Изменение способа исполнения в банкротстве судебного акта при недоказанности совершенной сделки недопустимо

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля, заключенного между должником и ответчиком, а также о применении последствий его недействительности. Суд первой инстанции возложил на ответчика обязанность вернуть ТС в конкурсную массу должника в порядке реституции. Договор, заключенный между ответчиком и должником в 03.08.2017 г., был признан недействительным в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Суд указал, что данная сделка была направлена на причинение вреда кредиторам должника, так как отсутствовала экономическая обоснованность низкой цены ТС в договоре.

Позднее, управляющий обратился в суд с заявлением об изменении способа исполнения судебного акта путем взыскания в натуре стоимость ТС с ответчика. В обоснование он пояснил, что не владел сведениями о факте дальнейшего отчуждения владельцем. Данное заявление было удовлетворено. Апелляционный и кассационный суды оставили определение без изменения.

Изменение способа исполнения в банкротстве судебного акта при недоказанности совершенной сделки – Позиция ВС РФ

В соответствии с ч. 1 ст. 324 АПК РФ, при изменении способа исполнения судебного решения суд не вправе менять его сущность. Такое изменение не должно выходить за рамки заявленных требований. Оно должно осуществляться с учетом содержания решения и фактических обстоятельств дела, установленных при разрешении спора по существу.

По заявлению управляющего суд признал недействительной сделку, заключенную ответчиком с должником именно 03.08.2017 года. В результате чего машину необходимо было вернуть в конкурсную массу должника. Подав заявление на изменение способа исполнения в банкротстве должника определения суда, управляющий сослался на предоставленные документы ответчиком о продаже спорного ТС другому человеку. Однако, согласно этим документам новый владелец ТС купил у ответчика за 2,5 месяца до дня совершения сделки, оспариваемой управляющим и признанной судом недействительной – 22.05.2017 года.

Таким образом, заявитель и суд по факту признали, что 03.08.2017 г. должник уже не являлся собственником спорного ТС и на эту дату он не мог заключить сделку с ответчиком. Из этого следует, что суд признал недействительной сделку, которая фактически не заключалась. При этом, на запрос суда был приобщен ответ от госорганов, что ответчик являлся собственником ТС в период с 30.03.2017 г. по 25.05.2017 года. После этого, регистрация ТС была за другим собственником. Данный ответ поступил до принятия решения по существу обособленного спора.

Из этого следует, что на момент признания сделки недействительной суд знал о фактах, которые подвергали сомнению заключения сделки между должником и ответчиком. Более того, представленные управляющим при подаче иска копии договора об отчуждении автомобиля в пользу ответчика и акта приема-передачи исправлены даты с 2017 г. на 2016 г.

В виду этого, конкурсный управляющий не совершила необходимых действий при подготовке иска об оспаривании сделки. Она не запросила информацию у ГИБДД по сделке, в результате которой были внесены изменения в регистрационные данные автомобиля, принадлежавшего должнику, в связи со сменой владельца.

Одновременно с этим, суды отказались исследовать доводы ответчика об обстоятельствах первой сделки. Точнее сказать, о приобретении им в 2016 году автомобиля от общества в качестве объекта залога.

Учитывая изложенное, Верховный суд РФ отменил все судебные акты и направил дело на новое рассмотрение.

История рассмотрения дела

• Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.11.2022 № А56-4330/2019
• Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023 № 13АП-40401/2022
• Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.06.2023 № Ф07-10274/2023
• Определение Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2023 № 307-ЭС23-5409(2)