Главное
Банк в лице конкурсного управляющего потребовал взыскать с бывшего руководителя 44 910 833 руб. 83 коп. ущерба, связывая его с выдачей заведомо невозвратных кредитов. Уголовное дело в отношении руководителя было прекращено за истечением срока давности уголовного преследования. Нижестоящие суды отказали в иске, сославшись на отсутствие обвинительного приговора, недоказанность противоправности, вины и причинной связи, а также на преюдициальное значение выводов из отдельного банкротного спора. Верховный Суд указал, что прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию не исключает гражданско-правовой оценки действий ответчика, материалы расследования должны исследоваться как письменные доказательства, а выводы из банкротного спора не могли предрешать настоящий иск при различии предмета, периода и состава участников. Кроме того, нижестоящие суды не рассмотрели заявление ответчика об исковой давности. Судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение.
Спор и решения нижестоящих судов
После отзыва лицензии банк был признан банкротом, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». По материалам предварительного расследования бывший заместитель председателя правления, а затем председатель правления банка в 2014–2015 годах заключил от имени кредитной организации три кредитных договора на общую сумму 72 млн рублей с двумя обществами, которые, согласно постановлению следователя, реальной финансово-хозяйственной деятельности не осуществляли и исполнить кредитные обязательства не могли. Уголовное дело в отношении руководителя было прекращено 16 августа 2023 года в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Конкурсный управляющий обратился с иском о взыскании 44 910 833 руб. 83 коп., определив ущерб как разницу между выданными кредитными средствами и поступившими платежами. Ногинский городской суд Московской области отказал в иске. Московский областной суд и Первый кассационный суд общей юрисдикции оставили решение без изменения. Они исходили из отсутствия обвинительного приговора и недоказанности вины ответчика и причинной связи, а также придали преюдициальное значение обстоятельствам, установленным ранее в обособленном споре о субсидиарной ответственности контролирующих банк лиц.
Возмещение ущерба после прекращения уголовного дела по давности
Прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования не означает, что гражданско-правовая ответственность лица, в отношении которого велось уголовное преследование, исключена. Освобождение от уголовной ответственности по такому основанию не реабилитирует лицо и не лишает потерпевшего возможности требовать компенсации причинённого ущерба в порядке гражданского судопроизводства. Поэтому отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора само по себе не позволяло отказаться от исследования того, образуют ли действия бывшего руководителя банка гражданско-правовой деликт.
В гражданском деле подлежали оценке не только доказательства, представленные непосредственно сторонами, но и материалы предварительного расследования. Постановление о прекращении уголовного дела содержало сведения о периоде совершения действий, должностном положении ответчика, его осведомлённости о финансовом состоянии заёмщиков, условиях заключённых кредитных договоров и причинённом банку ущербе. Такие сведения являются письменными доказательствами и не приобретают заранее установленной силы: суд должен проверить их наряду с другими материалами дела, сопоставить между собой и привести мотивы их принятия либо отклонения.
Именно этой проверки нижестоящие суды не провели. Они связали отсутствие приговора с отсутствием доказательств противоправности, хотя прекращение уголовного преследования за истечением срока давности не опровергает само по себе фактические обстоятельства, отражённые в материалах расследования, и не освобождает суд от их самостоятельной оценки по правилам гражданского судопроизводства.
Предел позиции. Верховный Суд не признал бывшего руководителя банка обязанным возместить заявленную сумму и не установил окончательно противоправность его действий, вину, причинную связь или размер подлежащего взысканию ущерба. Позиция касается допустимости гражданско-правовой оценки после прекращения уголовного дела и доказательственного значения материалов расследования; наличие всех условий ответственности должно быть установлено при новом рассмотрении.
Преюдициальное значение обстоятельств из банкротного спора
Выводы из обособленного спора о субсидиарной ответственности не предрешают другой иск только потому, что оба спора связаны с банкротством одного должника. Необходимо учитывать, какие действия исследовались ранее, за какой период, в отношении каких лиц и какой вид ответственности составлял предмет рассмотрения. В данном случае в банкротном споре оценивались действия контролирующих лиц, связанные с причинами банкротства банка в период с декабря 2015 года по апрель 2016 года, тогда как предметом гражданского иска стали кредитные сделки, заключённые ответчиком с сентября 2014 года по январь 2015 года.
