Работа зубным врачом учитывается в специальном стаже для досрочной пенсии только при подтверждении работы в учреждении здравоохранения, а не в колхозе, не относившемся к таким учреждениям по пенсионным спискам

Истец обратился к пенсионному органу с требованиями о признании незаконным решения об отказе в досрочном назначении трудовой пенсии по старости и о включении в специальный стаж периода работы зубным врачом в колхозе. В обоснование требований Истец ссылался на то, что фактически осуществлял лечебную деятельность, работал в зубном кабинете, расположенном в здании фельдшерско-акушерского пункта, и после спорного периода продолжил работу зубным врачом в том же кабинете.

Суд первой инстанции удовлетворил требования, признал отказ пенсионного органа незаконным и обязал включить спорный период работы в специальный стаж. В этот стаж также были включены периоды декретного отпуска и отпуска по уходу за ребенком. Апелляционным определением решение оставлено без изменения. Пенсионный орган обжаловал судебные акты в части зачета периода работы зубным врачом в колхозе и периода отпуска по уходу за ребенком.

Нарушения, установленные Верховным Судом: зачет работы зубным врачом в колхозе без подтверждения работы в учреждении здравоохранения

Верховный Суд установил, что право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости для лиц, осуществлявших лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, связано не с любой медицинской работой, а с работой в учреждениях здравоохранения. Такое условие следовало из подпункта 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ и применимых списков должностей и учреждений. Колхозы в этих списках и в номенклатуре учреждений здравоохранения не были указаны.

В спорный период Истец работал зубным врачом в колхозе, являлся членом колхоза и получал заработную плату в колхозе. В материалах дела отсутствовали сведения о том, что зубной кабинет относился к центральной районной больнице или иному учреждению здравоохранения. Эти обстоятельства исключали вывод о том, что спорный период сам по себе подтверждал работу в учреждении здравоохранения.

Суды неправильно придали решающее значение тому, что зубной кабинет находился в здании фельдшерско-акушерского пункта. Само размещение пункта в здании, принадлежавшем колхозу, не подтверждало работу Истца именно в фельдшерско-акушерском пункте. По штатным расписаниям центральной районной больницы за 1991-1996 годы должность зубного врача в этом пункте отсутствовала, поэтому вывод о принадлежности спорной работы к учреждению здравоохранения не имел документального основания.

Правовое значение имело не сходство выполняемых функций с лечебной деятельностью и не фактическое обслуживание населения, а соответствие работы условиям пенсионных списков. Работа в качестве члена колхоза и получение заработной платы в колхозе не могли быть приравнены к работе в учреждении здравоохранения без подтверждения, что должность входила в штат такого учреждения или что соответствующее подразделение относилось к системе здравоохранения.

Неправильно был зачтен и период отпуска по уходу за ребенком. Такой отпуск включался в специальный стаж, если он начался до 06.10.1992, то есть до вступления в силу изменений, после которых период нахождения в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности для назначения пенсии на льготных условиях. Истцу отпуск по уходу за ребенком был предоставлен с 29.10.1992, поэтому оснований для его зачета в специальный стаж не имелось.

Решение Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 20.03.2015 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл от 09.06.2015 отменены в части включения спорных периодов в специальный стаж. В этой части принято новое решение об отказе в удовлетворении требований.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2016 № 12-КГ16-1