Фактическое выполнение лечебной работы на кафедре медицинского учебного заведения не засчитывается в стаж, дающий право на досрочную страховую пенсию, если должность, учреждение и подразделение не включены в пенсионные списки

Истец обратился к пенсионному органу с требованиями о признании незаконным отказа в назначении досрочной трудовой пенсии по старости, признании права на пенсию и возложении обязанности назначить ее с даты обращения. В обоснование требований он ссылался на то, что в периоды работы ассистентом кафедры, заведующим кафедрой ЛОР-болезней и заведующим кафедрой оториноларингологии медицинского учебного заведения фактически осуществлял лечебную деятельность, выполнял операции и лечение больных.

Суд первой инстанции частично удовлетворил требования, признал отказ пенсионного органа незаконным, включил спорные периоды работы в специальный стаж в льготном исчислении как один год работы за один год и шесть месяцев и признал право истца на досрочную трудовую пенсию. Апелляционный суд согласился с этим выводом, исходя из фактического выполнения истцом лечебной работы и соответствия характера его деятельности работе врача-хирурга.

Нарушения, установленные Верховным Судом: льготный медицинский стаж на кафедре

Верховный Суд установил, что нижестоящие суды неправильно связали право истца на досрочную трудовую пенсию с фактическим выполнением лечебной работы. Для включения спорных периодов в специальный стаж в льготном исчислении требовалось не только наличие врачебной специальности и участие в лечении больных. Правовое значение имели должность, учреждение и структурное подразделение, в которых выполнялась работа, поскольку именно эти условия определяли возможность применения пенсионных списков и льготного порядка исчисления стажа.

Истец занимал должности ассистента кафедры, заведующего кафедрой ЛОР-болезней и заведующего кафедрой оториноларингологии в медицинском институте и медицинском университете. Суды указали, что по фактическому содержанию он выполнял объем лечебной работы врача-хирурга и участвовал в операциях. При таком подходе предусмотренные законом условия были заменены общим выводом о лечебном характере деятельности и не было учтено, что работа протекала на кафедре учебного заведения, а не в должности врача в учреждении здравоохранения.

Для льготного исчисления стажа имело значение, входили ли спорные должности и подразделения в перечни, где один год работы засчитывается как один год и шесть месяцев. Эти перечни относятся к отделениям хирургического профиля и должностям оперирующих врачей-специалистов. Ассистент кафедры и заведующий кафедрой учебного заведения не были названы в качестве должностей, работа в которых дает право на такое исчисление. Поэтому фактическое выполнение отдельных врачебных функций, включая операции и лечение больных, не заменяло требование о занятии предусмотренной должности.

Отдельно ошибочным являлось признание кафедры медицинского университета лечебным учреждением. Медицинские институты и учебные кафедры не отнесены к учреждениям здравоохранения в применимых списках и номенклатуре учреждений здравоохранения. При таком регулировании нельзя было устанавливать тождественность должностей ассистента или заведующего кафедрой должности врача-хирурга, поскольку разъяснения, содержащиеся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30, исключают установление тождественности различных наименований работ, профессий и должностей.

В соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ право на досрочную трудовую пенсию связано с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения. Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от 22.09.1999 № 1066 и подпункту «б» пункта 5 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.10.2002 № 781, льготное исчисление применяется к установленным должностям и подразделениям хирургического профиля. Эти условия к установленным обстоятельствам применены не были, поэтому право на досрочную пенсию было признано без законного основания.

Решение Фрунзенского районного суда г. Саратова от 21.10.2013 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 06.02.2014 отменены, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

7Определение Верховного Суда Российской Федерации 09.02.2015 № 32-КГ14-18