Течение срока исковой давности по договору цессии начинается с момента осведомленности цессионария о недействительности требования

Общество с ограниченной ответственностью «Фиделис Групп» обратилось в Ленинский районный суд г. Краснодара с иском к А.С.Г. о взыскании 170 000 руб., неустойки в размере 173 400 руб. и судебных расходов. Исковые требования были основаны на том, что ответчик уступил истцу недействительное требование к страховой компании, что повлекло неосновательное обогащение цедента.

Решением суда первой инстанции от 1 декабря 2022 г. иск был удовлетворен. Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 15 мая 2023 г. и кассационное определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 10 октября 2023 г. оставили решение без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что суды первой, апелляционной и кассационной инстанций необоснованно отказали в применении срока исковой давности, не исследовав в полном объеме обстоятельства, свидетельствующие о моменте, когда истец должен был узнать о нарушении своего права. Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права. Однако суд первой инстанции ограничился формальным выводом о том, что ООО «Фиделис Групп» не являлось участником дела по взысканию страхового возмещения, и потому не могло знать о недействительности требования ранее декабря 2021 года.

При этом материалы дела подтверждают, что директор истца, П.К.А., действуя по доверенности от имени А.С.Г., участвовал в рассмотрении спора со страховой компанией, включая подачу кассационной жалобы на апелляционное определение от 11 декабря 2018 года. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что представитель истца был осведомлен о судебных актах, исключающих наличие страхового случая, что могло повлиять на исчисление срока исковой давности.

Пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, если об этом заявлено ответчиком. Однако суды не дали оценки доводам А.С.Г. о пропуске срока, не установив момент, с которого ООО «Фиделис Групп» фактически или предположительно узнало о недействительности уступленного требования.

Статья 390 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает на цедента ответственность за действительность переданного требования, но не освобождает цессионария от обязанности своевременно заявлять о нарушении своих прав. В данном случае суды не проверили, мог ли истец ранее обнаружить отсутствие оснований для взыскания страхового возмещения, что привело к неправильному применению норм о сроке исковой давности.

Отсутствие надлежащей правовой оценки момента начала течения срока исковой давности повлияло на законность судебных актов. В соответствии со статьей 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие нарушения являются существенными и влекут отмену принятых решений.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила судебные акты нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 18-КГ24-45-К4