Банки и коллекторы звонят по кредиту, который не брал: взыскание морального вреда

Он указал, что ответчик неоднократно осуществлял телефонные звонки и отправлял СМС-сообщения на его мобильный номер телефона с требованием в грубой форме погасить задолженность по кредиту, полученному в банке. Звонки производились как в рабочее, так и в личное время истца, а СМС-сообщения отправлялись в любое время суток и содержали угрозы. Истец в договорных отношениях ни с банком, ни с коллекторским агентством не состоял, заемщиком либо поручителем по кредитам не являлся. В связи с чем указанные действия ответчика являются незаконными, нарушают права истца и причиняют ему моральный вред.

Как выяснилось, коллекторское агентство заключило договор с банком на оказание услуг по проведению мероприятий, направленных на побуждение заемщиков к исполнению обязательств по кредитным договорам.

Ответчик представил в суд акт об уничтожении персональных данных. Из него следует, что из базы данных коллекторского агентства была удалена информация, содержащая персональные данные истца — его телефонный номер. В акте также указано, что данный телефонный номер относится к персональным данным третьего лица.

Суд первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказал. Он сослался на то, что коллекторское агентство действовало в рамках заключенного с банком договора. Персональные данные истца ответчиком уничтожены, а действующим законодательством не установлена обязанность лица, осуществляющего обработку персональных данных, направлять уведомление об их исключении.

В обоснование отказа в иске о компенсации морального вреда суд сослался на недоказанность злоупотребления ответчиком правом при телефонном взаимодействии с истцом, а равно совершения им действий, направленных на причинение истцу вреда, нравственных либо физических страданий.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами согласился.

Владелец телефонного номера имеет право на компенсацию морального вреда, если банки и коллекторы звонят по кредиту, который не брал

Верховный суд апелляционное определение отменил и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Он напомнил, что телефонный номер истца исключен ответчиком из базы данных только после возбуждения дела в суде.

По настоящему делу требование истца о компенсации морального вреда обосновано в большей степени не нарушением правил сбора и обработки персональных данных, а нарушением неприкосновенности его частной жизни посредством необоснованных и назойливых телефонных звонков и СМС-сообщений. Какого-либо запрета на предъявление в данном случае требований непосредственно к причинителю вреда закон не содержит.

Кроме того, заявитель указал, что он не являлся субъектом, персональные данные которого обрабатывались банком. А ответчиком не представлено сведений о том, что банк поручал ему обработку персональных данных истца.

Истец неоднократно заявлял ходатайства об истребовании у оператора связи распечатки текстов и детализации звонков, поступивших на его телефон от коллекторского агентства. В обоснование невозможности самостоятельно получить такие доказательства истец представил ответ оператора сотовой связи об отказе. Судом в выдаче запроса сведений от оператора сотовой связи отказано и в то же время отказано в иске по мотиву недоказанности нарушения ответчиком прав истца путем производства звонков и направления сообщений.

Вместе с тем именно выяснение указанных выше обстоятельств имеет существенное значение для правильного разрешения возникшего спора о нарушении нематериальных благ.

Определение Верховного суда Российской Федерации от 27.02.2018 г. № 5-КГ17-256