Воспитанница обратилась с иском к Организации для детей-сирот о взыскании недополученной социальной пенсии по случаю потери кормильца и компенсации морального вреда. Требования были мотивированы тем, что после смерти Матери Организация, выполнявшая функции опекуна, не приняла своевременных мер к установлению обстоятельств, необходимых для обращения в пенсионный орган, из-за чего социальная пенсия была назначена только спустя несколько лет.
Решением суда первой инстанции иск был удовлетворён частично: с Организации взыскана сумма недополученной социальной пенсии, в компенсации морального вреда отказано. Апелляционным определением решение в части взыскания пенсии было отменено, в этой части принято новое решение об отказе в иске, а отказ в компенсации морального вреда оставлен без изменений.
Нарушения, установленные Верховным Судом: обязанности организации для детей-сирот и вред от неполученной пенсии
Верховный Суд установил, что апелляционный суд неправильно определил условия ответственности организации для детей-сирот за неполучение воспитанником социальной пенсии по случаю потери кормильца. Апелляция исходила из отсутствия совокупности условий для взыскания убытков, сославшись на отдельные действия Организации и на получение свидетельства о смерти Матери только в 2011 году. При этом не была применена правовая связь между статусом ребёнка, оставшегося без попечения родителей, обязанностями организации, выполняющей функции опекуна, и правом ребёнка на пенсию, пособия и иные социальные выплаты.
Воспитанница находилась в Организации на полном государственном обеспечении после лишения Матери родительских прав, а затем после её смерти. В личном деле имелись обращения Организации о розыске Матери, запросы в органы внутренних дел, службу судебных приставов и миграционный орган, однако в материалах не было ответов на эти обращения и сведений о результатах рассмотрения заявления о признании Матери безвестно отсутствующей. Апелляционный суд не оценил доводы Воспитанницы о том, что до 2011 года Организация не приняла достаточных мер к установлению смерти Матери и получению документа, необходимого для обращения за социальной пенсией.
Неверно был определён и предмет доказывания по требованию о возмещении убытков. Для взыскания недополученной социальной пенсии значение имели не только факт убытков и причинная связь, но и распределение бремени доказывания: Воспитанница должна была подтвердить неполучение пенсии и связь ответчика с защитой её прав, а Организация — доказать правомерность своего поведения и отсутствие вины. Апелляция фактически возложила на Воспитанницу обязанность опровергать доводы о достаточности действий Организации, хотя именно ответчик должен был доказать принятие всех необходимых мер в интересах ребёнка.
Ошибочной стала и оценка компенсации морального вреда. Отказ был основан на том, что заявленные требования связаны с имущественным правом, однако социальная пенсия по случаю потери кормильца для ребёнка, оставшегося без попечения родителей, предназначена для обеспечения жизненного уровня, здоровья, благополучия и достоинства личности. В апелляционной жалобе Воспитанница ссылалась на чувство незащищённости и неравноправия по сравнению с другими воспитанниками, получавшими такую пенсию. Эти обстоятельства не были оценены применительно к причинению морального вреда.
В силу норм Семейного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ организация, в которую помещён ребёнок, оставшийся без попечения родителей, исполняет обязанности по содержанию, воспитанию, образованию и защите его прав, включая право на пенсии и иные социальные выплаты. По правилам статей 15, 1064 и 1082 ГК РФ причинитель вреда обязан возместить убытки, если не докажет отсутствие вины, а по смыслу статьи 151 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10, причинение морального вреда оценивается с учётом посягательства на нематериальные блага. Эти нормы требовали проверки действий Организации, последствий неполучения пенсии и доводов о нарушении достоинства и здоровья ребёнка.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 05.10.2017 отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.09.2019 № 66-КГ19-8
История рассмотрения дела:
- Чунский районный суд Иркутской области, дело № 2-167/2017
- Иркутский областной суд, дело № 33-8649/2017
- Иркутский областной суд, дело № 4Г-812/2018
Все единичные обзоры доступны бесплатно. В платных обобщениях судебные акты систематизированы по конкретным правовым вопросам.
Доступ открывается сразу после оплаты. Доступ не является подпиской и не продлевается автоматически.