Пенсия по инвалидности вследствие военной травмы назначается при наличии заключения военно-врачебной комиссии о причинной связи травмы с военной службой, а установленный судом факт получения травмы сам по себе не является достаточным условием

Истец обратился в суд к Министерству внутренних дел по Республике Ингушетия о назначении пенсии по инвалидности вследствие военной травмы, взыскании задолженности по выплате указанной пенсии с 17.02.2010 и компенсации морального вреда. В обоснование требований он ссылался на вступившие в законную силу судебные постановления, которыми были установлены факт прохождения службы в условиях чрезвычайного положения и при вооружённом конфликте, факт получения травмы при исполнении служебных обязанностей и назначение ежемесячных выплат в возмещение вреда здоровью.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 20.06.2013 требования были удовлетворены: на ответчика возложена обязанность назначить пенсию по инвалидности вследствие военной травмы, взысканы задолженность по выплате пенсии, компенсация морального вреда и судебные расходы. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 19.09.2013 решение изменено в части размера задолженности по выплате пенсии, в остальной части оставлено без изменения.

Нарушения, установленные Верховным Судом: назначение пенсии вследствие военной травмы

Верховный Суд установил, что судебные инстанции неправильно применили и истолковали нормы материального права. Удовлетворяя требования о назначении пенсии по инвалидности вследствие военной травмы, они исходили из того, что факт получения травмы при исполнении служебных обязанностей установлен вступившим в законную силу судебным постановлением и не подлежит доказыванию вновь. Однако для спорной пенсии юридическое значение имело не только получение травмы, но и заключение военно-врачебной комиссии о причинной связи.

В соответствии со статьёй 20 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 № 4468-1 группа и причины инвалидности, время наступления и период инвалидности устанавливаются федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы. Согласно статье 21 этого Закона инвалидами вследствие военной травмы признаются лица, ставшие инвалидами вследствие ранения, контузии, увечья или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы или служебных обязанностей.

Определение причинной связи увечий, заболеваний у военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава органов и граждан, проходивших военную службу или службу в органах, в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе, утверждённым постановлением Правительства Российской Федерации от 25.02.2003 № 123, возлагается на военно-врачебные комиссии. Поэтому назначение пенсии по инвалидности вследствие военной травмы требовало заключения такой комиссии с соответствующей формулировкой причинной связи.

Из материалов дела не усматривалось наличие заключения военно-врачебной комиссии с формулировкой полученного Истцом телесного повреждения, травмы, увечья либо иного повреждения здоровья как военной травмы. Имеющееся заключение военно-врачебной комиссии от 04.12.2003 подтверждало только заболевание, полученное в период военной службы, в связи с которым была установлена инвалидность и назначена пенсия по инвалидности как инвалиду вследствие заболевания, полученного в период военной службы. Это заключение в установленном порядке не обжаловалось и недействительным не признавалось.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 07.02.2010, на которое сослались суды, было установлено лишь получение травмы при исполнении обязанностей военной службы. Факт установления Истцу военной травмы материалами дела не подтверждался. При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения требований к Министерству внутренних дел по Республике Ингушетия о назначении пенсии по инвалидности вследствие военной травмы не имелось.

Решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 20.06.2013 и апелляционное определение Верховного Суда Республики Ингушетия от 19.09.2013 отменены, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.08.2014 № 26-КГ14-29