Привлечение к субсидиарной ответственности руководителей должника — банкрота без определения объема ответственности каждого из них невозможно

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Транскапстрой» (далее – должник). конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы обратились с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ряда лиц, включая общество «ИФСК «АРКС», бывших руководителей должника и других лиц. Основные претензии заключались в том, что эти лица своими действиями или бездействием способствовали доведению должника до банкротства, не подав своевременно заявление о банкротстве и создав бизнес-модель, при которой должник стал «центром убытков», а общество «ИФСК «АРКС» – «центром прибыли».

Арбитражный суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности, сославшись на отсутствие доказательств недобросовестных действий ответчиков и недоказанность даты, когда обязанность подать заявление о банкротстве возникла.

Девятый арбитражный апелляционный суд частично изменил решение первой инстанции, привлекая к субсидиарной ответственности Петрова В.А., Беспрозванных В.М., Гаджиева М.А. и общество «ИФСК «АРКС». Суд апелляционной инстанции посчитал, что эти лица не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве, а общество «ИФСК «АРКС» создало бизнес-модель, которая привела к банкротству должника.

Арбитражный суд Московского округа оставил решение апелляционной инстанции без изменений.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Нарушения, связанные с привлечением к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве

Верховный Суд указал, что суды апелляционной и кассационной инстанций допустили ошибки при привлечении к субсидиарной ответственности руководства должника за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве.

• Г.М.А. был назначен руководителем должника 27.09.2018, уже после возбуждения процедуры банкротства. Согласно статье 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ответственность за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве может быть возложена только на лиц, которые имели полномочия до возбуждения процедуры банкротства. Таким образом, Г.М.А. необоснованно привлечен к субсидиарной ответственности.
• Б.В.М. был назначен руководителем 19.06.2018, за месяц до возбуждения процедуры банкротства. Суды не установили, что он был осведомлен о признаках банкротства на момент назначения. Верховный Суд подчеркнул, что дата получения полномочий не может автоматически считаться датой осведомленности о признаках банкротства. Следовательно, привлечение к субсидиарной ответственности Б.В.М. также было ошибочным.
• П.В.А. был руководителем должника с 07.11.2017 по 07.06.2018. Суды не установили точный объем его ответственности и не проверили, какие обязательства возникли в период его руководства. Верховный Суд отметил, что суды не исследовали доводы кредиторов о новых обязательствах, возникших в этот период, что делает выводы о привлечении к субсидиарной ответственности преждевременными.

Нарушения, связанные с привлечением к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства

Верховный Суд также указал на ошибки судов при привлечении к субсидиарной ответственности общества «ИФСК «АРКС» за доведение должника до банкротства.

Суды апелляционной и кассационной инстанций сослались на создание обществом «ИФСК «АРКС» бизнес-модели «центр прибыли – центр убытков», при которой должник нес убытки, а общество «ИФСК «АРКС» получало прибыль. Однако Верховный Суд отметил, что суды не провели достаточного анализа финансовых показателей и не установили, действительно ли такая модель привела к банкротству должника.

Суды также не учли, что трехстороннее соглашение от 01.06.2018, которое рассматривалось как часть этой бизнес-модели, ранее было признано законным в другом судебном процессе. Верховный Суд подчеркнул, что если сделка ранее была признана законной, то ссылаться на её нерыночный характер для привлечения к субсидиарной ответственности нельзя.

Кроме того, суды не исследовали, мог ли перевод работников должника на новое юридическое лицо ухудшить финансовое положение должника или, напротив, способствовать минимизации убытков.

Общие нарушения при рассмотрении дела

Верховный Суд обратил внимание на ряд общих нарушений, допущенных судами апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении дела о банкротстве общества «Транскапстрой». Эти нарушения касаются как процессуальных аспектов, так и существа дела, включая анализ финансового состояния должника и причин его банкротства.

Недостаточный анализ финансового положения должника

Суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу, что должник находился в состоянии объективного банкротства на протяжении всего периода с 2014 по 2018 год. Однако Верховный Суд указал, что этот вывод был сделан без достаточного анализа финансовых показателей должника.

