При самостоятельном поступлении ребёнка умершего кормильца после 18 лет в иностранную образовательную организацию страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается при очном обучении по основной программе до 23 лет

Истец обратился в суд к Пенсионному органу о признании незаконным решения об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца и о возложении обязанности назначить указанную пенсию на период очного обучения. Требования мотивированы тем, что после достижения 18 лет выплата ранее назначенной пенсии была прекращена, а новое заявление о назначении пенсии было отклонено из-за самостоятельного поступления Истца в иностранную образовательную организацию без направления по международному договору Российской Федерации.

Решением суда первой инстанции иск был удовлетворён: решение Пенсионного органа признано незаконным, на него возложена обязанность назначить пенсию до окончания обучения, но не дольше достижения Истцом 23 лет. Апелляционным определением это решение было отменено, по делу принято новое решение об отказе в иске. Основанием отказа стал вывод о том, что при обучении в иностранной образовательной организации право на пенсию возникает только при направлении на обучение в соответствии с международным договором Российской Федерации.

Нарушения, установленные Верховным Судом: пенсия при очном обучении в иностранной организации

Верховный Суд установил, что апелляционный суд неправильно истолковал условие назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца совершеннолетнему ребёнку, обучающемуся в иностранной образовательной организации. Право на выплату было поставлено в зависимость от направления на обучение по международному договору, хотя по делу было установлено очное обучение Истца по основной образовательной программе. Без учета этого условия вывод об отсутствии права на пенсию был основан на формальном способе поступления, а не на статусе получателя и характере обучения.

Апелляционный суд отменил решение первой инстанции и отказал в иске, исходя из буквального прочтения положения о направлении на обучение в иностранную организацию. Такой подход исключил из оценки то обстоятельство, что Истец относился к категории детей умершего кормильца, достигших совершеннолетия и проходящих очное обучение. Для этой категории юридическое значение имели возраст, форма обучения, вид образовательной программы и предельный срок выплаты. Самостоятельное поступление само по себе не меняло принадлежность Истца к указанной категории.

По делу была представлена справка иностранной образовательной организации об обучении Истца по специальности в очной форме с 01.09.2016 по 30.06.2019. По этим сведениям можно было проверить соответствие обучения условиям пенсионного законодательства и установить период, на который могла сохраняться выплата. Апелляционный суд не связал содержание справки с конституционно-правовым смыслом пенсионной нормы и ограничился отсутствием направления на обучение. В результате равные по социальному статусу получатели были фактически разделены по способу поступления в образовательную организацию, хотя предметом проверки было сохранение права на социальное обеспечение при продолжении очного обучения.

Без учета конституционно-правового толкования пенсионной нормы нельзя было признавать отказ Пенсионного органа правомерным. Различие между самостоятельным поступлением и поступлением по направлению не имело самостоятельного значения для цели пенсии по случаю потери кормильца, если обучение проходило очно и относилось к основной образовательной программе. Иное понимание лишало совершеннолетних детей умершего кормильца социальной выплаты по признаку способа поступления, а не по признаку отсутствия установленного законом условия.

Согласно ч. 1 и п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют дети умершего кормильца, обучающиеся очно по основным образовательным программам, в том числе в иностранных организациях, до окончания обучения, но не дольше достижения 23 лет. С учетом выводов Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 27.11.2009 № 18-П и от 05.12.2017 № 36-П, самостоятельное поступление в иностранную образовательную организацию не может быть основанием для отказа при наличии очного обучения по основной программе. Апелляционный суд не применил этот конституционно-правовой смысл нормы, поэтому отказ в иске не получил правового основания.

Апелляционное определение от 01.02.2017 отменено. Решение суда первой инстанции от 10.11.2016, которым требования Истца о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца были удовлетворены, оставлено в силе.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.04.2018 № 16-КГ18-1