Сам ответчик к участию в том обособленном споре не привлекался, и законность его действий арбитражным судом не оценивалась. Кроме того, субсидиарная ответственность контролирующего лица и ответственность за убытки по общим правилам различаются по юридическому основанию: для разграничения имеет значение степень негативного воздействия действий лица на финансовое положение должника и их связь с объективным банкротством. Поэтому установление причин банкротства и оснований ответственности другого контролирующего лица не исключало самостоятельной проверки требования о возмещении вреда, связываемого с иными действиями в другой период.
Предел позиции. Из определения не следует, что обстоятельства, установленные в деле о банкротстве, вообще не способны иметь значение в последующем гражданском споре. Вывод ограничен рассмотренной ситуацией, в которой различались предмет исследования, временной период и участники, а действия ответчика в прежнем деле судебной оценки не получили.
Исковая давность: обязанность рассмотреть заявление ответчика
Если ответчик до вынесения решения заявил о применении исковой давности, этот довод требует самостоятельного разрешения. Исковая давность применяется только по заявлению стороны, а при установлении её истечения служит основанием для отказа в иске. Поэтому суд должен определить начало течения срока с учётом момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении права и о надлежащем ответчике, оценить представленные сторонами обстоятельства и мотивировать вывод по заявлению.
В настоящем деле такое заявление было сделано, однако суд первой инстанции оставил его без внимания и правовой оценки; апелляционная и кассационная инстанции нарушение не устранили. Верховный Суд указал, что отсутствие мотивированного разрешения этого довода не соответствует процессуальным требованиям и может свидетельствовать о существенном нарушении прав ответчика.
Предел позиции. Верховный Суд не установил, пропущен ли срок исковой давности и с какой даты он должен исчисляться в конкретном споре. Эти обстоятельства подлежат исследованию при новом рассмотрении; позиция ограничивается обязанностью разрешить своевременно заявленный довод и применить последствия давности только после установления соответствующих оснований.
Процессуальный итог
Решение Ногинского городского суда Московской области от 26.04.2024, апелляционное определение Московского областного суда от 27.11.2024 и определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 19.06.2025 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2026 № 4-КГ26-45-К1
УИД 50RS0030-01-2023-008272-06
Практическое применение
Потерпевшему, который предъявляет гражданский иск после прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию, необходимо строить доказательственную позицию не на самом факте уголовного преследования, а на содержащихся в его материалах сведениях о действиях ответчика, противоправности, ущербе, вине и причинной связи. Постановление о прекращении дела следует представлять вместе с материалами, позволяющими проверить изложенные в нём обстоятельства, поскольку отсутствие обвинительного приговора не освобождает гражданский суд от самостоятельной оценки доказательств.
При ссылке другой стороны на выводы из связанного банкротного или иного дела необходимо сопоставить предмет прежнего и нового спора, исследованный период, круг участников и вид ответственности. Если ответчик заявляет об исковой давности, стороне следует отдельно обосновать момент начала её течения и представить доказательства обстоятельств, от которых зависит вывод о соблюдении либо пропуске срока.
Применённые нормы
Пункт 1 статьи 15, пункт 1 статьи 53.1, пункт 1 статьи 1064 и пункт 2 статьи 1064 ГК РФ; пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25; пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 02.03.2017 № 4-П — условия возмещения ущерба и сохранение возможности гражданско-правовой оценки при прекращении уголовного преследования по нереабилитирующему основанию.
Часть 1 статьи 55, часть 1 статьи 67 и часть 1 статьи 71 ГПК РФ — статус данных предварительного расследования как доказательств и обязанность оценивать их вместе с другими материалами дела.
Пункт 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 — разграничение общей гражданско-правовой и субсидиарной ответственности контролирующего лица по степени его негативного воздействия на должника.
Пункт 2 статьи 199 и пункт 1 статьи 200 ГК РФ; пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43; пункт 2 части 4 статьи 198 ГПК РФ — применение исковой давности по заявлению стороны, начало её течения и обязанность дать мотивированную оценку доводу.
Для процессуального документа
По вопросу о возмещении ущерба после прекращения уголовного дела. Прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования не исключает рассмотрения гражданского иска и самостоятельной оценки действий ответчика на предмет наличия гражданско-правового деликта. Сведения предварительного расследования, включая фактические обстоятельства, отражённые в постановлении о прекращении дела, принимаются как письменные доказательства и оцениваются в совокупности с другими материалами. Отсутствие обвинительного приговора само по себе не является основанием для отказа в иске. Такой подход применён Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 28.07.2026 № 4-КГ26-45-К1.
Все единичные обзоры доступны бесплатно. В платных обобщениях судебные акты систематизированы по конкретным правовым вопросам.
Доступ открывается сразу после оплаты. Доступ не является подпиской и не продлевается автоматически.