• Прибыль и кредиторская задолженность. Суды апелляционной инстанции сослались на наличие у должника значительной кредиторской задолженности (1,5 млрд руб. в 2016 году и 2,8 млрд руб. в 2017 году), что, по их мнению, свидетельствовало о неплатежеспособности. Однако Верховный Суд отметил, что само по себе наличие кредиторской задолженности не является достаточным основанием для вывода о неплатежеспособности, особенно в строительной отрасли, где кредитное финансирование является обычной практикой. Суды не учли, что должник в тот же период показывал прибыль (389 млн руб. в 2016 году и 165 млн руб. в 2017 году), что указывало на наличие активов для исполнения обязательств.
• Соотношение активов и пассивов. Верховный Суд подчеркнул, что суды не провели детального анализа соотношения активов и пассивов должника. В частности, не было учтено, что стоимость активов общества «Транскапстрой» в 2016 году превышала 3,6 млрд руб., а в 2017 году – 4,6 млрд руб. Это свидетельствовало о том, что должник обладал значительными активами, которые могли быть использованы для погашения обязательств.

Невыяснение причин банкротства

Одним из ключевых нарушений, отмеченных Верховным Судом, стало то, что суды не выяснили истинных причин банкротства должника. В частности, суды не провели анализа, какие именно действия или бездействие ответчиков привели к невозможности погашения требований кредиторов.

• Отсутствие анализа причинно-следственной связи. Верховный Суд указал, что для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установить причинно-следственную связь между действиями (бездействием) контролирующих лиц и наступлением банкротства должника. Суды апелляционной и кассационной инстанций не провели такого анализа, ограничившись общими выводами о наличии кредиторской задолженности и создании бизнес-модели «центр прибыли – центр убытков».
• Неучет объективных факторов. Суды не рассмотрели возможность того, что ухудшение финансового положения должника могло быть вызвано объективными факторами, такими как экономический кризис или снижение спроса на строительные работы. Верховный Суд подчеркнул, что удовлетворение требований о привлечении к субсидиарной ответственности должно основываться на доказательствах того, что банкротство было вызвано именно недобросовестными действиями ответчиков, а не внешними обстоятельствами.

Нарушения при оценке доказательств

Верховный Суд также отметил, что суды апелляционной и кассационной инстанций допустили ошибки при оценке доказательств, представленных сторонами.

• Книги покупок и продаж. Суды апелляционной инстанции сослались на книги покупок и продаж как на доказательство наличия дебиторской задолженности в размере 1,6 млрд руб. Однако Верховный Суд указал, что эти документы не являются первичными и не могут служить основанием для установления задолженности. Кроме того, суды не учли, что эта задолженность не была подтверждена в инвентаризационных описях и не предъявлялась к взысканию в течение четырех лет процедуры банкротства.
• Трехстороннее соглашение. Суды апелляционной инстанции посчитали, что трехстороннее соглашение от 01.06.2018 было направлено на причинение вреда кредиторам. Однако Верховный Суд напомнил, что это соглашение ранее было признано законным в другом судебном процессе, и суды не могли ссылаться на его нерыночный характер для привлечения к субсидиарной ответственности.

Недостаточное исследование обстоятельств дела

Верховный Суд отметил, что суды не провели достаточного исследования обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.

• Перевод работников. Суды не исследовали, мог ли перевод работников должника на новое юридическое лицо ухудшить финансовое положение должника или, напротив, способствовать минимизации убытков. Верховный Суд указал, что судам следовало выяснить, был ли такой перевод направлен на устранение риска срыва государственного заказа или на минимизацию убытков в условиях финансового кризиса.
• Соотношение выручки генподрядчика и субподрядчика. Суды апелляционной инстанции не провели анализа соотношения выручки общества «ИФСК «АРКС» и должника по конкретным подрядным контрактам. Верховный Суд подчеркнул, что для установления факта создания бизнес-модели «центр прибыли – центр убытков» необходимо было исследовать, имелась ли существенная диспропорция между затратами и доходами сторон.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС19-27802 (6, 7, 8, 9)