Обобщение судебной практики Верховного Суда по вопросам гражданско-правовой ответственности владельцев источников повышенной опасности при причинении вреда третьим лицам, включая основания освобождения от ответственности и распределение обязанностей по доказыванию

Ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, распределяется между владельцем и лицом, управлявшим транспортным средством, если управление было передано заведомо лицу без права управления

Т.А.Ф., Т.Г.В., О.А.Я., О.О.С., О.Е.С. обратились с исками к Ч.А.Б. о компенсации морального вреда и возмещении расходов на погребение в связи с гибелью родственников в дорожно-транспортном происшествии. В дальнейшем уточнили требования, привлекая в качестве соответчиков П.Р.В. и Т.С.Н. как владельцев источника повышенной опасности, а также заявили требования о возложении солидарной ответственности. П.Р.В. предъявил самостоятельный иск к Ч.А.Б. о компенсации морального вреда, причинённого тяжким вредом здоровью.

Решением суда первой инстанции требования к Ч.А.Б. оставлены без удовлетворения, частично удовлетворены требования к П.Р.В., а также иск П.Р.В. к Ч.А.Б. В остальной части исков отказано. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами, указав на отсутствие доказательств противоправного завладения транспортным средством Ч.А.Б. и возложил ответственность в основном на законного владельца П.Р.В.

Верховный суд установил, что при рассмотрении дела суды не определили юридически значимые обстоятельства, имеющие ключевое значение для правильного разрешения спора. В материалах дела имелись приговор и постановление по уголовному делу, где Ч.А.Б. признан виновным в нарушении правил дорожного движения, повлекшем гибель двух лиц и тяжкий вред здоровью. При этом было установлено, что П.Р.В. передал управление автомобилем лицу, находившемуся в состоянии алкогольного опьянения и лишенному права управления. Эти обстоятельства свидетельствовали о наличии оснований для привлечения к ответственности как непосредственного причинителя вреда, так и владельца источника повышенной опасности. Однако они не были включены судами в предмет доказывания и не получили правовой оценки.

Ошибки судов заключались в том, что они сослались на отсутствие доказательств противоправного изъятия автомобиля Ч.А.Б. и исключили его из числа ответственных лиц. При этом проигнорированы обстоятельства, указывавшие на передачу владения автомобилем самим П.Р.В. и на виновное поведение как водителя, так и владельца. Исключение из числа ответчиков непосредственного причинителя вреда противоречило положениям гражданского законодательства и привело к необоснованному возложению бремени ответственности только на владельца.

Положениями статьи 1064 ГК РФ закреплено, что вред подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. В силу статьи 1079 ГК РФ ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, несет его владелец, а при противоправном завладении – лицо, завладевшее им. При наличии вины владельца в передаче полномочий управление лицу, не имевшему права, ответственность распределяется между владельцем и непосредственным причинителем в зависимости от степени их вины. Пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 прямо указывает на возможность возложения ответственности в долевом порядке при таких обстоятельствах. Таким образом, ключевым для правильного разрешения дела было установление факта передачи управления автомобилем лицу, заведомо не имевшему права, и определение степени вины каждого. Невключение этих обстоятельств в предмет доказывания и отсутствие их анализа лишило выводы судов обоснованности.

Неправильное определение правоотношений и исключение из числа ответственных лиц лица, непосредственно управлявшего источником повышенной опасности в момент причинения вреда, противоречит нормам материального права. Это повлекло необоснованное ограничение объема возмещения и снижение ответственности реального причинителя вреда. Вследствие этого решения нижестоящих судов не могут считаться законными и подлежат пересмотру. Решение Шумихинского районного суда Курганской области от 26.01.2018 и апелляционное определение Курганского областного суда от 15.05.2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.08.2019 № 82-КГ19-1

История рассмотрения дела:

• Шумихинский районный суд Курганской области, дело № 2-6/2018
• Курганский областной суд, дело № 33-1256/2018
• Курганский областной суд, дело № 4Г-612/2018

Солидарная обязанность владельцев источников повышенной опасности при причинении вреда третьему лицу сохраняется до полного возмещения и предоставляет потерпевшему право взыскать недополученную компенсацию с любого должника независимо от участия остальных в процессе

Ш.Г.Ф. обратилась в суд с иском к ООО «Стинэк» о компенсации морального вреда в связи с гибелью супруга в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 28.11.2017 при перевозке работников предприятия. Ранее по приговору суда с водителя Н.Ю.Я. в пользу истицы была взыскана часть компенсации. Истица ссылалась на солидарный характер обязательства владельцев источников повышенной опасности и обязанности работодателя обеспечить безопасные условия труда.

