Погашение третьим лицом реестровых требований в банкротстве без прекращения процедуры не образует нового заемного обязательства и допускает процессуальную замену кредитора

Х.С.С. обратился в арбитражный суд с заявлением о замене на себя кредиторов, чьи требования в общей сумме 107 330 488 рублей 53 копейки были включены в реестр требований кредиторов Саратовского акционерного производственно-коммерческого общества «Нефтемаш». Основанием для обращения послужило полное погашение этих требований за счет средств Х.С.С. в рамках процедуры, предусмотренной статьями 113 и 125 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Заявитель указывал, что действовал в целях восстановления платежеспособности должника, перечислив денежные средства на специальный счет на основании судебного определения.

Арбитражный суд Саратовской области определением от 03.08.2023 отказал в удовлетворении заявления. Двенадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 01.09.2023 оставил это определение без изменения. Арбитражный суд Поволжского округа постановлением от 27.11.2023 поддержал позиции нижестоящих инстанций, оставив судебные акты в силе. Суды исходили из того, что погашение требований привело к прекращению обязательств должника и возникновению нового заемного обязательства между Х.С.С. и обществом, что исключает процессуальную замену на основании пункта 14 статьи 113 и пункта 1 статьи 125 Закона о банкротстве.

Нарушения, установленные Верховным Судом

Верховный Суд установил, что суды неправильно определили правовые последствия полного погашения третьим лицом всех требований, включённых в реестр кредиторов, при непрекращении дела о банкротстве должника. По смыслу ст. 113 и ст. 125 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» погашение реестровых требований производится на основании судебной санкции и подлежит последующей проверке судом, после чего, как правило, дело о банкротстве прекращается. В рассматриваемом деле конкурсное производство продолжалось, однако суды признали, что у Х.С.С. возникло «новое заемное обязательство» с должником, что противоречит последовательности, установленной законом.

Судами не была дана оценка правовому значению действий заявителя, совершённых во исполнение санкции суда и направленных исключительно на удовлетворение требований кредиторов в полном объёме. При таком обстоятельстве вывод о формировании нового обязательства между заявителем и должником привёл бы к искажению механизма конкурсного удовлетворения требований и фактическому возникновению «текущего обязательства» вне установленной очередности, что противоречит ст. 5 и ст. 61.3 Закона о банкротстве, запрещающим предпочтительное удовлетворение одних кредиторов перед другими.

Согласно п. 1 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии прямого регулирования применяется аналогия закона. Применительно к ситуации, когда третье лицо погашает реестр требований в полном объёме при непрекращении дела, аналогичным образом подлежит применению п. 11 ст. 129.1 Закона о банкротстве, предусматривающий процессуальную замену при переходе прав кредитора. Таким образом, Х.С.С. должен быть признан правопреемником кредиторов, чьи требования он удовлетворил, с внесением соответствующих изменений в состав участников дела.

Нижестоящие суды нарушили предписания ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не исследовав доказательства, подтверждающие фактическое перечисление заявителем всей суммы задолженности — 107 330 488,53 руб. — на специальный счёт, а также не оценив правовую природу судебной санкции, выданной на совершение этих действий. Суды ограничились ссылкой на «новую сделку займа», не обосновав, каким образом между Харламовым С.С. и должником могли возникнуть заёмные отношения при исполнении судебного акта. Не была дана оценка п. 15 ст. 113 и п. 4 ст. 125 Закона о банкротстве, предусматривающим, что перечисление денежных средств на специальный счёт возможно только в рамках процедуры банкротства и под контролем суда.

Выводы нижестоящих судов основаны на неправильном применении норм материального права и нарушают системную взаимосвязь ст. 113, 125, 5, 57 (абз. 7 п. 1) и 61.3 Закона о банкротстве, а также п. 1 ст. 6 ГК РФ и ст. 65 АПК РФ. Решение Арбитражного суда Саратовской области от 03.08.2023, постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.11.2023 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение с указанием проверить законность перечисления средств, установить объём погашенных требований и разрешить вопрос о процессуальной замене с применением положений ст. 113, 125 и 129.1 Закона о банкротстве и п. 1 ст. 6 ГК РФ.

История рассмотрения дела:

• Определение Арбитражного суда Саратовской области от 03.08.2023 № А57-27583/2019
• Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 № 12АП-9352/2023
• Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.11.2023 № Ф06-2464/2021
• Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2024 № 306-ЭС21-14236 (6)