Применение последствий недействительности сделок по отчуждению имущества ООО правомерно при доказанности вывода активов и нарушения интересов участников общества

Участник общества с ограниченной ответственностью «Тайга» Ж.А.В. обратился в Арбитражный суд Томской области с иском к Я.Д.Г. и Я.Г.В. о признании недействительными Договора купли-продажи от 19.05.2016 земельного участка и нежилого здания, а также Договора дарения от 17.12.2019. Истец требовал применения последствий недействительности сделок, ссылаясь на вывод активов из общества и нарушение интересов участников. В качестве третьего лица был привлечен Я.В.Г.

Арбитражный суд Томской области первоначально отказал в удовлетворении требований, оставив решение без изменения апелляционная инстанция. Однако суд округа отменил эти акты и направил дело на новое рассмотрение. При повторном рассмотрении суд первой инстанции удовлетворил иск, признав сделки недействительными и обязав Я.Г.В. вернуть имущество обществу, а общество — вернуть Я.Д.Г. уплаченные за имущество 278 000 рублей. Апелляционная и кассационная инстанции поддержали это решение.

Суды установили, что имущество общества было выведено из его владения через цепочку сделок между членами семьи, что противоречило интересам участников юридического лица. При этом суды отклонили доводы о пропуске срока исковой давности, указав, что срок начал течь с момента регистрации права собственности Я.Г.В. на последний объект недвижимости в 2019 году.

Выводы Верховного Суда

Верховный Суд подтвердил правомерность выводов нижестоящих судов о признании недействительными договоров купли-продажи и дарения имущества общества. Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций обоснованно квалифицировали данные сделки как притворные в соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку они были направлены на выведение активов общества из его владения посредством цепочки взаимосвязанных действий между аффилированными лицами. При этом суды правильно установили, что регистрация перехода права собственности на имущество в Едином государственном реестре недвижимости не свидетельствует о добросовестности приобретателя и не может служить основанием для признания действительности ничтожной сделки.

При рассмотрении дела были учтены положения статьи 10 Гражданского кодекса РФ о недопустимости злоупотребления правом, а также разъяснения, содержащиеся в пунктах 87 и 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25. Суды пришли к обоснованному выводу о том, что участники общества действовали вопреки его интересам, причиняя ущерб юридическому лицу, при этом извлекая выгоду из использования выведенного имущества.

Вопрос о сроке исковой давности разрешен в соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса, согласно которому срок по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Суды правильно исчислили начало течения срока исковой давности с момента завершения цепочки сделок — даты регистрации права собственности на последний объект недвижимости в 2019 году, что исключает доводы о пропуске срока.

Доводы кассационной жалобы о неучете улучшений имущества и отклонении ходатайств о допросе свидетелей не были признаны существенными, поскольку не опровергают установленные судами обстоятельства совершения притворных сделок и не свидетельствуют о нарушениях норм материального или процессуального права, которые могли бы повлиять на исход дела. Принятые судебные акты основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств, представленных сторонами, и соответствуют требованиям действующего законодательства.

В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

История рассмотрения дела:

• Решение Арбитражного суда Томской области от 29.01.2024 № А67- 4002/2022
• Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 № 07АП-2791/2023
• Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.12.2024 № Ф04-3415/2023
• Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.04.2025 № 304-ЭС23-24953