Фактическое незнание о смерти наследодателя является препятствием для восстановления срока принятия наследства лишь тогда, когда наследник доказывает, что по объективным причинам не знал и не должен знать об открытии наследства

Истец обратилась к Ответчику 1 и Ответчику 2 с иском о восстановлении срока для принятия наследства, указав, что является наследником первой очереди по закону и не знала о смерти Наследодателя, поскольку родственники её не известили, члены новой семьи были против общения, адрес ей был неизвестен, а связаться по телефону не удавалось. О смерти она узнала в 2018 г. из размещённой в сети Интернет информации о захоронении. Ответчик 1, принявшая наследство в установленный срок, в кассационной жалобе просила отменить состоявшиеся судебные акты как незаконные.

Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 31 октября 2018 г. требования к Ответчику 1 удовлетворены: срок восстановлен, Истец признана принявшей наследство, за ней определены доли в квартире и автомобиле, ранее выданные Ответчику 1 свидетельства признаны недействительными; в иске к Ответчику 2 отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 25 января 2019 г. решение оставлено без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом: признание отсутствия общения объективной причиной пропуска срока

Верховный Суд установил, что суды признали уважительными причины пропуска срока, сославшись на длительное отсутствие общения между Истцом и Наследодателем, проживание в разных регионах и возражения членов новой семьи против общения. При таком подходе осталось неустановленным решающее условие восстановления срока: почему Истец не только фактически не знала, но и не должна была знать об открытии наследства по объективным, не зависящим от неё обстоятельствам. Суды ограничились описанием семейных отношений и не установили препятствия, которые в течение шестимесячного срока исключали получение сведений о смерти Наследодателя и принятие мер к принятию наследства.

Из материалов дела не следовало, что Истец ссылалась на тяжёлую болезнь, беспомощное состояние, неграмотность либо иные обстоятельства, связанные с её личностью и препятствовавшие принятию наследства в течение всего установленного срока. Нижестоящие суды таких обстоятельств не установили, а сведения об их наличии в деле отсутствовали. В деле также не имелось сведений о том, что проживание Истца в другом регионе препятствовало получению информации о смерти Наследодателя. Поэтому для признания причин уважительными было недостаточно того, что Истец поздно обнаружила в сети Интернет информацию о захоронении.

Нежелание поддерживать родственные отношения, отсутствие интереса к судьбе Наследодателя и возражения членов его новой семьи против общения имели субъективный характер. Такие обстоятельства могли быть преодолены при соответствующем волеизъявлении Истца и к уважительным причинам не были отнесены ни законом, ни разъяснениями Пленума. Даже при отсутствии сообщения со стороны других наследников Истец должна была доказать объективные препятствия, из-за которых она не знала и не должна была знать об открытии наследства.

Без установления таких препятствий суды не могли разграничить фактическую неосведомлённость и юридически значимое незнание, при котором наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства. Признав одной лишь неосведомлённость достаточной, суды придали субъективным семейным обстоятельствам значение уважительной причины, хотя объективные препятствия не были установлены. Поэтому вывод об удовлетворении иска был сделан без проверки полного состава условий, от которых зависело применение восстановительного механизма.

В силу пункта 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник приобретает наследство после его принятия, а согласно пункту 1 статьи 1154 сделать это можно в течение шести месяцев со дня открытия наследства. В соответствии с пунктом 1 статьи 1155 суд может восстановить срок при доказанности того, что наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства, либо при наличии других уважительных причин, если обращение последовало в течение шести месяцев после их отпадения. С учётом статьи 205 и разъяснений, содержащихся в пункте 40 постановления Пленума от 29 мая 2012 г. № 9, к таким причинам относятся тяжёлая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и подобные обстоятельства, если они препятствовали принятию наследства в течение всего срока. Судам надлежало проверить совокупность названных условий и оценить, имелись ли у Истца объективные препятствия. Поскольку такая проверка не была проведена, основания для применения пункта 1 статьи 1155 не были установлены.

Решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 31 октября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 25 января 2019 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Майкопский городской суд Республики Адыгея.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 24-КГ19-6

Применимые нормы

Пункт 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации — Принятие наследства

Пункт 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации — Срок принятия наследства

Пункт 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации — Принятие наследства по истечении установленного срока

Статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации — Восстановление срока исковой давности

Пункт 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 — О судебной практике по делам о наследовании

Статья 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации — Основания для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке

Статья 390.15 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации — Полномочия судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации

Статья 390.16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации — Определение судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации

Правовая позиция для вставки в документ

При разрешении требования о восстановлении срока для принятия наследства суду надлежит установить не только фактическую неосведомлённость наследника о смерти наследодателя, но и объективные, не зависящие от наследника обстоятельства, из-за которых он не знал и не должен был знать об открытии наследства. Направляя дело на новое рассмотрение, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 10.12.2019 № 24-КГ19-6 указала на необходимость проверить наличие таких обстоятельств и отнесла отсутствие общения и интереса к судьбе наследодателя к причинам субъективного характера, которые могли быть преодолены при соответствующем волеизъявлении. Поскольку дело направлено на новое рассмотрение, по этому акту нельзя утверждать, что требование следует удовлетворить или отклонить.