материалы дела не содержат сведений о проведении ремонтных работ или иных улучшений в квартире, которая являлась собственностью Е.И.В. и не относилась к общему имуществу супругов. Отсутствие таких доказательств исключает возможность признания долга общим в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации.

Согласие К.С.В. на заключение договора ипотеки не имеет юридического значения для разрешения спора, поскольку она не обладала правами на заложенное имущество. Пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации прямо указывает, что обязательство не создает обязанностей для лиц, не являющихся его сторонами. Таким образом, согласие ответчицы на ипотеку не может служить основанием для возложения на нее обязанности по погашению долга.

Переложение долга по договору займа с заемщика на бывшего супруга без согласия кредитора не соответствует принципам гражданского права и нарушает интересы заимодавца

Р.В.Я. обратилась в суд с иском к Ф.С.Н. о взыскании задолженности по договору займа, заключённому 13.11.2011, в размере 650 000 руб., а также процентов за пользование займом и за нарушение срока возврата. В обоснование требований истец ссылалась на расписку, подписанную Ф.С.Н., где он обязался вернуть сумму по первому требованию. Ф.С.Н. подал встречный иск, утверждая, что долг возник в интересах семьи и должен быть разделён между ним и его бывшей супругой Р.Е.А.

Решением Павловского районного суда Краснодарского края от 08.11.2019 исковые требования Р.В.Я. удовлетворены частично. Суд взыскал с Ф.С.Н. 325 000 руб. (½ долга), проценты по займу и признал расписку недействительной в части возложения обязательств исключительно на Ф.С.Н., разделив долг между бывшими супругами. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 02.07.2020 и определением Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 10.12.2020 решение оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении дела суды не учли характер правоотношений между сторонами, которые регулируются нормами гражданского, а не семейного законодательства. Договор займа, подтвержденный распиской от 13.11.2011, заключен между Р.В.Я. и Ф.С.Н., при этом в тексте документа отсутствуют указания на участие Р.Е.А. в обязательствах.

Положениями статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что заемщик обязан возвратить сумму займа в соответствии с условиями договора. Ссылка на статью 39 Семейного кодекса Российской Федерации не может служить основанием для переложения части долга на третье лицо без согласия кредитора, поскольку это противоречит пункту 2 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы судов о признании долга общим для супругов не соответствуют требованиям статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В решении отсутствует указание на нормы права, которые были нарушены при заключении расписки, а также не определено, является ли сделка ничтожной или оспоримой.

Суды не вправе признавать кредитные обязательства общими без установления факта совместного принятия решения о займе и направления средств на семейные нужды

М.Н.В. обратилась в Прикубанский районный суд г. Краснодара с иском к М.Н.А. о разделе совместно нажитого имущества, включая признание обязательств по кредитному договору  и кредитному контракту  общим долгом супругов. Истец указала, что кредиты были получены в период брака и использованы на семейные нужды. М.Н.А. подал встречный иск о разделе недвижимого имущества, приобретенного в браке.

Решением Прикубанского районного суда г. Краснодара от 12.08.2020 исковые требования М.Н.В. частично удовлетворены: обязательства по кредитным договорам признаны общим долгом, с М.Н.А. взыскана половина выплаченных сумм. Встречный иск удовлетворен. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 30.11.2020 и определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 29.04.2021 решение оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что при рассмотрении требований М.Н.В. о признании кредитных обязательств общим долгом супругов судебными инстанциями не были в полной мере исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.

В соответствии с п. 2 ст. 45 СК РФ, обязательство одного из супругов может быть признано общим только при условии, что все полученное по нему использовано на нужды семьи. Однако суды ограничились формальной констатацией факта заключения кредитных договоров в период брака, не установив, на какие именно цели были направлены заемные средства.

Положениями ст. 56 и ст. 195 ГПК РФ предусмотрена обязанность суда определять круг юридически значимых обстоятельств и обеспечивать их надлежащее доказывание. В данном случае суд первой инстанции не потребовал от М.Н.В. представления доказательств, подтверждающих использование кредитных средств на семейные нужды, несмотря на возражения М.Н.А. Кроме того, не были истребованы сами кредитные договоры, что лишило суд возможности проверить условия их исполнения и сроки возникновения задолженности.

Признание долга одного из супругов общим при разделе имущества возможно лишь при доказанности его возникновения с согласия второго супруга и использования на семейные нужды

Д.Т.А. обратилась в суд с иском к Д.М.В. о разделе совместно нажитого имущества, включая трёхкомнатную квартиру, приобретённую в период брака. В обоснование требований она указала, что квартира была куплена за счёт личных средств супругов, кредитных средств и материнского капитала. Д.М.В. предъявил встречный иск, утверждая, что часть средств на покупку квартиры была получена им от отца, Д.В.Ф., по договорам займа, и просил признать эти обязательства общими долгами супругов.

Решением Октябрьского районного суда г. Мурманска от 15.07.2021 исковые требования Д.Т.А. и встречный иск Д.М.В. были частично удовлетворены. Суд признал квартиру совместной собственностью супругов и распределил доли между ними и их детьми. Долговые обязательства по распискам от 09.09.2016 и 24.09.2016 были признаны общими долгами супругов. Апелляционным определением Мурманского областного суда от 10.03.2022 и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 05.09.2022 решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что судебные постановления в части признания долговых обязательств Д.М.В. общими долгами супругов не соответствуют требованиям законодательства. Положения пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривают, что обязательства одного из супругов могут быть признаны общими только при условии, что они возникли по инициативе обоих супругов либо полученные средства были использованы на нужды семьи. В данном случае суды не установили наличие таких обстоятельств.

Материалы дела не содержат доказательств осведомленности Д.Т.А. о заключении договоров займа между Д.М.В. и Д.В.Ф. Отсутствуют подтверждения того, что полученные средства направлялись на семейные потребности. При таких условиях выводы судов о совместном характере долга не основаны на законе.

Заключение судебной экспертизы, проведенной по ходатайству Д.Т.А., не позволило установить достоверность датировки расписок ввиду их повреждения. Эксперты указали на признаки агрессивного воздействия, что ставит под сомнение факт составления документов в 2016 году. Однако суды не дали оценки этому обстоятельству, хотя оно имело существенное значение для разрешения спора.