Суд первой инстанции отказал в иске, сославшись на отсутствие вины работников ООО «Стинэк» и на взыскание суммы по уголовному делу. Апелляционная коллегия отменила решение и взыскала компенсацию морального вреда с ООО «Стинэк», определив её размер с учётом ранее взысканной суммы. Кассационный суд отменил апелляционное определение, указав на необходимость нового рассмотрения и привлечения к делу иных участников ДТП.

Верховный Суд установил, что кассационный суд общей юрисдикции неправильно применил нормы обязательственного права. Основанием для отмены апелляционного определения было указано отсутствие в деле всех владельцев транспортных средств, участвовавших в ДТП. Между тем спор касался права потерпевшей требовать недополученное возмещение, а это право обеспечивается действием солидарной обязанности до полного исполнения.

Апелляционный суд правильно учёл, что размер компенсации определён совокупностью решений: часть взыскана с водителя по уголовному делу, оставшаяся сумма подлежит взысканию с другого должника. Привлечение всех участников ДТП не является необходимым условием, поскольку кредитор вправе требовать исполнение как совместно, так и от любого должника в отдельности. Кассационный суд исказил смысл солидарной обязанности, поставив её реализацию в зависимость от процессуального состава.

Положениями статей 1064, 1079, 1080, 1081, 323 и 325 ГК РФ закрепляется, что лица, совместно причинившие вред, отвечают солидарно, и обязательство прекращается только при полном исполнении перед потерпевшим. При частичном исполнении обязанность сохраняется. Должник, исполнивший обязательство, получает право регресса к остальным, но потерпевший не обязан предъявлять требования ко всем одновременно. Эти правила подтверждены пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 и пунктом 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54, в которых разъяснено, что потерпевший может выбрать одного должника, а распределение долей происходит уже в регрессных отношениях.

Вывод кассационного суда о том, что апелляция не определила общий размер возмещения, опровергается содержанием апелляционного определения. Сумма компенсации была определена в размере 800 000 руб. с учётом ранее взысканной по приговору суда и с указанием на солидарный характер обязательства. Следовательно, апелляционный суд правильно применил нормы права и обеспечил защиту нарушенных прав потерпевшей.

Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.08.2020 отменено. В силе оставлено апелляционное определение Тамбовского областного суда от 11.03.2020.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2021 № 13-КГ21-3-К2

История рассмотрения дела:

• Советский районный суд города Тамбова, дело № 2-1381/2019
• Тамбовский областной суд, дело № 33-260/2020
• Второй кассационный суд общей юрисдикции, дело № 8Г-17550/2020

Отсутствие вины владельца транспортного средства в противоправном изъятии автомобиля исключает его ответственность за причиненный вред

К.Ф.Р. обратился в суд с иском к В.А.Н. и С.К.Д. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. Истец ссылался на то, что 12 сентября 2021 г. автомобиль «Audi Q5», принадлежавший В.А.Н. и управлявшийся несовершеннолетним С.К.Д., совершил столкновение с его автомобилем «BMW X5», причинив материальный ущерб. Гражданская ответственность С.К.Д. на момент ДТП не была застрахована. Истец требовал возмещения стоимости восстановительного ремонта, утраты товарной стоимости и иных расходов.

Суд первой инстанции частично удовлетворил требования, взыскав ущерб с С.К.Д., но отказал в удовлетворении иска к В.А.Н., указав на отсутствие доказательств ее вины в противоправном изъятии автомобиля. Апелляционный суд изменил решение, возложив на В.А.Н. и С.К.Д. солидарную ответственность, сославшись на вину владельца источника повышенной опасности. Кассационный суд оставил это решение без изменения.

Верховный Суд указал, что суды апелляционной и кассационной инстанций необоснованно возложили ответственность на владельца источника повышенной опасности В.А.Н., не установив ее вины в противоправном изъятии транспортного средства. Согласно пункту 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, владелец автомобиля не отвечает за вред, если докажет, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. В данном случае автомобиль был изъят несовершеннолетним С.К.Д. без ведома и согласия владельца, что подтверждается материалами дела.

Суд первой инстанции правильно установил, что В.А.Н. приняла разумные меры для сохранности транспортного средства: автомобиль находился в отведенном месте хранения, а ключи хранились в изолированном помещении, принадлежащем владельцу на праве собственности. Эти обстоятельства свидетельствуют об отсутствии вины В.А.Н. в противоправном изъятии автомобиля. Однако апелляционный суд, изменяя решение, не привел доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, и не указал, в чем конкретно выражалась вина владельца.

Верховный Суд подчеркнул, что закон не предусматривает специальных требований к способам хранения транспортных средств, а потому сам по себе факт доступа несовершеннолетнего к автомобилю не может автоматически свидетельствовать о вине владельца. Суд апелляционной инстанции не учел, что противоправное завладение автомобилем несовершеннолетним не связано с ненадлежащим исполнением В.А.Н. обязанностей по его хранению.

Передача права управления транспортным средством путем включения водителя в полис ОСАГО исключает ответственность собственника за вред при ДТП

С.Е.В. обратилась в суд с иском к Г.Ю.А. и Т.К.Р. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. Истица указала, что 30 декабря 2021 г. принадлежащий ей автомобиль «Toyota Camry» был поврежден в результате столкновения с автомобилем «Toyota Land Cruizer 200», которым управлял Т.К.Р. Страховая компания выплатила 400 000 руб., однако размер ущерба превысил страховое возмещение. С.Е.В. требовала взыскать разницу в размере 1 241 504 руб., включая стоимость ремонта, утрату товарной стоимости и иные расходы.

Черноземельский районный суд Республики Калмыкия удовлетворил иск частично, взыскав с ответчиков солидарно 706 379,89 руб. за ремонт, 258 590 руб. за утрату товарной стоимости и другие расходы. Апелляционная инстанция отменила это решение и взыскала с Г.Ю.А. 841 504 руб. ущерба, 9 962 руб. за экспертизу, 803 руб. почтовых расходов и 20 000 руб. за услуги представителя. Кассационный суд оставил апелляционное определение без изменения.

Верховный Суд установил, что суд апелляционной инстанции необоснованно возложил ответственность на собственника транспортного средства Г.Ю.А., не приняв во внимание следующие юридически значимые обстоятельства. Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, которое фактически владело им на законных основаниях в момент причинения вреда. В рассматриваемом случае Т.К.Р. управлял автомобилем на основании включения в страховой полис ОСАГО, что подтверждает законность владения транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия.

Апелляционный суд не применил положения пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, где разъяснено, что владельцем источника повышенной опасности признается лицо, использующее его на законном основании, включая управление по доверенности или в рамках страхового полиса. При этом суд не установил и не проверил наличие обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые могли бы свидетельствовать о противоправном изъятии транспортного средства у собственника.

Судебная коллегия отметила, что нижестоящие суды не дали оценки тому факту, что гражданская ответственность Т.К.Р. как водителя была застрахована в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». В нарушение пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 суды не проверили, был ли исчерпан лимит страхового возмещения по договору ОСАГО, заключенному с Т.К.Р. как допущенным к управлению лицом.

Ответственность за ущерб от ДТП возлагается исключительно на владельца транспортного средства, если нет доказательств противоправного завладения автомобилем водителем

П.Р.А. обратился в суд с иском к Д.Я.А. и Г.В.Т. о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 951 828 руб. Истец указал, что 05.04.2022 автомобиль «Mazda Bongo», принадлежавший Д.Я.А. и управляемый Г.В.Т., совершил столкновение с его автомобилем «Toyota Wish». Ответчики не застраховали гражданскую ответственность. На основании экспертного заключения стоимость восстановительного ремонта составила 951 828 руб. без учета износа, рыночная стоимость автомобиля на момент ДТП — 1 080 150 руб., стоимость годных остатков — 128 322 руб.

Уссурийский районный суд Приморского края решением от 08.06.2023 удовлетворил иск, взыскав с каждого ответчика по 50% суммы ущерба (475 914 руб.), расходы на оценку (6 000 руб.) и госпошлину (6 359 руб.). Апелляционным определением Приморского краевого суда от 07.12.2023 решение оставлено без изменения. Девятый кассационный суд общей юрисдикции определением от 23.04.2024 поддержал позицию нижестоящих инстанций.

Верховный Суд установил, что суды нижестоящих инстанций неверно применили положения статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. Согласно пункту 1 данной нормы, обязанность возмещения вреда возлагается на законного владельца транспортного средства, если не доказано, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Материалами дела подтверждается, что на момент ДТП автомобиль «Mazda Bongo» принадлежал Д.Я.А., а управлял им Г.В.Т. Однако суд первой инстанции, признав отсутствие противоправного завладения автомобилем со стороны водителя, ошибочно возложил на обоих ответчиков долевую ответственность. Такой вывод противоречит пункту 2 статьи 1079 ГК РФ, согласно которому владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности только в случае, если докажет, что транспортное средство выбыло из его обладания в результате противоправных действий третьих лиц.

Апелляционный суд, проанализировав договор купли-продажи автомобиля, представленный Д.Я.А., пришел к выводу, что она оставалась собственником на момент аварии. Однако это не устранило нарушение, допущенное первой инстанцией, поскольку суд не дал правовой оценки вопросу о законном владении транспортным средством. В соответствии с пунктом 19 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1, владельцем признается лицо, использующее источник повышенной опасности на законных основаниях, включая право собственности или иное титульное владение.

Передача транспортного средства в аренду без экипажа не освобождает собственника от ответственности за вред при использовании автомобиля в коммерческой деятельности

К.А.В. обратился в суд с иском к Ж.И.В., ООО «Инвест Авто» и ООО «Креативные Решения» о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, произошедшего 06.12.2022. Истец указал, что по вине Ж.И.В., управлявшего автомобилем марки «Киа Рио», принадлежащим ООО «Инвест Авто», был поврежден его автомобиль «Лада Ларгус». В обоснование требований К.А.В. представил экспертное заключение, согласно которому стоимость восстановительного ремонта составила 264 900 руб.

Калининский районный суд г. Санкт-Петербурга решением от 12.01.2024 частично удовлетворил иск, взыскав с Ж.И.В. сумму ущерба, расходы на оценку и госпошлину. В удовлетворении требований к ООО «Инвест Авто» и ООО «Креативные Решения» отказал. Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 16.07.2024 и определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 11.11.2024 решение оставлено без изменения.

Верховный Суд установил, что судебные инстанции при рассмотрении дела не дали надлежащей оценки обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности. Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, суды не определили круг юридически значимых обстоятельств, включая характер взаимоотношений между ответчиками и фактическое распределение прав и обязанностей по владению и использованию транспортного средства.

Суды первой и апелляционной инстанций не применили положения ст. 1079 ГК РФ в системной взаимосвязи со ст. 642, 646 и 648 ГК РФ, регулирующими ответственность при передаче транспортного средства в аренду без экипажа. В нарушение п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1, разъясняющего порядок определения владельца источника повышенной опасности, не было установлено, действовал ли Ж.И.В. в рамках гражданско-правовых отношений с ООО «Креативные Решения» либо фактически осуществлял перевозки в интересах указанного общества как хозяйствующий субъект.

Материалы дела содержали данные, свидетельствующие о возможной мнимости договора аренды между ООО «Креативные Решения» и Ж.И.В., включая наличие у общества разрешения на перевозку пассажиров такси, путевого листа и отсутствие доказательств перечисления арендных платежей. Однако суды не исследовали эти обстоятельства, что привело к необоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения общества к ответственности.

Договор аренды не был признан недействительным и не расторгался, а при аренде транспортного средства без экипажа ответственность за вред при ДТП несёт арендатор

М.В.В. предъявил иск к С.С.В. и П.М.Н. о возмещении материального ущерба, причинённого ДТП. Истец указал, что П.М.Н. управлял автомобилем, принадлежащим С.С.В., без договора ОСАГО, в результате чего автомобилю истца причинены повреждения. Поскольку гражданская ответственность водителя застрахована не была, истец потребовал взыскания ущерба с виновника ДТП и собственника транспортного средства. С.С.В. возражал, ссылаясь на передачу автомобиля П.М.Н. по договору аренды без экипажа.

Решением Дзержинского районного суда г. Волгограда от 05.03.2024 иск удовлетворён: с ответчиков взысканы суммы в счёт возмещения ущерба пропорционально степени вины (С.С.В. — 40%, П.М.Н. — 60%). Апелляционный и кассационный суды оставили решение без изменения, сочтя недоказанным фактическое исполнение договора аренды и признание П.М.Н. законным владельцем автомобиля.

Верховный Суд установил, что выводы нижестоящих судов о распределении ответственности между собственником транспортного средства и водителем противоречат положениям ст. 642 и 648 ГК РФ, согласно которым при аренде транспортного средства без экипажа ответственность за вред несёт арендатор. Суд не учёл, что договор аренды не был признан недействительным и не расторгался, а возложение ответственности на собственника автомобиля при наличии действующего договора аренды не соответствует закону.

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций неправомерно признали копию договора аренды неотносимым доказательством, не обеспечив истребование подлинника или иных доказательств его заключения и исполнения, что нарушило положения ст. 59 ГПК РФ. Договор, на который ссылался ответчик, имел значение для разрешения спора и подлежал оценке, а сомнения в его подлинности не освобождали суд от обязанности полно и всесторонне исследовать доказательства.

Судебной коллегии указала, что субъектом ответственности за вред, причинённый источником повышенной опасности, является лицо, обладающее правом владения и пользования им в момент причинения вреда. При аренде без экипажа ответственность несёт арендатор, и передача транспортного средства без оформления ОСАГО не освобождает арендатора от обязательств, но и не влечёт автоматического возложения ответственности на собственника.